Последний Серафим: Катастрофа шестнадцатилетнего Глена Ичиносэ
Шрифт:
— Ах, ах, настолько сильно… Глен. Такая сильная ненависть. Позволь ей буйствовать. Это очистит твою душу и облегчит сердце.
Глен не ответил. Тем не менее, казалось, что Ноя был очень шумным.
— Даже если ты делаешь вид, что ты спокоен, в этом нет никакой пользы, Глен. Большая часть тебя уже слилась со мной. Слилась с Махиру. Эта ненависть никогда не исчезнет, — Ноя сказал это и дал Глену силу.
Огромную силу. Достаточно мощи, чтобы немедленно позволить его ярости буйствовать. Если эта сила будет неистовствовать, он сможет, по крайней мере, убить тех ублюдков, которые пришли посмотреть на это жестокое зрелище, развернувшееся здесь. Если резня сможет облегчить эту боль, передав его тело в распоряжение гневу, казалось, это был довольно хороший выбор. Но Глен не двигался. Не слушал уговоры Нои. И тут же телефон в его кармане начал вибрировать. Выудив мобильник, Глен увидел неизвестный номер на экране. Он ответил на вызов. Голоса его друзей раздались с другого конца. Это был голос Шиньи Хиираги.
— ГЛЕН! Ты не должен делать подобного. Мы заберем тело. Стой на месте!
Голос Mитo можно было услышать чуть в отдалении. Ее голос звучал так, как будто она вот-вот заплачет.
— Глен, ты в порядке?!
Гоши тоже там присутствовал.
— Мы доберемся до тюрьмы как можно скорее. Подождите некоторое время!
Через камеры эти ребята тоже смотрели на казнь. Это означало, что Шигурэ и Саюри тоже наблюдали за произошедшим. Последователи «Имперской Луны» видели всю развернувшуюся сцену. Глен не мог сделать что-нибудь недостойное. Поэтому он сказал:
— Шинья…
— Всего через пять минут. Мы прибудем немедленно.
— Я в порядке. У вас нет необходимости приходить сюда.
— Это невозможно. Глен, мы сейчас…
Но Глен прервал его и сказал:
— Вы, ребята, сможете утешить меня позже. Давайте поиграем в какую-нибудь игру, — на этом Глен закончил разговор. И выключил свой телефон.
После этого он встал прямо, словно аршин проглотил. И посмотрел в центр открытого пространства. Тут же он пошел вперед с уверенностью, показывая этим, что он с этого самого дня стал главой рода Ичиносэ. Выражение его лица не было искаженным. Он спрятал свою слабость. Независимо от того, в какой ситуации он окажется, он поклялся отвечать спокойно и быть стойким, таким же как его отец. Глен подошел к телу Сакаэ. После того, как он увидел его мертвым, ненависть снова поднялась в нем, отчаяние, страх и тоска. Пламя гнева снова вспыхнуло. Слабость и намерение сбежать вернулись. Несмотря на все, он подавил эти желание.
— Все хорошо, отец, — сказал он. — Все в порядке. Я сделаю это. Я стану хорошим мальчиком, чего ты и ожидал от меня. Поэтому, пожалуйста, приглядывай за мной.
Он что-то еще пробормотал, когда поднял отрубленную голову своего отца и прижал ее к груди. После этого он понес обезглавленное тело. В этот момент он одолжил немного силы демона. Ноя расширил возможности его тела. Если бы не Ноя, Глен, вероятно, был бы обескуражен и не смог бы нести тело своего отца. Люди Хиираги абсолютно безмолвно смотрели на Глена. Они только сглотнули при виде его силы. Они спокойно наблюдали за выродком Ичиносэ, который уносил труп своего отца.
После этого ему все еще нужно было много чего сделать. У него не было иного выбора, кроме как жить распланированной жизнью, не так ли? Глен всегда чувствовал, что узнает ответ однажды. Положение, в котором он находился, и люди, которых он должен защищать. И в тот день среди этого унижения Глен Ичиносэ стал главой рода Ичиносэ.
========== Том Шестой. Глава вторая - Похороны ==========
Время летело с огромной скоростью в течение нескольких дней после казни. Тело отца разрешили доставить обратно в отчий дом в горах Айчи на похороны. В «Имперской Луне» практиковали естественное захоронение. Поэтому Глен приставил голову своего отца обратно к телу до погребения в родовой могиле. Грандиозные похороны начались. Это заняло целую неделю. К тому времени каждый получил информацию о том, что Глен стал новым главой рода. Представители известных кланов, поддерживающих «Имперскую Луну», всегда навещали отца для приветствия. Но на этот раз они обратили свое внимание на Глена. Может быть, все уже видели кадры со съемки у площадки для казни. Смерть Сакаэ Ичиносэ и появление Глена. Все видели, нет, им позволили видеть это неприглядное зрелище, и все они обещали Глену неустанно содействовать прогрессу «Имперской Луны», привлекая все свои силы. Можно сказать, что эта организация была гораздо более сплоченной. С другой стороны, в такой ситуации как именно следует управлять «Имперской Луной»? Каждый раз, когда его спрашивали о том, что он будет делать, он не мог найти ответ на этот вопрос. После того, как его отец был убит таким образом, сам Глен, будучи не в состоянии сделать что-либо, что именно он должен делать? Тем не менее, подобное не может длиться вечно. Он должен был принимать посетителей, и в эти несколько дней даже не спал толком.
Глен покинул морг и вернулся домой, чтобы немного отдохнуть. После того, как он вошел, он увидел гостиную, оформленную в простом стиле, который так любил отец, и сел на диван. Одежду, в которую он был одет, имел обыкновение носить Сакаэ. Всякий раз, когда предстояла торжественная церемония, отец надевал это. Глен не ожидал, что станет носить это облачение так скоро. Он сидел, скрестив ноги перед журнальным столиком, и осматривал гостиную с ошеломленным выражением. Сад тоже был творением отца. Казалось, что всякий раз, когда отец не был занят делами главы рода, он находился в этой гостиной или в саду. Глен получил первые уроки фехтования от отца в этом саду. Он вспомнил о том, что случилось в прошлом. Отец был строгим во время тренировки, всегда говорил: «У тебя талант». Захваленный им Глен чувствовал себя отлично и был очень рад, с той поры он начал увлеченно заниматься фехтованием. Он никогда не замечал этого раньше. Но теперь, когда он снова посмотрел на цветы и деревья, он понял, что этот сад был очень красивым. Солнце уже начало садиться. Должно быть, уже около пяти часов вечера. Именно тогда краем глаза он заметил двух своих подчиненных, высунувших головы из-за двери.
— Глен-сама.
— Глен-сама.
Это были Саюри и Шигурэ. Печаль омрачала лицо каждой из них. Они тоже наблюдали за казнью. Когда они увидели, как Глен обнимает труп своего отца, обе они вскричали и зарыдали от боли и тоски.
— Мы сожалеем, что мы не могли быть рядом с Вами.
— Мы не могли защитить Вас, очень сожалеем об этом.
Они снова и снова повторяли это. Они, вероятно, тоже так и не отдохнули после всего. Когда тело Сакаэ доставили обратно в Айчи, девушки носились по всему поместью Ичиносэ, организуя похороны. Саюри и Шигурэ, которые должны быть более вялыми, сказали:
— Глен-сама. Вы устали?
Шигурэ продолжила:
— Мы приготовили для Вас матрас в соседней комнате, пожалуйста, отдохните немного.
Глен ответил:
— Вы, девочки, сами идите отдыхать. Вы, вероятно, спали даже меньше, чем я.
— Мы в порядке!
— Мы добудем сменную одежду для Вас немедленно, Глен-сама, пожалуйста, отдохните.
Глен покачал головой, глядя на них.
— Еще рано.
— Но…
— Но я отдохну вечером. Я уже встретил людей из известных домов. Вместо того чтобы отдыхать, я могу выпить чашку чая? Я хочу пить.
Обе девушки казались довольно счастливыми.
— Ах, ах, я немедленно приготовлю чай! — в унисон ответили обе и ушли. Саюри и Шигурэ, казалось, всеми силами хотели ему помочь и сделать еще что-нибудь для похорон. Они непрерывно работали, и если так будет продолжаться, они, вероятно, рухнут без сил однажды. Им требуется короткий отдых. «Я прикажу им немного отдохнуть после того, как они вернутся», — подумал Глен.
С изумленным выражением на лице он оглядывал сад и позволял времени уходить. Не беспокоясь о будущем, он просто смотрел на сад, обожаемый отцом. Шорох листьев. Стук капель воды. Теперь, когда Глен подумал об этом, оказалось, что в пруду жило несколько карпов. Он все еще мог вспомнить, как горд был отец, когда ему удалось приобрести несколько огромных карпов.
«Они весьма выдающиеся, правда, Глен?»
Что же он ответил тогда? Он сказал что-то вроде того, что ему не интересны карпы. Если бы он мог разделить радость с отцом в то время… Теперь, когда отца не стало, и все кануло в прошлое, он начал сожалеть об этом. И тут парень, одетый в черный костюм и с черным галстуком на шее, появился рядом с прудом. Это был Хиираги Шинья. У него был большой ящик в руках. Внимательно оглядевшись, он посмотрел на Глена. После этого:
— Эй, Глен, — он помахал ему с улыбкой.
Глен ответил:
— Я не просил тебя приходить.
— Э? В самом деле? — сказал Шинья и подошел ближе. Он осторожно ступил в коридоры дома без разрешения, прежде чем кратчайшим путем достиг гостиной.
— Кроме того, я не давал тебе разрешения войти.
Но Шинья проигнорировал его слова и сел на противоположной Глену стороне. Он сказал:
— Почему ты в этом кимоно?
— Это тебя не касается.
— Оно тебе вообще не идет.
— Такой шумный!
— Я солгал. Оно подходит тебе немного, я думаю. Это церемониальное одеяние рода Ичиносэ?