Чтение онлайн

– Пришли! – дед сбавил обороты, впереди показалась речная развилка слияния Курьи и Лыменя. – Хворый? – пронзительно посмотрел дед на своего пассажира с зажатой в руке упаковкой таблеток.

– Есть маленько, – отмахнулся Максим, зачерпнул еще воды и умылся.

Старик вдруг резво поднялся, сделал шаг в сторону своего пассажира, словно заправский мастер шаолиня выбросил руку вперед, выхватил таблетки у Максима и четким отточенным ударом ноги в грудь, вышиб того за борт. Метнувшись назад к корме, добавил газу, развернул лодку, причалил немного к берегу, выбросил рюкзак, оставшийся в лодке на сушу.

Максим вынырнул из воды, взмахнул руками, пытаясь удержаться на воде, но глубина оказалась всего по пояс. Все произошло очень быстро, настолько, что Максим не сразу сообразил, как оказался в воде.

Метрах в пятидесяти лодочник медленно отчаливал от берега, пристально глядя в его сторону. Он вдруг выставил руку вперед и демонстративно выщелкал все таблетки в воду, следом выбросив пустую упаковку. – Вдоль Курьи быстрее дойдёшь, – выкрикнул старик, засмеялся, уселся обратно в лодку, мотор взревел и, спустя минуту лодка скрылась за поворотом.

– И ты тоже, что ли галлюцинация!? – с отчаянием в голосе выкрикнул вслед Максим и рухнул на песчаный берег, переводя дыхание.

***

Довольно сильный промозглый ветер обдавал лицо. Максим открыл глаза. Яркая полная луна нависала над видневшимся вдалеке хребтом. Ночь была очень светлая, больше походившая на раннее утро, в этих краях всегда было светло по ночам, хотя на часах была уже полночь.

Поёжившись и осмотревшись, Максим поднялся, отстегнул от лежавшего рядом рюкзака теплую куртку, накинул на себя. Костер давно погас, напоминая о себе слабым тлением углей.

Лёгкой, но занудной болью отдавало в голову, состояние стало уже привычным. Таблеток не было, вчерашний инцидент оказался самой настоящей явью, а не как в прошлый раз тогда у аптеки.

– Странный дед, хм… – бормотал он себе под нос.

Какое ему дело было до его лекарств? А может религия местная? Может лекарства несли в себе какое-то оскорбление? Да, скорее всего так и было. Наверняка дед из староверов, а у них обращение к медицине и медикаментам считалось грехом сильным. Максим вполне удовлетворился подобным объяснением и, наскоро перекусив консервами, закинул рюкзак за спину, зашагал в сторону сияющего хребта, озаряемого яркой луной.

Светлая ночь позволила идти довольно уверенно. Самочувствие, как ни странно было вполне сносным, если не считать уже привычной легкой пульсирующей боли. Слабость в теле отсутствовала со вчерашнего вечера. Это радовало, и нужно пройти как можно больше, пока она не вернулась.

Четвертый час утра. Подножие безымянной сопки.

Максим рухнул на колени, отдышался немного, напился воды, сменил обувь на шипованую и, не тратя более ни минуты, направился вверх.

– Р-раз, два! – вслух начал он отсчитывать шаги подъёма.

« – Туда, где ждёт рассвет востока,

– Где усыпальницу мне приготовила природа,

–Где настоящее начало моего истока,

– Где отчий дом – мой путь

–И вот она – последняя дорога…»

Бормотал себе под нос Максим случайные строчки, пришедшие на ум. Он даже не понимал, сам только что придумал, или же это когда-то было услышано.

Показалась небольшая узкая терраса. Она была больше похожа на остаток дороги или широкой тропы, опоясывающей сопку по кругу, местами заваленная оползнями.

Вершина уже казалась совсем близкой, но до нее как раз карабкаться не нужно было, нужный уступ находился ниже метров на пятьдесят.

« – Ты спряталась за каменной стеной,

– Укрывшись черным бархатом, ещё дыша, живой.

– Уснула сладким сном, в тысячелетьях растворившись навсегда

– В надежде, что вернусь когда-то я.»

Вновь прошептал он пришедшие на ум странные строчки. Он сейчас точно знал, что это были неизвестные стихи, но будто до боли знакомым голосом сейчас нашёптываемые в его голове.

– Уф-ф! – выдохнул Максим, взобравшись на уступ. Он расставил руки в стороны, шагнув навстречу восходящему солнцу, яркие лучи которого тут же обожгли обветренное лицо.

– А-а… Э-э-эй… – На душе было легко и свободно. Он подошел к гранитному кубу. Коснулся ладонью холодного камня, как бы приветствуя. Он до последнего боялся, что чудо-глыбы вдруг не окажется на месте. Эта мысль не покидала ни на минуту и беспокоила всё сильнее, по мере приближения к цели.

Максим вдруг осознал, что действительно больше не вернется домой. Откуда-то из глубин подсознания пришло стойкое чувство, что все произошедшее с ним в этой жизни, там, внизу, в городах каменных джунглей, было каким-то тяжелым беспокойным сновидением. Жизнь настоящая начиналась именно сейчас.

Макс бросил вещи под ноги, присел на корточки, прислонившись спиной к холодному граниту.

Уже почти постоянная слабость организма даже не раздражала, как раньше. Он сейчас испытывал редкий контраст душевного умиротворения и паршивого физического состояния. Наступил момент, когда пришло понимание истинного осознания себя, где саморазрушающаяся оболочка все меньше тревожила. Нисколько сейчас не заботило и отсутствие обезболивающих. Главное, что успел – только эта мысль согревала сознание, хотя до конца не удавалось уловить, что же все-таки происходит, но то, что это нужное и правильно, он понимал прекрасно, хотя и не представлял, а что собственно дальше …

Максим поднялся, в глазах потемнело, голова сильно закружилась. Пытаясь удержать равновесие, он оперся руками об угол куба, но вместо ожидаемой опоры, гранит подался вперед, сдвигаясь ровным узким срезом. Максим отшатнулся, головокружение прошло. Нет, это были не очередные галлюцинации. Он зажмурился, ударил себя по щекам обеими ладонями, помассировал виски, открыл глаза. Горизонтальная полоса шириной сантиметров двадцать ровным четким срезом была сдвинута в сторону. Макс осторожно протянул руку, коснулся вновь этой части, надавил, гранит достаточно легко подался вперед, надавил сильнее. Узкий пласт выдвигался из общей массы, словно лезвие складного ножа. В какой-то момент, когда наружу показалась почти половина ширины глыбы, пласт остановился. Максим вернулся снова к углу, прищурился, внимательно всматриваясь в породу выше и ниже выехавшего пласта, дотронулся до верхнего края, уверенно надавил. Точно такой же пласт так же легко стал выдвигаться в сторону.

– Вот тебе и кубик-Рубика! – восхищённо отметил Макс.

Сердце учащенно билось в груди, волнению не было предела. Вытащив очередное «лезвие», он вернулся к углу, и уже точно зная, что нужно делать, один за другим продолжил выдвигать гранитные пласты. Каждый последующий верхний слой отъезжал чуть дальше предыдущего, образовывая некую лестницу. Некоторые произвольно делились на части, сдвигаясь, ломаясь в хаотичном порядке.

Массивный гранит раскрывался подобно хитроумной шкатулке. Плотная подгонка деталей, монументальность и в то же время некая грация, заставляли восхищаться великим таинственным мастером создавшим подобное.