Чтение онлайн

К счастью, такие оборванцы, как мы, их не заинтересовали…

По пути к Каран-Норну было раскидано какое-то количество деревень, в которых люди занимались точно тем же, чем и мои односельчане. И каждый раз, видя вдали от тракта дома, дым печных труб, или людей в полях, моё сердце сжималось, а перед глазами вставали лица родителей…

На шестой день путешествия мы встретили группу бродячих артистов. Они остановили четыре своих фургона под огромным дубом, недалеко от тракта, и пригласили разделить с ними трапезу. А так, как у нас почти не было запасов — всё, что мы ели, было добытой мной на охоте дичью — мы с радостью согласились.

Большое семейство цирковых, едущих в Тармберг, где добывали серебро, оказались весёлыми ребятами. Мы понаблюдали за тренировками жонглёров и акробата, повосхищались фокусником и с уважением отнеслись к метателю ядер и огромной секиры — здоровенному усатому мужику по имени Горт.

Торгрим даже попытался выторговать эту секиру за несколько невесть откуда взятых серебрушек, но дальше шуток и слов дело не пошло.

Эти артисты рассказали, что в дне пути от места нашей встречи будет большой постоялый двор на перекрёстке четырёх дорог — так что, попрощавшись с бродягами, мы направились прямо к нему.

Трактир и правда был большой — метров двадцать в длину, основательный, двухэтажный, с большим подворьем, баней, общим колодцем, конюшней, своим огородом и полем, а также небольшим яблоневым садом. На окнах висели массивные ставни, вокруг построек был возведён небольшой частокол, а во дворе я сразу срисовал пятерых дюжих ребят с оружием на боках. Мечи, сабли, пара арбалетов… Под несколькими высокими деревьями, растущими в углу двора, рядом с воротами расположилась смотровая вышка метров семь высотой — там тоже торчала пара стрелков.

— Серьёзное хозяйство! — присвистнул Торгрим, останавливая свою лошадь неподалёку от конюшни.

Во дворе было многолюдно. Помимо охранников, нескольких мальчишек-служек и женщины, прикрикивающей на них, тут разгуливали и постояльцы.

Несколько торговцев вокруг пары гружёных телег, которые выводили из-под навеса рядом с конюшней; парочка наёмников; группа подвыпивших солдат, метающих в деревянную мишень топоры; даже карета, рядом с которой торчал худощавый и бледный господин, внимательно следящий за двумя красавицами в дорогих платьях — видимо, сопровождающий.

— Разная тут публика, — заметил я, — А у меня даже денег нет, чтобы заплатить за комнату… Думал на сеновале попроситься переночевать, но теперь…

— Ай, да брось, парень! — Торгрим тряхнул своим полупустым кошельком, в котором звякнули несколько монет, — Я за тебя заплачу!

— Да не стоит…

— Стоит-стоит! — засмеялся он, — Вместе же едем, тресни твой гранит! Хоть людьми себя почувствуем после дороги и того, что в той деревеньке случилось… Эй, Ада! У тебя-то монеты найдутся?

Воровка, которая уже спрыгнула с моего коня, надменно вздёрнула носик.

— Найдутся! Но за вас платить не буду.

— Да не больно-то и хотелось, — фыркнул гном, и найдя глазами конюха, крикнул, — Эй, уважаемый! Прими-ка лошадей! Их бы накормить, а то на сырой траве заманались уже!

Пожилой, седовласый, низенький мужчина принял у нас вожжи и с полупоклоном повёл устраивать животин. Мы же, кивнув мрачным охранникам на входе, смерившим нас оценивающими взглядами, вошли внутрь.

«Старый кабан» — гласила вывеска, изображающая (кто бы мог подумать?) здоровенного клыкастого вепря.

В просторном зале оказалось немного людей — была занята примерно треть столов. На нас никто не обратил внимания — все были заняты своим делом. Кто-то играл в кости, кто-то оживлённо разговаривал за едой, кто-то молча пил.

Мне в нос сразу ударил запах свежей выпечки, эля, приправ, жареного мяса. Желудок заурчал, и я смущённо улыбнулся. Торгрим понимающе хмыкнул:

— Жрать хочется, и то правда! Идём, вон я вижу хозяина!

Добравшись до стойки, мы поздоровались с высоким и плотно сбитым мужиком — лысым, с мощной, чуть поседевшей бородой, одетого в простую белую рубаху и чёрные льняные штаны. На поясе у него висела внушительных размеров дубинка.

Он чем-то неуловимо напоминал того самого «Вепря» с вывески.

— Приветствую, уважаемые! — ответил он глубоким басом, — Я Берг Щетина, хозяин этого заведения. Чего желаете? Откуда едете?

— Я Торгрим из рода Андарак. Это Ада и Виктор, мои спутники. Едем из… Еловых выселок.

— Не ближний свет, — хохотнул трактирщик, — Как там дела? Тихо?

— Если бы, — брякнул я, — На деревню напали.

Берг тут же помрачнел.

— Прямо на саму деревню?! Там же гарнизон стоит… Совсем ополоумели проклятые разбойники! И как, многих положили?

Я вдруг понял, что трактирщик не поверит в россказни об орках — он и мысли не допускал о том, что с Еловыми выселками что-то может случиться! Деревня и правда была далеко, но подумав, я всё же решил рассказать о том, что на Выселки напали орки.

К моему удивлению, Берг рассмеялся на это заявление.

— Орки? Парень, ты самогона перепил в дороге, не иначе! Ха-ха-ха!

— Я серьёзно!

— Это правда, — неожиданно поддержала меня Ада, и гном кивнул, подтверждая её слова, — Мы тоже их видели. Уверена, в ближайшую неделю новые постояльцы вам расскажут то же самое.

Трактирщик снова посмотрел на нас, уже серьёзнее.

— А ну-ка, поподробнее…

Мы выложили ему короткую версию истории, не упомянув, что удрали из темницы. В конце этого рассказа его глаза едва на лоб не вылезли, и он сокрушённо покачал головой.

— В хреновые времена мы живём… Сначала волки, потом разбойники, теперь это… Откуда они взялись?!

Памятуя о том, как отнеслись к моим словам в Выселках, я не стал рассказывать о Рифте, а Торгрим, понимая это, пришёл на помощь.

— Этого не ведаем, уважаемый. Нам бы комнату на троих, — заявил гном, но воровка тут же его перебила, сверкнув своими зелёными глазами:

— Две комнаты. Одну на двоих, другую на одного.

— Понял, — кивнул Берг, — Есть свободные, по серебрушке за человека на сутки. Торговаться даже не думайте — в стоимость входит три раза поесть, баня, услуги прачки, овёс для лошадей — или вы без них?