Последний рыцарь
Шрифт:
– О, вы уже очнулись! Наконец-то! Пока вы лежали без сознания, я никак не мог получить разрешения! Но теперь!..
– На что разрешения?
– На опыты, разумеется. Когда я увидел ваши ткани, вы не поверите, какой восторг испытал! Столько новых органов с неизвестными функциями! А ваши шрамы?
Он без стеснения скинул простыню, обнажив огромный шрам от левого бедра до середины груди. Его нити, будто мицелий, разбегались во все стороны от шершавого белёсого эпицентра.
– Я никогда такого не видел, – доктор присел и тыкнул.
– Ай! Что вы творите!
– От чего это? Это не ожог, не травма и не последствия неудачной операции.
– Не ваше дело.
– Но-но, это как поглядеть. А ваш имплант! – он тут же переключился на голову и посветил в глаз. – Реакция нормальная. Наркоз полностью прошёл. Вижу, вы принимаете большое количество бионитина и нейрогеля. Надо будет взять образцы нервной ткани на анализ.
– Я не собираюсь давать никакой ткани. Сафф – мой лечащий врач! Вы вообще кто такой?!
– Доктор Менгель, рад знакомству. Я заведую всей медицинской частью Ордена.
– А разве это не часть Слама Абраммо?
– Более нет. Сожалею, он покинул нас пару месяцев назад. Скажите, ваш мозговой имплант как-то вас беспокоит? Например, при нагреве?
– Он не греется.
– Мм-м… Интересно. Я никогда, никогда не видел такой технологии! – он провёл рукой по черепу, с силой надавливая. – Пробурим вот здесь и здесь.
– Что?! Сафф!
– Сожалею, но любые манипуляции без моего разрешения и без разрешения пациента невозможны.
– Со вторым мы уже почти разобрались, – он сделал пометки в блокноте. – Я никогда не видел подобной технологии! Вся левая кора заменена на механизм! Многочисленные включения на всех уровнях. Интересно, это задумывалось изначально или произошло из-за долгого потребления бионитина? Хм… Нужно будет взять ещё несколько проб… На уровне мозжечка!
– Доктор, мне всё равно, кто вы и чем занимаетесь, но не могли бы вы удалиться?
– Конечно. Сейчас. Нужно внести ещё пару меток. Хм… Ваш скелет очень похож на те образцы, что мы получили вчера. Гибрид обычного скелета и гидравлического усиления для большей гибкости и силы. Трёхпалость на ногах, цевка, какое оперение! Вы случайно не родственники?
– Что за бред вы несёте?!
– Значит, случайное сходство! И всё я бы хотел получить разрез где-нибудь на уровне… бедра! Да, бедра! Вот здесь!.. – он обтянул обвисшую конечность алой нитью.
– Что вы делаете?
– Провожу исследование разных интересных вещей вроде «бла-бла-бла ничего не понятно, кому это вообще надо».
Оклайн не выдержал и отпихнул Менгеля. Вдруг загремел звонок. Кто-то пришёл в гости.
– Подождите чуть-чуть! – Оклайн со злобой отобрал простыню и укутался по самую шею. – Входите!
Сидера заглянула внутрь, увидела Менгеля, нахмурилась и пробурчала нечто нечленораздельное. И, вероятно, нецензурное.
– Уходите, доктор, вы уже достаточно сделали.
– Хм, как скажете. Продолжим позже! Такие открытия! Нужно проработать технику препарации. Лезвия с алмазной наточкой или голонож? Сложный выбор. Нельзя повредить органы при их извлечении! Шор не подойдёт, слишком грубо. Вивисекция?
Он даже не закрыл за собой дверь. Так и побрёл по коридору, рассуждая о преимуществах разных методах вскрытия и инструментах. Наррайн показала ему вслед язык и заперла палату.
– Терпеть его не могу! Я бы ему даже свою подушку резать не доверила! Мерзкий тип.
– Я ему лампу держать не буду, – подтвердил Сафф.
– Откуда он взялся?!
– Из пыточных. Заведовал там, потом перевели сюда. Временно. Варайн говорит, что он слишком умный, чтобы его выгонять, но по мне так он давно заслужил пинок под зад! Да ещё какой!
– Уф…
– Что? Как ты? Жив-здоров? – она выдавила неубедительную улыбку. – Прости. Я не справилась.
– С чем?
– Я ведь тебя прикрывала. И упустила убийцу.
– Ты спасла мне жизнь! Если бы ты не позаботилась о Себастьяне, то я бы сейчас лежал в очереди на кремацию!
– Варраден не имеет права на ошибку. А её допустила. Да уж, телохранитель из меня никакой.
– Послушай, я не ожидал подобного подвоха. Это необъяснимо. И в таких обстоятельствах, когда ничего не понятно и счёт идёт на секунды, ты сделала всё верно. Рука – плевать на неё! Новую вырастят! Ещё лучше прежней! Главное – живой. Не всем так повезло.
– Думаешь?
– Знаю. Такой реакции нет более ни у кого. Даже Сафф, и тот в ступор впал.
«Извини.»
«Не беспокойтесь. Так и было.»
– Со своей стороны ты всё сделала в лучшем виде. Ты лучший из рыцарей. Ты знаешь это.
– Да, – неуверенно пробормотала она.
– Тогда чего ты сомневаешься?!
– Не знаю.
– Вот и я не знаю. А теперь мне опять нужна твоя помощь. Эх, – он обдумал вопрос. – Как Варайн воспринял твоё неожиданное появление?
Несколько секунд она смущалась, пока тёмные мысли не ускользнули из зоны её внимания. Оклайн про себя улыбнулся, она отлично справляется, стала куда стабильнее и крепче, чем раньше.
– Как всегда, – Наррайн развалилась за столом. – Я наплела ему какой-то бред, и он махнул рукой. Со мной спорить бесполезно!
– То-то.
– К слову, я выяснила, что за вами тогда следил этот слабоумный Аррас! И он никого не предупредил! Просто глазел, как вас вырезают! Напыщенный тупой индюк! Ух, я бы его порвала! – она руками изобразила, как именно будет разрывать.
– Так вызови на бой.
– Ему «честь не позволяет драться с девчонкой, да ещё и серебролицей»! Можно подумать, у него честь есть! Дурак как он есть, в чистом виде.
– Дистиллированный.
– Да! Как ты говоришь?! Именно так, Сидера, именно так! – она вдруг нахмурилась. – К слову, когда в тебя выстрелили, ты был весь такой размытый!
– Орган Лаккерсона сработал, – пожал плечами Оклайн. – Неудивительно, после такого-то.
– Вот если бы ты мог им управлять!
– После ржавого лишая не могу.
– Жаль, – она потешно чихнула. – Так вот, уже на столе ты стал, наоборот, невероятно чётким! Я буквально видела каждую тень, каждое пёрышко. Это нормально?