Чтение онлайн

– Ты угадал, есть к тебе дело. Помнишь Стива из института Алана?

– Да, конечно помню. Мы с Адамсом вчера по твоему указанию провели с этим учёным установочную беседу. Немного его пугнули, чтобы правильно себя вёл.

– Всё верно сделали. Ну и как тебе этот парень? – насторожённым голосом спросил Макфейн.

– На мой взгляд он помешан на науке, а для получения большого количества достаточно влиятельных врагов направление работ выбрал весьма перспективное, но может получить и не менее сильных покровителей. А вот какую сторону он выберет, я не берусь предсказать, – Джеймс снова взял в руку курительную трубку и стал постукивать ею о край пепельницы, чтобы вытряхнуть старый табак.

– Надо будет за ним понаблюдать, Джеймс, – с насторожённостью в голосе ответил Макфейн.

– Есть какой—то повод? – инспектор перестал постукивать курительной трубкой о пепельницу.

– Думаю, что вскоре найдётся. У него есть некая идея—фикс о «здоровом человеке», и мне бы очень хотелось знать: не помешает ли его идея выполнению основной работы? – закончил свою мысль советник.

– У меня тоже появилось желание к нему приглядеться. Уж очень эти учёные непредсказуемы в своём поведении. Особенно, если придумали что—то такое, что, по их мнению, является революционным явлением в науке, – ответил Джеймс.

– Вот, видишь, как слаженно мы с тобой думаем? Не зря у наших семей дома стояли по соседству. А помнишь, как нам в молодости нравились одни и те же девушки? – дробно засмеялся Макфейн.

– Да, как это давно всё было, Макфейн, – задумчиво протянул инспектор.

– А ты сам, Джеймс, не меняешься. Хоть что—то в этой жизни постоянно. Тогда действуй и дай мне знать, если появится что—то интересное по Стиву, – завершил свою беседу советник президента.

– Непременно, Макфейн, – заверил его Джеймс.

Раздался сигнал отбоя, Джеймс в задумчивости положил трубку и нажал кнопку внутреннего коммуникатора.

– Адамс, зайди ко мне, есть разговор, – бросил инспектор в трубку.

В открытую дверь кабинета заглянул Адамс.

– Заходи, присаживайся, поговорим. Помнишь мы с тобой недавно были в институте генетики и микробиологии? Так вот, надо понаблюдать за Стивом, заведующим лаборатории института Алана. Человек он болезненный и у меня есть сомнения в его психологической устойчивости в условиях огромного нервного напряжения при выполнении государственного проекта. Для Стива, на мой взгляд, приоритетом является его идея о «здоровом человеке», но сейчас ему необходимо все своё внимание уделять только государственному заданию и не отвлекаться на второстепенные работы. В этой ситуации мне бы не хотелось, чтобы возник конфликт его личных интересов, как учёного, и интересов безопасности нашего государства. Учёные люди в подобной ситуации часто отдают предпочтения личным научным интересам в ущерб государственным. А мне очень бы не хотелось, чтобы на этот раз так случилось. Ты меня, надеюсь, Адамс, понял?

– Понял, босс, – бодро отрапортовал Адамс.

– Надо проследить за ним. Особенно меня интересуют его возможные контакты и темы разговоров с посторонними лицами. Сколько у тебя свободных парней? – Джеймс продолжал неотрывно смотреть на Адамса.

– Парочка человек, найдётся, – не задумываясь ответил Адамс.

– Местные ребята? – поинтересовался Джеймс.

– Нет. Из Вашингтона прислали молодых стажёров. Старые следопыты недавно ушли на пенсию. Вот Вашингтон и хочет «обкатать» у нас молодёжь. Приурочили к открытию в нашем городке нового офиса ФБР и как раз под новую институтскую программу их нам и прислали. Вот удружили, так удружили, но начальству, наверное, виднее, – многозначительно протянул помощник инспектора.

– Жаль, конечно, что так все не вовремя. Ну да ладно, надеюсь, что выкрутимся. Посмотрим, чему их там в Вашингтоне научили. Пускай понаблюдают за Стивом по всем правилам. Маршруты движения, его связи, интересы вне работы. Мы с тобой старые волки, так что не мне тебе объяснять, что надо делать. И проследи за качеством работы наших молодых агентов, если понадобится, подстрахуй их.

– Сделаем, шеф, не впервые. А что есть какие—то конкретные зацепки по Стиву?

– Вроде пока «чистый», но перепроверить его не помешает. Меня больше волнует психологическое состояние. Среди учёных встречаются люди с не очень устойчивой нервной системой, вот мне и кажется, что она может стать уязвимым местом Стива.

– Долго следить за ним будем? – спросил Адамс.

– Посмотрим за ним недельку, а там видно будет, – задумчиво, глядя мимо Адамса висящий на стене на календарь, проговорил Джеймс.

– О’кей, шеф, могу идти? – бодрым спросил Адамс.

– Давай, Адамс, действуй! И не забывай регулярно мне докладывать, – уже обычным, резким деловым тоном закончил Джеймс.

Инспектор задумался: «Не знаю почему, но не нравится мне ситуации, когда надо выбирать из двух зол меньшее. Наверное, потому, что неважно что выберешь – все равно окажешься в дураках. А что может выбрать другой человек вообще очень трудно предсказать заранее. А мне крайне необходимо знать: что выберет Стив. Надо будет подстраховаться и позвонить технарям. Пусть поставят в его квартиру „жучков“, да и за перепиской учёного тоже надо будет последить. Чем больше источников информации, тем лучше. Накрывать так накрывать.», – приняв окончательное решение, Джеймс успокоился. Рабочий день давно уже закончился. «Пора собираться домой», – подумал инспектор, но решил не изменять своей традиции и зайти в соседний бар пропустить свой вечерний «бокал для сна».

Он перешёл улицу, отделяющую здание его офис с соседним баром, и распахнул дверь питейного заведения. Свет в основном зале помещения бара был приглушённым, с красноватыми отсветами. Единственным ярким пятном в помещении была зона барной стойки. В полусумраке зала сидели несколько разрозненных групп посетителей. Местные ребята развлекались, раздавалась весёлая, громкая речь с периодическими выкриками различных цифр и имён. Явно обсуждались результаты последних бейсбольных матчей и всё это сдабривалось хорошей порцией ароматного свежего пива. А пиво в этом баре было самым лучшим в городке и никогда ещё не было дня, чтобы бар оставался без посетителей. Хозяин пивного бара был настолько старым, что гости заведения были уверены, что городок, бар и Ким на этой территории появились одновременно, поэтому даже в мыслях ни у кого не возникало спросить: откуда Ким приехал. Он был в городке всегда и это не подлежало обсуждению. Может он приехал когда—то из Китая или Японии, а может и из Кореи. Да, какая теперь разница? Городок без Кима как—то уже и не представлялся его жителям.

Пухлый, низенький хозяин бара с хитрыми, вечно смеющимися узенькими глазками всегда стоял на своём месте, за ярко освещённой, деревянной, доведённой до идеального блеска миллионами локтей посетителей барной стойки и полировал белоснежным полотенцем бокал. Ким высматривает на просвет и безжалостно уничтожает заученными движениями одному ему видимое пятно. «И так каждый моя приход, прямо какая—то мания чистоты.», – подумал инспектор, подходя к стойке бара. Взобравшись на высокий барный стул с потёртым кожаным верхом, он встретился взглядом с Кимом.

– Привет, Джеймс, – первым, отставив бокал и сложив перед лицом вместе обе ладони, поклонившись поприветствовал его хозяин бара.

– Привет, Ким. Все полируешь? – с усмешкой спросил Джеймс.

– А как же. Джеймс ведь на бокал смотреть все время будет. Какое у Джеймса будет настроение, если бокал будет с пятнами?

– Наверное, испортится и буду тебя ругать, – засмеялся Джеймс.

– Ну, вот видишь. А Киму разве надо, чтобы Кима ругали? Нет, не надо. Ким хочет, чтобы у Джеймса было хорошее настроение, тогда Киму тоже будет хорошо, – постоянно смеющиеся глаза Кима стали серьёзными.

– Почему тебе будет хорошо, когда мне будет хорошо? – с сомнением в голосе спросил Джеймс.

– Как же тут Джеймсу не понятно? Джеймсу хорошо – Джеймс щедрый. Джеймсу плохо – Джеймс жадный, а Киму нужно, чтобы Джеймс был щедрый, – сощурил опять в весёлом смехе свои глаза Ким. – Как всегда Джеймсу, полбокальчика виски—содовой налить?

– Нет. Сегодня, пожалуй, налей мне полбокала рому.

– У Джеймса был тяжёлый день? – вежливо, с пониманием закивал Ким.

– Скорее, я думаю, что ещё будет тяжёлый день, а может и не один, – задумчиво проговорил Джеймс. – Как у тебя дела, Ким. Что нового видел или слышал?