Последний легион
Шрифт:
На улицах снова воцарилось спокойствие. Холо, в особенности «Матин», прославляли Корпус как спасителя Камбры. Солдаты упивались этими похвалами, так нечасто выпадающими на их долю. По крайней мере, некоторые из них. Альт Хедли, финф Кипчак, финф Янсма, страйкер Иоситаро, сент Ангара и многие другие придерживались насчет происходящего собственного мнения.
Группа Планирования собралась на свое очередное совещание в одной из сожженных деревень.
— Ну, теперь ты видишь, — сказал Джорд'н Брукс Джо Пойнтон, — что моя идея борьбы с угнетателями в городе имеет свои достоинства.
— Наши люди потерпели поражение, — отозвалась она. Брукс пожат плечами.
— Они всего лишь мятежники, а не регулярная армия. И в глубине души, в сердце своем они не чувствуют себя побежденными.
— С этим не поспоришь, — вынуждена была согласиться Пойнтон. — И все же подход Брайена к решению нашей задачи оказался успешнее вашего. По крайней мере, по своим чисто внешним результатам. Группа будет руководствоваться именно этими соображениями.
— Так-то оно так, — с явной неохотой признал Брукс. — Но насколько длительным окажется этот успех? Корпус все еще пытается усмирить нас, как расшалившихся котят, одной рукой. Да и та голая. Однако раньше или позже, если они не полные идиоты, до них дойдет, что сражаться надо, как это делаем мы, — не на жизнь, а на смерть. И что тогда?
Джо Пойнтон задумчиво кивнула и повернулась в сторону Брайена, который начал свое обращение к собравшимся.
Глава 27
— Ты вырвался! — радостно взвизгнула Язифь.
— Более или менее, — ответил Гарвин. — Мы теперь такие герои, что я удостоился увольнительной. — Язифь явно не заметила иронии, — Можем встретиться?
— Только скажи где, — внезапно охрипшим голосом ответила Язифь.
Мелькнула мысль о баре «Шелбурн», но Гарвин вспомнил Марию и передумал.
— Я же плохо знаю город, ты забыла? Сама назови место.
— Ты все еще на базе?
— Да. Следующий шатл в Леггет отправляется через… десять минут.
— Тогда просто жди там, — приказала Язифь. — Я подхвачу тебя.
Скользя взглядом по шатлам, такси и личным кораблям, Гарвин заметил направляющийся в его сторону знакомый черный гравимобиль.
— О, только не это! — простонал он. — Не хочу выслушать целую гору дерьма о том, как проклятый Корпус спас проклятую цивилизацию. Черт побери, Язифь! Мы что, теперь только так будем встречаться?
Гравимобиль приземлился, дверь со стороны пилота открылась, и оттуда высунулась голова Язифи.
— Удивлен?
— Господи, не то слово! — воскликнул Гарвин.
— Тогда забирайся, — приказала она, — На переднее сиденье, рядом со мной.
Гарвин бросил взгляд на заднее сиденье. Никакого папочки.
Язифь была босиком, со связанными сзади волосами, в красном топе, оставляющем голой спину и скрепленном на груди единственной пуговицей, и мешковатых черных штанах. Без единого слова молодые люди обнялись и слились в долгом поцелуе. Вскоре, однако, сзади засигналили, и пришлось оторваться друг от друга.
— Вези меня куда хочешь, — сказал Гарвин. — Я твой.
Гравимобиль взлетел и устремился к океану.
— Папа приставил ко мне двух телохранителей, — сказала Язифь.
— И где ты их прячешь? В багажнике?
— Я упросила его отпустить меня одну. Сказала, что встречусь с тобой на аэровокзале. Он согласился. «Там вокруг полно солдат, с вами и впрямь ничего не может случиться».
— Тут нет никаких солдат.
— Ты заметил?
— Куда мы летим?
— Никуда. Двигаясь в этом направлении, — она нажала клавишу, гравимобиль развернулся и устремился во тьму, — мы доберемся до острова Лэнбэй. На такой скорости где-то к рассвету.
— И что там?
— Ничего. Скалы, деревья, волны. Но лично я не собираюсь никуда высаживаться.
— Тогда что у тебя на уме?
— Сначала поставить гравимобиль на автопилот… Вот так. Потом включить бортовую сигнализацию… Потом вот это, — затемненный купол кабины стал прозрачным, и они увидели быстро бегущие над головой штормовые облака, — и пройти в салон. — Сиденье повернулось, и Язифь проскользнула мимо Гарвина. — Иди сюда. — Гарвин нашел пульт управления сиденьем и нажал одну из кнопок. Спинка откинулась назад.
— Другая кнопка, глупый. Та, что прямо перед тобой. Но сначала подними спинку сиденья.
Гарвин так и сделал.
— Теперь что?
— Я прихватила с собой одну из корзин для пикника. Там еда на любой вкус — икра, паштет, охлажденное мясное филе с кисло-сладкой подливкой, салат, фруктовый сок и пара бутылок того земного шампанского, с которым ты так быстро расправился, когда мы обедали с папой. Если хочешь, можем поесть. Или…
— Или что?
— Или ты нажмешь вон ту кнопку, под окном.
Гарвин повиновался. Заднее сиденье мягко опустилось, с обеих сторон поднялись наполнившиеся воздухом подушки, и Язифь легла на образовавшееся «ложе».
— Меня всегда интересовало, зачем папа велел устроить все это в гравимобиле, — продолжала она. — Он говорит, что просто так, из прихоти, но я не верю ему. Думаешь, он изменяет моей мачехе?
Гарвин не отвечал — точно загипнотизированный, он не отрывал глаз от Язифи. Она села, развязала волосы, позволив им рассыпаться по плечам, и положила руку на пуговицу топа.
— Позволь сделать это мне, — сказал Гарвин.
— Хорошо.
Язифь легла на спину. Пальцы Гарвина внезапно одеревенели, но с топом он справился и принялся покусывать ее соски. Она тяжело задышала, поглаживая его густые волосы. Он взялся обеими руками за пояс ее штанов и стянул их. Под ними ничего не было.
— Разденься, — прошептала она.
Он так и сделал. Язифь не спускала с него взгляда.
— Ты очень красивый, — промурлыкала она.
— Ты тоже.
— Теперь, — она подняла ногу и положила ее на подлокотник кресла, а руки скрестила над головой, — иди сюда. Держи крепче мои запястья, чтобы я не могла двигаться. Давай же, Гарвин! Ох, пожалуйста, давай!
Спустя вечность гравимобиль мягко врезался во что-то. Язифь села и выглянула в окно.
— Ох, дорогой!
— Что случилось?
— Похоже, мы заблудились. В океане не бывает домов.
Гравимобиль еще раз мягко стукнулся в стену низкого сарая, повернулся и заскользил прочь. Гарвин заметил вывеску: «СТРЕЛЬБИЩЕ СЕМЬ. СКЛАД БОЕПРИПАСОВ».
— Заблудились, это уж точно, — сказал он. — Заблудились и влипли. Мы вернулись к острову Шанс, на восточный его конец, где находится одно из стрельбищ. Если нас схватят, мы будем иметь серьезные неприятности.