Чтение онлайн

В 1617 году францисканец по имени Хуан де Орбита достиг Нох-Петена и убедил правителя отправить с ним делегацию в колониальную испанскую столицу Мериду. По дошедшим до нас сообщениям, майянские посланники согласились мирно подчиниться испанскому правлению и вернулись домой. В следующем году де Орбита, ещё один монах по имени Бартоломе де Фуэнсалида, и некий колониальный чиновник из Бакалара отправились в Тайясаль, чтобы оформить переход озёрного царства под власть испанской монархии. Они пробирались к цели долгих шесть месяцев.

Владыка Нох-Петена ахав Кан-Эк (сын прежнего Кан-Эка) принял гостей, проявил вежливый интерес к католическим церемониям, но отказался от обращения в новую веру, ссылаясь на то, что для этого ещё не пришло время. Зато хозяева согласились показать гостям свою страну. При посещении одного из индейских храмов священники увидели статую Цимин-Чака и спросили, что это. Поняв, что индейцы поклоняются жеребцу Кортеса, францисканцы пришли в бешенство – де Орбита взобрался на «кумира» и разбил его камнем. Это, по понятным причинам, сильно разозлило хозяев, испанцам было предложено покинуть Тайясаль и больше не возвращаться.

По дороге назад де Орбита и де Фуэнсалида обсудили ситуацию и повернули назад. Кан-Эку вновь пришлось выслушивать увещевания и религиозные проповеди, но через восемнадцать дней местные жрецы сговорились с воинами, и те силой выдворили пришельцев. Монахи вспоминали, что их без воды и еды усадили в лодку и кричали: «Не приходите больше! Нам не нужен ваш бородатый бог! Здесь вас ждёт только смерть!» Испанцы смогли вернуться в Мериду, а миссия по христианизации жителей Тайясаля провалилась.

Колониальные власти не отличались быстротой принятия решений, и вопрос о том, что делать с непокорными индейцами, был отложен на пять лет. В 1622 году было решено вспомнить опыт конкистадоров и попросту завоевать Тайясаль. Губернатор Юкатана приказал капитану Франсиско де Миронесу возглавить небольшой, но хорошо вооружённый отряд из 20 испанских всадников и 140 дружественных индейцев. И европейцы, и их местные союзники были оснащены испанским стальным оружием.

30 марта 1622 года отряд в сопровождении сотен носильщиков отправился в поход. Сопровождать солдат вызвался монах Диего Делльгадо. Не успели испанцы покинуть свои владения, как стали грубо притеснять своих индейских союзников, называя их врагами и мятежниками (причины подобного поведения нам неизвестны). После разорения испанцами окрестностей селения Сакалум (на границе с Тайясалем) отец Делльгадо отказался следовать вместе с отрядом. В сопровождении 80 индейцев-христиан из пограничного посёлка Типу и 10 испанских солдат он в декабре 1624 года первым добрался до берегов Петен-Ица. Там их ожидал небольшой отряд из 26 воинов майя, которые уже давно следили за пришельцами. Монаха и его сопровождающих пригласили сесть в лодки и переправиться в Нох-Петен. Там события развивались стремительно и явно не так, как ожидал Делльгадо. Все христиане были схвачены и принесены в жертву богам майя. Обсидиановый нож майяского жреца вспорол грудь священника, а трепещущее сердце испанца стало символом того, что пути назад нет – враги должны быть уничтожены.

Известие о мученической смерти испанского монаха принесли капитану Миронесу двое сбежавших от ицев индейцев-христиан. А уже 27 января 1624 года воины из Нох-Петена во главе с ахкином (верховным жрецом) по имени Поль смогли выбрать идеальный момент для решающей атаки на Сакалум – безоружные испанские солдаты были схвачены в церкви. Миронеса и местного священника принесли в жертву прямо на церковном алтаре, солдат повесили и обезглавили, а их трупы насадили на колья и сожгли. Многие местные индейцы-христиане были также повешены. Вскоре разведчики Поля сообщили о приближении испанского отряда под руководством Хуана Бернардо Казановы. Отступая, ицы забрали всё оружие и сожгли город.

После этих событий испанские гарнизоны были размещены в нескольких городах на юге Юкатана, а за головы нападавших назначили большую награду. Один из союзных испанцам вождей майя по имени Фернандо Камаль повёл на поиски отступавшего врага отряд из 150 воинов-христиан. Им удалось захватить верховного жреца Поля и его соратников вместе с серебром, унесённым из церкви в Сакалуме. Заключённых увезли в Мериду, пытали и судили. Затем они были обезглавлены, а их головы выставили напоказ на площадях городов колониального Юкатана. Тем не менее, попытка завоевать Тайясаль провалилась.

Благодаря удалённому положению, мудрой политике правителей и мужеству своих воинов царство майя-ицев и подвластные ему земли смогли сохранить культурную, религиозную и политическую независимость даже через 78 лет после того, как прочие индейские государства Юкатана, Гватемалы и Мексики попали под власть завоевателей. Теперь последним свободным майя оставалось в одиночку противостоять захватчикам.

После провала завоевательной экспедиции 1624 года испанские колониальные власти и католические священники провинции Юкатан отказались от нового вторжения. В джунглях и болотах Гватемалы всё ещё существовал последний оазис цивилизации майя – царство, называемое испанцами Тайясаль. В этом странном мире пограничья между христианством и язычеством смешались торговля, дипломатия и насилие.

В первой половине XVII века Испания всё ещё оставалась самой большой колониальной империей в мире. Впрочем, правительству и церкви пришлось признать, что несметные богатства Америки не сделали Испанию ни самой сильной, ни самой процветающей страной христианского мира. Более того, зависть соседей породила череду бесконечных войн, которые обозначили закат былого могущества «всемирной католической империи».

За столетие, минувшее со времён первых конкистадоров, в испанском обществе серьёзно изменилось отношение к коренным жителям Нового Света. Новой идеей управления туземным населением колоний стала постепенная христианизация и насаждение испанского образа жизни и хозяйства. Правительство и церковь желали получить новых верных подданных короны, поэтому теперь колониальным властям требовалось разрешение на каждую крупную военную кампанию против сохранявших независимость индейцев.

Для всё ещё независимых майя из Тайясаля это означало исчезновение угрозы военного вторжения со стороны испанцев, хотя индейцы об этом знать не могли – они продолжали жить своей обычной жизнью. А обычной для пограничья между старым миром язычников и новым миром майя-христиан, подвластных Испании, стала череда набегов, стычек и торговых экспедиций. Майя выменивали у испанцев перец-чили, хлопок, соль и железные инструменты, взамен предлагая перья экзотических птиц, красители и какао.