Чтение онлайн

Из десятков золотых артефактов осыпались в пыль три четверти, но Алгор был по-прежнему жив.

— Ты что наделала… — не веря своим глазам прошептал он.

— Позволила этим ребятам исполнить свое предназначение и умереть, — безразлично отозвалась Афина, — кстати, спасибо, что собрал их всех вместе. Но неужели ты думал, что у вас против меня есть шанс? Ты ведь знаешь кто я.

— Т-ты раковая опухоль на Великом Ритуале! Т-ты… все испортишь… ты не достойна туда попасть! Ты не достойна возвыситься! Тебя накажут! Ты… — дрожащим голосом лепетал и пятился Алгор.

— Бла-бла-бла, — покачала золотыми пальчиками Афина, — прости, я бы поболтала с тобой еще, но, во-первых, твоя трусливая рожа меня уже изрядно задолбала и я не намерена терпеть ее ни одной лишней секунды. А во-вторых, я жду одного важного гостя. Поэтому, будь добр, свали.

С этими словами, Афина махнула тыльной стороной ладони, и десять золотых стрел устремились в Алгора прямо из воздуха.

Отчаянно не желая умирать, старик извивался, блокировал атаки уцелевшими артефактами, которые копил всю жизнь. Подтягивал на помощь мощь энергетического слоя и тумана вокруг. Защищался прахом бывших товарищей, как щитом.

Но все было бесполезно.

Ведь за первым десятком стрел, каждая из которых была способна уничтожить любой из слоев ниже целиком, пошел второй десяток стрел.

Потом третий десяток.

А на четвертом десятке, один из старейших членов и основателей культа проклятой звезды, Алгор Таинственный Шепот перестал существовать, а в сотканном из проклятой энергии золотом пространстве родился последний необходимый для Великого ритуала последователь Звезды шестого порядка.

Я сощурился от слепящего золотого сияния.

Оно было везде. В земле, воздухе, проплывающих по небосводу облаках, но больше всего золотого сияния было в стелящемся буквально повсюду тумане.

И посреди всего этого добра стояла облаченная в множество золотых металлических украшений женщина. Ее цепкий нечеловеческий взгляд был устремлен на меня, а выступающая из-под глубокого выреза платья ножка стояла каблуком на трупе старого мужчины, который словно ежик был истыкан золотыми стрелами.

— Ох, Маркус! Какой сюрприз! — ласковым голоском пропела женщина и доброжелательно улыбнулась.

— Сюрприз ли? — сделав несколько шагов навстречу, усмехнулся я, и кинул ей в руки золотой амулет, — ты ведь сама меня пригласила, Афина.

— Но ты принял мое приглашение и пришел, — не скрывая радости в голосе, произнесла Афина, — прощу прощения за беспорядок, у меня тут немного не прибрано.

— Ерунда, — отмахнулся я от неубранных следов только-только завершившейся тут битвы, или точнее будет сказать бойни. Судя по внешнему виду Афины, она их убила даже не напрягаясь, а сейчас впитывала в себя такое количество проклятой энергии, что будь она в смертном теле, ее бы давно разорвало на тысячи кусочков, — так зачем позвала?

— Зачем? — хихикнула Афина, — что за вопрос, Маркус? Ты ведь сам искал встречи со мной, разве нет?

— Искал, — кивнул я, — и ты сама понимаешь для чего.

— Понимаю, — вздохнула Афина, — убить меня. Только вот ты опоздал, Маркус. Лет так на семьсот. Я ведь уже давно мертва.

— Вижу, — с легким разочарованием в голосе произнес я.

— Я так плохо выгляжу? — показательно оскорбилась золотая девица и, щелкнув пальцами, спросила, — а так?

Витающий вокруг золотой туман окутал женщину на пару мгновений, а когда отступил, ее черты лица преобразились. Афина стала выглядеть даже моложе и «живее», чем в нашу последнюю встречу в Башне. Но все это было не более чем красивой иллюзией.

— Дело не во внешнем виде, — покачал я головой, — а в том, что внутри. Ну и еще… в запахе.

— Фу! Где твои манеры, Маркус?! Ты ведь теперь аристократ! Заявлять девушке в глаза, что она плохо пахнет это грубо!

— Девушке? — поднял я бровь.

— Ну да, а кем ты меня считаешь? — нахмурилась Афина.

— А вот честный ответ на этот вопрос действительно может прозвучать грубо, — предупредил я.

— Фи, а где же солидарность Паладина? — обиженно задрала носик девица, — с Григором ты по-другому разговаривал.

— Ты правда считаешь, что ваши состояния можно сравнивать? — удивился я.

— А знаешь, ты прав, Маркус, — театрально вздохнула Афина, — унаследованная кем попало сила Паладина Земли поколениями вредила человечеству. Сломала сотни тысяч жизней и обратила в камень больше людей, чем старина Григор спас при жизни. Моя же энергия была все эти годы при мне. Вот она, смотри, вся здесь, — улыбнулась девица и пространство вокруг угрожающе завибрировало.

Надо ли говорить, что стихийный ответ Стихии Металла в этом месте равнялся ста процентам?

И ладно бы только Стихии Металла.

Проклятой энергии тут тоже было не меньше, но степень ее концентрации мне оценить было несколько сложнее. Шкалы подходящей не было. Разве что по степени вонючести, которая сейчас просто зашкаливала. Пришлось принудительно отрубить себе обоняние, но увы, даже это не сильно помогало.

Я «чуял» этот мерзкий смрад кожей, и лишь банальная вежливость позволяла мне не кривиться от отвращения.

— Так зачем ты на самом деле меня позвала, Афина? — с налетом сдержанного любопытства в голосе, поинтересовался я.

— Зачем? А просто увидеть старого друга для тебя уже не повод? — кокетливо улыбнулась Афина, но тут заметила мой взгляд и тяжело вздохнула, — ух, какие мы серьезные. Ладно, ладно, не горячись, Маркус. Я просто хотела, чтобы ты увидел это место. Своими глазами увидел то, что стремишься уничтожить.

С этими словами девицы, я оценивающе осмотрелся. Вдохнул воздух полной грудью. Растер на кончиках пальцев витающий вокруг золотистый туман. Бросил взгляд на переливающиеся в его глубине чарующие образы и воплощенные в реальность потаенные желания. Словно податливый пластилин, этот туман был готов воплотить, что угодно, стоило лишь пожелать и впустить его в свое сознание.

— Фальшивка, — вынес я свой вердикт.

— Эх, ты всегда смотрел на вещи слишком буквально, — разочарованно покачала головой Афина.

— А как еще на это можно смотреть? — хмыкнул я, — весь этот мирок создан искусственно. Он фальшивый вдоль и поперек. Отсюда и до горизонта, в нем нет ничего настоящего. Что я еще должен в нем увидеть?

— Будущее, Маркус, будущее, — с назидательными нотками в голосе пропела Афина, — здесь нет страданий. Нет боли. Нет болезней. Нет сожалений. Нет смерти.