Последний рейс
Шрифт:
Беру себя в руки и ввожу адрес почты Рори и его пароль со стикера. Как только нажимаю «Войти», телефон мужа начинает вибрировать – пришло сообщение о входе в аккаунт с нового устройства. Удаляю его и возвращаюсь к компьютеру. Там во входящих появилось точно такое же предупреждение. Отправляю его в корзину.
На главной странице среди множества папок нахожу общий документ под названием «Протокол совещания» – и открываю. Пусто! И все же завтра им будет что обсудить. А я стану молчаливым свидетелем ярости и негодования мужа, только он ничего не сможет мне сделать. Я буду знать все, о чем Рори и Брюс говорят в своей «тайной комнате». Пока же здесь лишь одна запись: «Последнее изменение сделано Брюсом Коркораном пять часов назад». Кликаю, чтобы просмотреть историю изменений. Справа появляется длинный список: «15:53 Брюс Коркоран добавил комментарий», «15:55 Рори Кук добавил комментарий», – и никаких подробностей. С трудом сдерживаюсь, чтобы не нажать на опцию «Показать изменения» внизу списка, – слишком опасно, я могу себя выдать.
Захожу в настройки компьютера и меняю пароль – теперь мне есть что скрывать.
Покончив с этим, возвращаюсь в спальню. Рори спит. Кладу его телефон на зарядку и направляюсь в ванную. Достаю из дорожной сумки косметичку, открываю ее и выкидываю в мусорку дешевую зубную щетку, а на ее место в пластиковый контейнер кладу флешку и стикер с паролем, затем упаковываю все обратно. Застегивая косметичку, ловлю в зеркале свое отражение на фоне роскошной ванной с мраморными столешницами, огромным джакузи и душевой кабиной размером с небольшой автомобиль. В детстве я себе такого даже представить не могла. По утрам мы с Вайолет постоянно спорили, кому идти в душ первой, пока мама не выкрутила замок. «У нас нет времени на уединение!» – заявила она. Как же я мечтала тогда о собственной ванной комнате, в которой можно запереться и сидеть, сколько влезет. А теперь я бы все отдала, чтобы вернуться в то время, когда мы толкались в тесной ванной, вместе чистили зубы, красились, сушили волосы…
По роскоши я скучать не буду.
Выключаю свет и проскальзываю в кровать к мужу. В последний раз.
Осталось двадцать два часа.
Клэр
22 февраля, вторник
День крушения
Должно быть, усталость победила, и я все же уснула, потому что разбудил меня трезвон будильника. Я открываю глаза и осматриваюсь. Солнце взошло, Рори нет рядом, на часах полвосьмого.
Неужели этот день настал?! Тревога и напряжение постепенно сменяются радостным ожиданием. Я встаю, иду в ванную принять душ. Включаю воду, отчего зеркало тут же заволакивает паром. Прежде чем встать под горячие струи, проверяю, на месте ли флешка. Все в порядке. Можно расслабиться. Весь год я жила в постоянном страхе, что план раскроется, и вот наконец тревога отступила. Я собрана. Рори уехал в офис, на совещание или куда-то еще, уже неважно. Остается лишь одеться и выйти из дома – в последний раз, чтобы больше не вернуться.
Выключаю воду и заворачиваюсь в любимый уютный халат. Мыслями я уже далеко… Но то, что я вижу, когда снова оказываюсь в спальне, быстро возвращает меня к реальности. Мой чемодан, собранный для поездки, лежит раскрытый на кровати, и Констанция, наша горничная, достает из него зимние вещи.
– Что вы делаете?
Я с ужасом слежу за ее руками, ожидая, что она вот-вот обнаружит спрятанный под бельем рюкзак. Впрочем, белье она не трогает, а лишь уносит теплую одежду и возвращается из гардеробной с летними платьями и льняными брюками, их она упаковывает в чемодан, а на кровать кладет розовый кашемировый свитер, слишком яркий и легкий для промозглого февральского утра.
– Мистер Коркоран все вам объяснит.
Вероятно, Брюс ждал в коридоре, потому что при этих словах тут же возник в дверях и вздрогнул, увидев меня в одном халате.
– Планы изменились, – сообщает он. – Мистер Кук сам полетел в Детройт. А вас ждут в Пуэрто-Рико. Надо встретиться с представителями гуманитарной организации, которая занимается ликвидацией последствий урагана. Вы должны предложить им помощь фонда.
– Что, простите?
У меня такое чувство, будто сместилась земная ось и меня тянет куда-то в бездну.
– Мистер Кук вылетел в Детройт вместе с Даниэллой сегодня рано утром. Вас он будить не стал.
Констанция закрывает мой чемодан и тенью выскальзывает из комнаты.
– Вылет в одиннадцать из аэропорта имени Джона Кеннеди.
– Кеннеди? – растерянно повторяю я, все еще не в силах осознать произошедшее.
– Мистер Кук вылетел на частном самолете, так что мне пришлось забронировать вам обычный билет. Над Карибами скоро испортится погода – это последний рейс, остальные уже отменили, – говорит Брюс и смотрит на часы. – Одевайтесь. Я подожду вас внизу. К девяти надо быть в аэропорту.
Он выходит и захлопывает за собой дверь, а я бессильно опускаюсь на кровать. Конец! Все мои планы, так долго вынашиваемые и так тщательно скрываемые, развалились за несколько часов, пока я спала. Все, что я собирала по крупицам за год – сорок тысяч долларов, поддельные документы, прощальное письмо, – лежит сейчас в гостиничном номере в Детройте, куда очень скоро войдет Рори. И все узнает.
Не знаю, как у меня хватило сил одеться и выйти из комнаты. Брюс ждет меня на улице в арендованном лимузине. Мы выезжаем. Он рассказывает о запланированных мероприятиях. Когда Рори нет рядом, тон его всегда становится чуть более фамильярным, чуть менее уважительным; обычно меня это бесит, но сейчас не до того. Единственное, о чем я могу думать, – это о том, как теперь выпутаться.
От Рори приходит сообщение:
Извини, что планы так внезапно поменялись. Мы почти приехали в отель. Позвони, когда доберешься. Наслаждайся хорошей погодой.
Там сейчас 35 градусов.
Значит, пока он не в курсе. Вдруг еще есть шанс все исправить? Я сжимаю телефон и молюсь, чтобы мы скорее доехали до аэропорта, где Брюс наконец-то оставит меня в покое и я смогу что-нибудь предпринять.
– Для вас забронирован номер в отеле «Кариб Хилтон» в Сан-Хуане на две ночи. Даниэлла считает, что поездка может затянуться, так что она перенесет вашу встречу, запланированную на пятницу, – продолжает помощник мужа, сверяясь с телефоном, потом смотрит на меня.
Я киваю, говорить сейчас у меня нет никаких сил. Все мысли лишь о том, как позвонить Петре и отменить доставку, но пока Брюс рядом, я не рискую даже отправить ей сообщение.
Машина останавливается у тротуара, Брюс дает мне последние указания:
– «Виста эйрлайнз», рейс 477. Посадочный талон у вас в почте. В Пуэрто-Рико вас встретят. Если будут вопросы, звоните Даниэлле.
Выбираюсь из машины и прохожу через стеклянные двери терминала. Брюс наблюдает за мной из лимузина и отъезжает, лишь убедившись, что я внутри. «Не останавливайся, – повторяю я себе. – Продолжай идти». Встаю в конец очереди на паспортный контроль и достаю телефон. Нахожу письмо от Даниэллы с указаниями по детройтской поездке и набираю номер.
– Отель «Эксельсиор», – отвечает приятный женский голос.
– Доброе утро, – говорю я, стараясь не выдать волнения. – Я забронировала номер, но планы изменились. Не могли бы вы переслать мне пакет, который доставят на мое имя сегодня утром?
– Конечно. Как вас зовут?
Неужели еще не все пропало? Тревога немного отступает, я делаю глубокий вдох. Сейчас попрошу переслать пакет в Пуэрто-Рико.
– Клэр Кук.
– О, не переживайте, миссис Кук, я передала пакет вашему мужу буквально десять минут назад, – щебечет девушка по телефону, без сомнения все еще пребывая в восторге от встречи с Рори.