Последний полет «Жар-птицы»
Шрифт:
— Угощайтесь! Коньяк, виски, водка. И, пожалуйста, не стесняйтесь. У нас с вами впереди будет долгий разговор. Если захотите подкрепиться, то тоже говорите.
Седов налил себе коньяку. Плеснул буквально несколько капель на дно бокала. Кощей попросил и ему налить того же самого. Когда передавал бокал, обратил внимание на сухую и дряблую кожу хозяина кабинета. «Господи, сколько же ему лет?» — подумал он.
— Даже не спрашивайте, Лев Игнатьевич. Даже не спрашивайте, — будто прочитав его мысли, произнес Кощей. — Столько сейчас не живут. Но я, тем не менее, желаю вам дожить до моих лет. И чтобы при этом у вас ничего не болело, Лев Игнатьевич. Даже спина.
Кощей пригубил свой бокал и внимательно посмотрел на Седова, ожидая реакции. Тот правильно понял его взгляд. И тоже просто пригубил бокал. Кощей заулыбался.
— Ну все, все, считайте, что проверка закончилась. Хотя, если честно, никакой проверки не было. Все, что нам нужно, мы о вас знаем и, если честно, вы могли бы себя вести в кабинете как вам угодно. Хоть на голове стоять.
Седов поднял вверх одну бровь.
— Вот как? На голове я стоять не умею. И, тем не менее, мне все равно не понятно. Зачем я здесь?
— Сейчас объясню.
Кощей проделал какие-то манипуляции под столом и выехал из-за него на кресле, которое было оборудовано колесиками и бесшумным электродвигателем. Его ноги были накрыты клетчатым пледом. Он подъехал к Седову и, нажав на какую-то копку, поднялся на один уровень с его глазами и резко подался вперед.
— Теперь понятно?
— Не совсем, — ответил твердым голосом Седов. — Я не привык отгадывать шарады.
Кощей откинулся назад и, отвернувшись, начал говорить.
— Несколько лет назад во время спецоперации в Афганистане вам не повезло. Вы упали со скалы, но чудесным образом избежали травмы. Так?
Седов кивнул головой.
— Так.
— Сначала вы говорили врачам, что вам помогли некие люди, которых Вы встретили на дороге. Так?
— Верно.
— Они помогли вам при помощи какого-то светового прибора.
— Не могу точно сказать. Может быть, молитвы. — Седов удивленно смотрел на Кощея. Неужели он здесь, в Кремле, заставляет его мысленно вернуться в давно забытое прошлое?
Кощей продолжил.
— Вы перестали указывать на этот факт, считая, что, таким образом, можете повредить своей карьере. Вас могли посчитать душевнобольным и комиссовать.
Седов неуверенно пожал плечами, хотя было понятно, что говорить что-то другое бессмысленно.
— Ну, что-то вроде того.
Кощей развернулся и поехал на свое прежнее место.
— Можете не сомневаться. У нас вас психом считать никто не будет.
Снова проделав какие-то манипуляции с креслом, Кощей опустился так, чтобы было удобно сидеть за столом. Затем он нажал на крышке стола еще несколько кнопок, и на противоположной от барной стойки стене появился экран большого телевизора. Седов очень удивился: он никогда не видел такого экрана. Самое удивительное, что экран был совершенно плоский.
— Сейчас вы увидите несколько фотографий. И я вас очень прошу, посмотрите. Может быть, вы узнаете кого-то на ней.
На экране стали появляться различные мужские лица. Много разных лиц. Они появлялись на экране довольно быстро. Очень скоро Лев Седов смог выхватывать из этого калейдоскопа только их глаза. И это были совершенно незнакомые ему лица и глаза.
Только одно единственное лицо ему что-то напомнило. Седов тут же поднял руку.
— Вот он.
Калейдоскоп остановился. С экрана телевизора на Седова смотрело лицо того самого человека, который сказал ему: «Бог может быть где угодно, даже на спине моего осла!»
Кощей сказал:
— Посмотрите внимательно. Точно он?
Седов смутился.
— О какой точности может идти речь? Ведь прошло столько лет. Но мне кажется, что это именно тот самый человек.
Кощей снова нажал какую-то кнопку.
— Вот и отлично.
Под его столом заработал принтер, а потом он положил на стол листок бумаги с фотографией. Читая то, что написано на бумаге, Кощей повторил:
— Вот и отлично.
После чего он протянул листок Седову.
— Прочтите.
Седов пробежался по тексту глазами и на этот раз не смог сдержать удивления.
— Что за ерунда? Князь Фаради. Глава одного из самых влиятельных ассирийских кланов. Источник доходов — контрабанда. Считает себя магом высшей категории. Обладает связями в преступных сообществах по всему миру. Способен на организацию крупных терактов и диверсий. Увлечение — собирание уникальных артефактов, свидетельствующих о контактах человека с внеземными цивилизациями. Считает, что человечество — часть этих внеземных цивилизаций. Поддерживает все оппозиционные режимы. Вы это серьезно?
Человек в инвалидном кресле усмехнулся.
— Ну, вот теперь вы меня считаете душевнобольным.
Седов тут же опустил глаза. «Конечно, можно было бы так считать, если бы не место, где они находятся!» Он покачал головой.
— Нет. Я так не считаю.
Кощей кивнул головой.
— А что вы скажете на то, что именно один из таких артефактов и помог вам. Именно он помог срастись вашему позвоночнику, который, между прочим, был переломан в шести местах.
Седов пожал плечами.
— Что я могу сказать? Доказательство этому то, что я стою перед вами. Но откуда вы знаете, что шесть переломов.
Кощей снова нажал какие-то кнопки на столе, и на экране появился рентгеновский снимок.
— Ну, это просто. Вот ваша спина. Конечно, если рассматривать его невооруженным глазом, она совершенно нормальная, но …
Кощей повертел на столе каким-то рычажком, и снимок приблизился.
— Если посмотреть на него с некоторым увеличением, то можно уже заметить некоторые перекосы. Вот, вот и вот.
Он повертел еще немного рычажками, и Седов явственно различил на позвоночнике места повреждений. Они выделялись микроскопическими костными наростами. Седов почувствовал, как к горлу стал подкатывать комок. Он с трудом проглотил его. И резко допил свой бокал с коньяком.
— Значит, все-таки комиссуете? За полгода до выхода на пенсию, — выдавил он из себя.
Как ни странно, Кощей не удивился такой реакции. Он выключил экран и сказал:
— То, что я скажу, покажется вам еще более странным. Но вам придется привыкнуть к этому. Впереди для вас будет много нового. Итак, на самом деле, из Вооруженных Сил Вы были отчислены давно. Еще десять лет назад. Все это время вы были приписаны к нам, но находились, если можно так выразиться, в действующем резерве. Но вот теперь-то Вам как раз придется вставать в строй.