Чтение онлайн

Она оказалась достаточно умна, чтобы не использовать Доспех всё время. Это мешало находить её…

А когда цель объявлялась, Оккорай приходилось догонять её, растрачивая энергию. Всё же, сущности Шейда не предназначены для долгого пребывания в мире Терсеи. Чтобы не рисковать исчезнуть полностью, они находят для себя мощные вместилища.

К сожалению Оккорай, когда он выследил цель и был уже близок, путь преградил опасный враг.

Это был потомок Великих, и прибыл он в небесной крепости.

Оккорай слишком хорошо знал запах этой крови. Он издали ощущал её мощь, а потому не стал вступать в столкновение. Это было разумно.

Подождать.

Посмотреть.

Тогда цели тоже удалось уйти, пользуясь защитой потомка Великих. Оккорай к тому моменту уже слегка ослаб.

Но больше всего сил Оккорай потребовалось, чтобы приготовить для человека ловушку в долине. К тому моменту он уже освоился в этом мире и кое-что понимал.

Людей и их стремления, которые открыто читались в душах.

Поняв это, Оккорай было очень легко начать манипулировать этими двуногими существами.

Да и не только ими.

Отыскать подгорную тварь, которую можно было использовать, Оккорай накачал её силой. И сразу после этого — подчинил себе целую деревню двуногих, через которую ехала цель.

К сожалению Оккорай, он не успел вовремя занять все сосуды из горной деревни. И цели вновь удалось уйти. А занятые тела во время долгого преследования оказались уничтожены — или очень далеко, так, что связь между ними оборвалась.

И теперь от изначальной сущности Шейда остался лишь один основной носитель.

Растерявшего силу Оккорай хватило лишь на то, чтобы взять под полный контроль достаточно сильное тело, и залечить его тяжёлые раны.

Оккорай не рассчитал опасность — и поплатился за это.

Оккорай ошибся.

Он понесёт заслуженное наказание — если выполнит поставленную задачу. Или умрёт, пытаясь сделать это.

Сидя перед костром, в ночи глубокого леса, Оккорай изучал память занятого им тела.

Он понимал, что теперь не может действовать опрометчиво. У него просто не хватит сил, чтобы подчинить себе множество тел… Не сейчас… Ещё не скоро…

Значит, пока что нужно действовать по другому. Как люди — хитро и изворотливо. Нужно научиться думать, как они, действовать, как они… Не следует привлекать к себе внимания, пока у него мало сил…

Оккорай был сущностью иного порядка, и его разум был устроен иначе, чем человеческий. Он был лишён разных «лишних» примесей — многих чувств и эмоций, например. Но зато был более пластичен, и Оккорай знал — потратив несколько дней, он полностью изучит занятое им тело.

Получит все его знания, навыки, привычки — но при этом останется собой, и даже восстановит силы.

Так что именно этому Оккорай и посвятил семь дней — срастался с капитаном Ардом. И через неделю после схватки с Виктором, они стали единым целым.

В тот же день, когда это случилось, его силы слегка восстановились — и на связь сразу вышел хозяин.

Голова Оккорай взорвалась вереницей образов, звуков и ощущений, непривычных сущности Шейда.

— Да, господин? — спросил капитан, когда бессмысленные картинки в голове приняли более чёткую форму, а шум стих.

Сущность, занявшая место Арда, испытывала раболепное желание угождать тому, кто дал ей возможность мыслить и выдернул её из Шейда в Терсею.

Сейчас собеседник Оккорай был просто тенью образа — размытым чёрным пятном в сознании существа.

— Куда ты исчез?

— Возникли проблемы. Человек ушёл.

— Не этого я ожидал услышать, раб! Где он сейчас? Ты идёшь по следу?

— Да.

Оккорай выложил хозяину всё, о чём знал — о своём преследовании Виктора, о том, что произошло в Керак-Норне и потом, на дороге. Часть знаний о произошедшем, чему Оккорай не был личным свидетелем, он взял из памяти капитана. Он начал очень быстро понимать, как пользоваться человеческой памятью.

— Ты разочаровываешь меня, раб.

— Простите, господин, — сущность почувствовала стыд. Это была человеческая эмоция, и Оккорай её отбросил, — Я готов понести наказание, когда мы встретимся. Но пока у меня есть план. И я продолжу преследование, если такова ваша воля.

— Продолжай, — велел хозяин, — Пока он не добрался в столицу — у тебя есть время. Не трать его понапрасну!

Голова капитана снова взорвалась вспышкой боли, перед глазами заплясали перемешанные образы. Чувствуя помутнение и тошноту, Ард повалился на землю.

— Проклятые… Слабые… Людишки… — прошипел он, кое-как поднимаясь, — Надо бы… Закалить… Это тело…

В середине первого осеннего месяца в ворота Гвирена въехал всадник.

Коротко стриженный, черноволосый мужчина с решительным лицом, квадратным подбородком и плотно сжатыми губами. Он был один — в доспехе наёмника, со споротой нашивкой, грязном плаще и на уставшей кобыле, явно не подходящей такому воину.

Он переговорил со стражей, заплатил им пару медяков, найденных в кошеле, и получил разрешение на въезд.

А затем направил коня по узким улицам — прямиком к замку герцога.

Капитан Ард — как называл себя этот человек — не останавливался у лотков уличных торговцев, не обращал внимания на зазывал публичных домов, и даже не обратил внимания на юрких мальчишек-воров, попытавшихся срезать с его пояса тощий кошель.

Капитан лишь остановил кобылу, и зыркнул на них так, что парни потом целую неделю рассказывали друзьям, какой страшный тип их срисовал.

С «рыбьими» глазами.

Глаза у капитана Арда и впрямь были странные. Некогда карие, теперь они скрывались будто за поволокой тумана.

На это и обратила внимания стража, охраняющая ворота в замок герцога, возвышающийся в центре города.

— Куда прёшь, слепошарый! — вышел вперёд один из солдат и подхватил коня капитана под уздцы, — Въезд только по пропуску!

Ард медленно повернул голову в сторону солдата и пристально посмотрел на него, заставив вздрогнуть.

— Ты новенький, — произнёс капитан хрипловатым голосом, — Я тебя не помню.

— Что?..

— Доложи герцогу, или начальнику вашего караула, что приехал капитан Ард Крейн. Они пригласят меня.