Чтение онлайн

Во всех остальных вариантах исхода возможных событий он легко оправдывал свои действия банальным «извините, друзья, я слегка заблудился», после чего инцидент должен быть исчерпан.

Это в теории. Конечно, при желании вояки все равно найдут, что предъявить Джону, и могут прикрыть на пару дней под так называемый домашний арест. А это недопустимо, ведь уже завтра они прибудут в Бахр-дар.

Если и давать отмашку началу плану Х, то прямо сейчас — немедленно.

Вернулся второй сопровождающий, быстро мотнул головой — «иди». Джон не стал изображать недотепу, подчинился. Сделал уверенный шаг, еще один, поднырнул под полог военной палатки, медленно выпрямился, с облегчением перевел дух. Перед ним стоял резидент собственной персоной. Долгожданная встреча произошла. Наверное, ради этого стоило подвергнуть себя опасности. Как известно, ничем не рискнешь — ничего не получишь.

— Привет Джон, — с натянутой улыбкой произнес Пауль, недвусмысленным жестом провожая подчиненных на выход из палатки, — повторяю вопрос: какого черта ты делаешь в Африке?

Джон равнодушно пожал плечами. Теперь-то уж можно расслабиться.

— Здравствуй, Пауль. Развяжи меня. Есть очень важный разговор.

— Успеется, — вдруг ухмыльнулся тот, — прежде я хочу получить ответ на свой вопрос.

Джон недоуменно уставился на собеседника.

— Ситуация потребовала личного присутствия.

— Ловить рыбку в мутной воде чужими руками?

Связанные кисти пришли в движение, тремор настойчиво сигнализировал об опасности.

Какого черта?

— Операция слишком важна для Америки, чтобы доверить ее выполнение одному-единственному агенту. Обычная перестраховка командования. Ты же в курсе…

— Вот как? — Пауль совершенно неискренне удивился. Возможно, он сделал это умышленно, чтобы дать понять Джону — его вранье ни для кого не является тайной за семью печатями.

Неужели этот болван забыл, что такое субординация?

— Мне кажется, — Пауль демонстративно уселся на небольшой раскладной стульчик, — необходимо кое-что прояснить, а то за годы, проведенные в сытости и благополучии, ты совсем потерял контроль над своими людьми.

Джон почувствовал, как лицо непроизвольно наливается кровью.

— Что ты имеешь в виду?

— Именно то, что сказал. Пока ты в тепле и роскоши «Ковчега» старательно изображаешь умного и влиятельного командира, твои агенты жрут дерьмо и таскают каштаны из огня голыми руками. А ведь это несправедливо, Джон. Не находишь?

— Я тебя не вполне понимаю.

— Что же в моих словах непонятно, Джон? Я десять лет в Метрополии, и что я за это получил? Очередное фиктивное звание и несколько виртуальных нулей на счету в банке. Вот только ни снять, ни потратить эти баксы у меня нет никакой возможности. То есть получается, все эти годы я рисковал собственной задницей просто так — за идею? Я ведь не идеалист, Джон, тебе это прекрасно известно. И даже не коммунист, чтобы работать за еду…

— Честь, отвага, патриотизм, — глухо произнес Джон, — разве эти слова пустой звук?

— Для меня он такой же пустой, как и твое паршивое имя.

— Тогда пусть это будут другие слова, — не моргнув глазом, перечислил Джон, — нация, свобода, демократия.

Пауль демонстративно сплюнул себе под ноги.

— Случись что, Соединенные Штаты не шевельнут даже мизинцем левой ноги, чтобы вытащить мою задницу из дерьма. Разве я не прав?

Шеридан не стал отвечать на провокационный вопрос, отделался многозначительным молчанием.

— Нечего возразить? В таком случае скажи, Джон, почему я должен подыхать в пустыне за чужие права и свободы? Почему я должен ежедневно рисковать собственной задницей ради чужой карьеры и благополучия? Ответь мне, Джон?

Кажется, моему терпению приходит конец.

— Чего ты хочешь? Пересмотра контракта?

Пауль впервые вполне искренне рассмеялся.

— А что ты можешь мне предложить, Джон? Зеленые фантики? Спасибо, но нет. Оставь их себе. За прошедшие десять лет инфляция полностью обесценила доллар и превратила его в мятую резанную бумагу. Он больше никому не нужен, Джон. Еще пару лет, и за баксы станут давать в морду.

— Как насчет золота? Полторы тонны золота в слитках. И не где-нибудь в банке США, а прямо здесь — в Африке.

Пауль вновь рассмеялся.

— И какие же блага я смогу купить в Африке на твое золото, Джон? Большущий кусок мертвой пустыни? Бочку грязной и вонючей воды? Ведро полутухлой рыбы? Нет, Джон, твое предложение выслушано и отвергнуто. Попробуй подумать еще, может быть, в голову придет более гениальная идея?

И этого придется ликвидировать. В самую первую очередь!

— К чему ты клонишь, Пауль?

— А ты не догадываешься?

Пауль поднялся и завел обе руки за спину.

— Жаль, очень жаль. Но я даже рад, что так вышло. Мои подозрения подтвердились. Ты, Джон, вовсе не так умен, как я полагал ранее…

Джон демонстративно поиграл желваками.

— Высказался? Полегчало?

Улыбка постепенно сползла с лица Пауля, кисти непроизвольно сжались в кулаки.

— А теперь слушай сюда, болван. Ты не знаешь даже половины фактов и обстоятельств, которые тебя окружают. Не знаешь ты и того, какие силы задействованы в операции. Нельзя покидать игровой стол в середине партии. Партнеры не поймут.

— А кто сказал, что я собираюсь прекратить игру? Речь совсем о другом, Джон. Когда все колоды крапленые, исход известен заранее. И какой тогда мне интерес продолжать игру на прежних ставках?

— Повторяю вопрос, чего ты хочешь?

— Сменить крупье.

Шеридан неожиданно поперхнулся невысказанными словами и пропустил свою реплику.

— А ты думал, Джон, всегда будешь получать бесплатный билет?

— Да как ты себе это представляешь?

Пауль в ответ усмехнулся:

— Игра уже идет, Джон. Ты немного опоздал к началу. Ставки больше не принимаются.

— Идиот! Повторяю еще раз, ты даже не в курсе, кто еще сидит за игровым столом, но упрямо метишь в раздающие. А хватит ли у тебя мозгов вести собственную игру?

Нойманн ухмыльнулся.

— Чем же ты меня решил удивить, Джон? Своей примитивной засадой в Бахр-даре? Или может быть, жалким отрядом изможденных голодом китайцев, потерявшихся где-то в пустыне?

— Откуда…?

— Ты сам поставил себя вне игры, когда ступил на трап последнего ржавого самолета. Ибо в Африке все иначе. Здесь играют по-крупному, или не играют вообще. У тебя, Джон, больше нет властных покровителей с большими погонами, которые могли бы прикрыть задницу. Только песок, жара и пули калибра 7,62. Если ты вообще понимаешь, о чем я говорю.