Чтение онлайн

Он нежно погладил рукой шелковистые волосы Клэр.

– Я говорил тебе, любимая. Она может остаться с тобой.

– С ней что-то не так, - ляпнула Клэр.
– Нет. Не то слово.
– Она замолчала, будто подбирая правильное. – Она другая.

Михаил чувствовал это, но ничего не сказал, не хотел еще больше наваливать на Клэр.

– Сортиари приказали Грегору пощадить ее. Они думают, что она важна. И что она играет важную роль в их планах, по крайней мере, это смущает.

Михаилу удалось помешать Судьбе несколько раз в ходе своего существования, несмотря на грандиозные планы Сортиари. Там, несомненно, было что-то потустороннее в девушке, хотя он не мог выяснить, что это было. Возможно, ее отец был другим. Мир был наполнен сверхъестественными существами. Если не ее отец, существовала вероятность, что кто-то в ее родословной передал определенные черты, которые она теперь показала. Это не только пробудило интерес его врагов, но и обеспокоило его пару.

– Мы будем рядом, Клэр. Заботиться за ней. Я устроил уход для ее матери, и мы переживем это. Я обещаю, что все будет хорошо.

Клэр мягко улыбнулась и наклонилась для поцелуя.

– Ты всегда был таким оптимистом?

Оптимистом? Михаил вспомнил века своего существования, многие годы войны и крайностей. Лишение физических наслаждений в поисках одного, чтобы изгнать пустоту, которая поглотила его целиком. Он думал о том, что забыт Богами в гробнице. В дыре, где Грегор оставил его гнить, и с раной, которая все еще тянула в груди после всех этих лет, постоянное напоминая о пустоте и отчаянии, которым он думал, нет конца.

– Нет, любимая. Я не был оптимистом. До сих пор.

– Да неужели?
– Клэр поддразнила пряди его волос, ногтями погладив его по шее.
– И кто мог привить солнечный взгляд такому задумчивому вампиру?

Михаил обхватил свою пару за шею и поцеловал, уговаривая открыть рот для его нежных жестов языка. Она ответила, углубляя поцелуй, когда мурлыканье завибрировало в груди. Ах, его пара. Так полна огня и страсти…

– Михаил.
– Ронан ворвался в комнату, будто сила природы. Неистовая буря готовая разорить землю.

Михаил не отстранился, а остался рядом с Клэр.

– Как обычно, Ронан, самое время…

– Я ухожу, Михаил. Сегодня вечером. Сейчас. Я просто пришел сюда, чтобы сказать тебе это лично, чтобы ты не думал, что я совершаю предательство.

– Предательство? Ронан, что, во имя Богов, ты говоришь?

– Это Шелль.

Близнец Ронана была странствующим духом, дампиром, одержимой раскрыть все секреты вампирской расы. Столько раз он прилетал ей на помощь, когда она попадала в беду. Михаил надеялся, что она успокоится, будет держаться поближе к брату и подальше от неприятностей.

– Что она сделала?

– Я не знаю.
– Ронан провел руками по волосам, и его возбуждение обожгло нос Михаила, как сера.

Клэр положила руку на предплечье Михаила, также ощущая страдание мужчины. Она только проснулась и бодрствовала в течение нескольких часов, ей нужно было отдохнуть, а Михаил понятия не имел, как долго она сможет выдержать. Он не хотел тратить ни одного мгновения на Шелль, и какие бы неприятности она не принесла к дверям ее брата.

– Что я могу сделать, чтобы помочь?
– Просто потому, что Михаил не хотел иметь дело с Шелль, не означало, что он не будет помогать. Ронан мог быть не братом Михаила по рождению, но он был самым близким Михаила, как никто на свете. Теперь он был частью Коллектива, древним в своем праве. У Ронана были проблемы, и сейчас Михаил был обязан помочь.

– Просто дай мне уйти, - ответил Ронан.
– Дженнер более чем способен защитить тебя, пока я не вернусь.

Михаил усмехнулся.

– Твое эго выросло с момента обращения. Я хочу, чтобы ты был на моей стороне, Ронан, но я не нуждаюсь в тебе, чтобы защищать меня.

Искры веселья светились в глазах мужчины.

– Сейчас нет, когда у тебя есть она, - сказал Ронан, кивнув в сторону Клэр.
– Потому что у меня нет сомнений, что она разорвет даже самое свирепое существо, которое захочет причинить тебе вред.

Она наклонилась на прикосновение Михаила, когда он провел большим пальцем вдоль ее челюсти.

– Знаешь, он прав, - сказала она.
– Тот, кто пожелает тебя, должен будет пройти через меня.

Будто он когда-то позволит ей поставить себя на пути опасности.

– Иди, - сказал Михаил Ронану, не глядя.
– Отпускаю. Удачи. И если тебе понадобиться моя помощь…

– Я знаю. Спасибо. И Клэр, - добавил Ронан, - ты - настоящий Боец. Не позволяй всей той силе вскружить твою голову.

Дверь закрылась, сигналя о том, что Ронан ушел, но Михаил так и не смог убедить себя отвернуться от своей пары.

– Он прав, - сказала Клэр. Ее взгляд вспыхнул жидким золотом. Это было самое прекрасное, что Михаил видел.
– Я чувствовала, что он говорит правду. Что это значит, Михаил?

Так много неопределенности. Он хотел успокоить ее, чтобы заставить Клэр поверить, что все будет хорошо.

– Я не знаю, любимая. Но я знаю, что бы ни случилось с этого дня, мы встретим это вместе.

– Я могу устроить тебе больше проблем, чем стою, знаешь ли.
– Клэр поцеловала его в висок и в щеку, взяла его за мочку уха губами и засосала.
– Я имею в виду, я преобразованный аферист и карманник. И не только это, я даже могу не оказаться правильным вампиром.

Ее руки бродили к ширинке штанов, и Михаил проглотил стон.

– Ты рождена, чтобы быть вампиром.
– Он положил ладонь на ее щеку и захватил рот в нежном поцелуе.
– И к счастью, наш сын пошел в мать.

– О нет.
– Клэр наклонилась, проведя губами по его горлу. Ее клыки касались плоти.
– Он будет похож на отца. Такой же храбрый.
– Она замолчала, проводя языком по его глотке.
– Сильный. – Нежно пососала его кожу, и он вздрогнул в ожидании ее укуса.
– Сила, с которой нужно считаться.
– Она укусила его, и бедра Михаила взбрыкнули, когда его пульсирующая эрекция уперлась в ее зад.

Блаженство кормления ее пары было недолгим, однако, Клэр закрыла проколы языком.

– В ту ночь в моей квартире, ты сказал, что я бы влюбилась в тебя.

– Да.

– Ты был прав, Михаил.

– Наши души связаны, любимая. Безвозвратно вплетены в одну нить.

Прилив необузданной энергии прошел через их связь из Клэр в Михаила. Так много сил. Он упивался ей. Дивился ее силе. Этой женщины в его объятиях. Так долго его душа была потеряна, и он бродил по земле одиноким, пустым и безразличным. Но из-за чудесной, прекрасной, совершенной женщины он был целым. Полным.