Чтение онлайн

***

Строгов вошёл в аппаратную комнату. Военные в форме и агенты в штатском расступилась. Старший агент подошёл к Зорину. Генерал был хорошо сложён физически и по-военному коротко стрижен. Вот только большие звёзды на погонах, как-то не стыковались с его возрастом… Было генерал-майору всего-то двадцать три года.

За стеклом в допросной Столетов продолжал кричать и рвать наручники в истерическом припадке.

Зорин с усмешкой обратился к старшему агенту:

– Ну что скажешь, Строгов?

Семён уловил издёвку в вопросе, поэтому ответил коротко, по существу:

– Побуянит, потом успокоится, затем продолжу допрос.

– Продолжай, продолжай… Только этот фанатик никого не выдаст. Поверь мне.

Зорин двинулся к выходу:

– Не пойму только, где он возьмёт эти миллионы. Родит, что ли? Прям отец – «героин».

Подойдя к двери аппаратной, генерал Зорин обернулся:

– Немедля вызовите врача. Пусть осмотрит задержанного и даст заключение. Официально. Не хватало нам жалобы от этого субъекта разбирать. А ты, Строгов, после допроса ко мне с докладом.

– Так точно.

Генерал вышел из аппаратной.

***

Следом за генерал-майором Зориным допросную покинули Егоров и Потапов. Воспользовавшись лифтом, они спустились вниз и вышли из здания агентства «Наследие» на воздух. Сойдя с высокого парадного подъезда, друзья остановились на тротуаре. Мимо проходили прохожие. В здание агентства входили и выходили из него люди.

– Дима, ты знал об этой штуке? Когда она появилась?

– Появилась? Совсем недавно. Думаю, перед тем, как мы впервые услышали о нечипированных экстремистах и их преступлениях в историческом минувшем.

– Ты знал или нет?

– На одном из совещаний глав отделов зачитывали отчёт учёных, но увидел аппарат впервые.

– Знал и молчал?

– Знаешь, Лёша… Мы, конечно, друзья, даже братья, но это секретная информация.

– Скажи, а это правда, что сказал Строгов?

– До последнего слова.

– Серьёзно? Вот так просто? Ввёл дату, координаты – и готово?

– Так говорят учёные. Даже функция «реверс» есть: возвращаешься в исходную точку переброски примерно тремя секундами позже. Но главное – аппарат сам делает корректировку системы координат в зависимости от даты перемещения.

– Это как?

– Сейчас, где мы стоим, координаты не те, что были до войны. Полюса сместились, а значит, и вся система координат. А этот аппарат просчитывает и вычисляет производную в зависимости от даты перемещения. Заметь, всё это он делает автоматически, без участия человека.

– Здорово…

– Ещё говорят… Перемещаются все, кто держит обладателя аппарата за руки.

Глаза Алексея заблестели:

– Как это? Не может быть!

Егоров, улыбаясь, продолжил:

– Знаешь, как они проникают в прошлое?

– Ну ясно, взявшись за руки.

– Точно.

– Гениальное изобретение!

– Алексей, а что это у тебя глазки загорелись? Даже не думай…

– О чём?

Дмитрий прильнул к другу:

– Сам знаешь. Не смей! Слышишь меня?

– Слышу.

Егоров заговорил в самое ухо Потапову:

– Ты понял меня?

– Да понял я, понял.

Дмитрий отстранился от Алексея:

– Ну что, к Яше? Я жутко проголодался после пламенных речей этого психа недобитого.

– Ты кровожадный.

– Я голодный.

– У меня есть работа. Вернусь в отдел. Ты начальник – тебе можно сачковать.

Дмитрий посмотрел на часы, светившиеся над парадным входом в агентство «Наследие»:

– Какой же я сачок, обеденный перерыв начался.

– Я пропущу.

– Аки пчела… Иди, иди, труженик.

– Яше привет.

– Передам.

Егоров направился по улице. Потапов вернулся в здание агентства «Наследие».

***

Какие бы времена ни были, а приезжая в Москву, не только туристы, но и граждане удалённых уголков необъятной Родины, считают своим долгом посетить центр столицы – Красную Площадь и прилегающие к ней достопримечательности.

Сегодня Москва отличается от довоенной. На последней войне каждый мегаполис восточного полушария планеты подвергся страшным бомбардировкам с орбиты. Москва не стала исключением.

С первых дней войны кисаруанцы задались целью деморализовать землян. Днём и ночью из космоса пришельцы наносили удары по столицам государств. Планомерно, уничтожая земные центры власти, инопланетяне приводили население восточного полушария в состояние панического ужаса.

Пришельцы превратили исторический центр Москвы в руины. Миллионы граждан погибли от взрывов бомб либо умерли заживо погребенными под завалами разрушенных зданий. Но ни один кисаруанец в период Первой межпланетной войны не ступил на землю Москвы, ни с оружием в руках, ни даже как пленный.

***

17 августа 2014 года. Москва.

Прогулку по столице Женя Алёхина и младшая сестра Маша начали с поездки в метро. Сделав в подземке пересадку, они благополучно добрались до станции «Театральная».

Выйдя на поверхность, девушки неторопливым шагом направились к зданию Большого театра. Маша, включив камеру смартфона, снимала сестру, которая с удовольствием позировала на видео. Было жарко. Девушки подошли к фонтану напротив театра. Уличив момент, Женя обрызгала сестру водой. Маша, завизжав, отбежала в сторону. Старшая сестра, довольная детской проказой, устроилась на краю чаши. Остановив видеосъёмку, Маша села рядом с ней. Смочив руку в воде, Женя приложила ладонь ко лбу. Младшая сестра, уткнувшись в смартфон, проверяла отснятое видео.

Женя старше Маши, и потому в беседах, как правило, именно она задавала тему разговора:

– Твоя мамка одна?

Маша отвлеклась от экрана смартфона:

– Уже нет. Дядя Саша появился.

– Как он тебе?

– Так… Ничего особенного. Что она в нём нашла?

– Ты ревнуешь?

– Кого?

– Маму свою, не дядю же.

– Немножко. Сегодня опять к нему на дачу умчалась. Твоими гостинцами, наверное, сейчас его кормит.

– Не будь жадиной.

– А я не жадина. Только вот она и так всё время на работе, а теперь ещё на него время тратит. Даже в твой приезд не проигнорировала милого.

– Не куковать же ей бабий век одной.

Маша тяжело вздохнула.

– Я понимаю… Женька, а у тебя как?

– Что?

– У тебя есть кто?

– Сейчас нет.

– А твой тот, который…

– Поругались на майские. Такой дурак.

– Значит, не зевай, смотри по сторонам.

– Зачем?

– Может, здесь кого найдёшь себе.

Женя рассмеялась.

– Ой, ты дурочка…

***

Ваше будущее. Москва.

В кафе «Вкусное эхо» за столиком сидел молодой парень двадцати лет, племянник хозяина кафе по имени Миша. Рассматривая посетителей, он держал в руках небольшую сумку. К столику подошёл Яша: