Чтение онлайн

Хранилище в Велеросе стало моей комнатой на ближайшее время. Поначалу Эмилий пытался настаивать на отдыхе и заставлял делать перерывы, но в конечном итоге сдался. Я же ощущал, что охочусь за чем-то поистине важным – оно лежало на поверхности, но постоянно ускользало от моего взгляда. Каждая книга была пропитана особой силой – она воспринималась намного ярче, чем те тома в Дартелии. Здесь сконцентрировалась вся мощь слов – книги пульсировали, будто в них билось живое сердце. Взяв одну из них, я практически впился в написанное. Ряды символов менялись, оживали и текли по страницам. Я одновременно понимал и не понимал, что они значат. Зверь внутри слабо ворочался, а с той ночи Нэим больше не являлся ко мне. Но он сказал искать ответы в Первых книгах. Легко сказать – но как определить, какие из них были Первыми? Да, сейчас я без опасений погружался в слова, но это не помогало. Как будто чего-то не хватало. Слишком поверхностно и недостаточно.

Я отбросил очередной том и подошёл к полкам в поисках более ценного экземпляра. Мне никто не мог помочь и подсказать, что делать. Как же тогда в этом всём разобраться? Пальцы привычно перебирали корешки книг. Всё не то. Неожиданно зверь в груди встрепенулся и оглушительно рыкнул. Я вздрогнул и, резко отдёрнув руку, порезал её о металлический уголок обложки. Капли крови упали на книгу, и попытки оттереть их рукавом провалились – прямо на моих глазах они впитались в переплёт, не оставив и следа. Вдруг от книги стало исходить слабое свечение. Я осторожно взял и открыл странный том. Бегающие символы окрасились в глубокий винный цвет и тут же снова померкли. Кровь. Моя кровь. Так вот что имел ввиду бог. Сила Первого течёт по моим венам. Истинные книги были написаны далеко не чернилами, а самой первой, чистой кровью. Потомки лишь переписывали их, тем самым утрачивая изначальную силу. Оглядевшись в поисках чего-то острого и заметив на столе небольшой ножичек для печатей, я, недолго думая, взял его и полоснул по ладони. Кожу обожгло, но не так сильно, как представлялось. В следующую секунду кровоточащая рука уже прижималась к странице. Она жадно впитывала всё, что по ней стекало, насыщаясь и превращаясь из иссохшей в живую. Теперь алые буквы на моих глазах образовывали водоворот, затягивая внутрь.

В один момент я оказался посреди пустынной земли. Здесь ничего не росло, даже воздух не двигался. Всё застыло. Такое ощущение, что это место было самым началом создания чего-то особенного и даже один шаг мог нарушить идеальную пустоту.

– Да зацветёт Великая мать, – от резкого громоподобного голоса мурашки пробежали по телу.

Под ногами из сухих расщелин стали появляться первые ростки. Одни – тянулись вверх, превращаясь в высокие деревья с пышными зелёными кронами. Другие – распустили свои бутоны, наполняя всё вокруг яркими красками и цветочным ароматом.

– Да прольётся вода на её земли.

Живительный дождь хлынул с неба. Он дарил влагу всему живому. Растения благодарно раскрывали ему свои объятия и впитывали каждую каплю.

– Да обретут они жизнь.

Звери и птицы возникали из пустоты во всём великолепии своих видов. Гордые и прекрасные, они склоняли головы в почтении, припадая на передние лапы или складывая крылья.

– Да воцарится равновесие. Да будем мы – три бога – хранить истинный порядок.

Это было начало – начало жизни. Я чувствовал, что прикоснулся к чему-то непостижимому, стоя в центре прекрасного нового мира, ещё не тронутого человеком и войнами. Мира, где царила гармония и равновесие. Растения тянулись ко мне, распуская свои бутоны. Звери почтительно расступались. Я был частью того, кто создал всё это, – перерождением бога. Они сотворили такой удивительный мир, напитав его силой и безусловной любовью ко всему живому. Находясь здесь, мне уже не верилось, что боги прокляли землю.

Перед глазами перестало рябить, и я увидел свою руку, прижатую к страницам. Кровавые символы горели алым и стекали под ладонь. Пальцы невозможно было оторвать – их как будто пришили. Создавалось ощущение, что все буквы из книги решили собраться под моей ладонью. Тело резко накрыло волной боли. Место пореза нестерпимо пылало. Его раздирали на куски, словно вливая туда расплавленное железо. Я с ужасом наблюдал, как на коже стали проступать кровавые знаки. Это смотрелось так, как будто их вырезали прямо на моей плоти. Они светились и потом исчезали, но на их месте вспыхивали новые, пробираясь всё выше и выше по моему телу прямо к груди. От боли хотелось кричать, и когда я был уже на грани – всё исчезло. Моя кожа выглядела обычно, лишь капли пота стекали по ней. С опаской оторвав руку от книги, я увидел, что пореза больше не было. Рана затянулась, оставляя лишь тонкую полоску – напоминание. Книга же на моих глазах иссохла, словно у неё забрали саму жизнь, и рассыпалась кучкой пепла. В этот же момент я почувствовал, как в моей груди появилась светящаяся нить. Она свернулась клубочком рядом со зверем, и тот довольно её обнял передними лапами. Теперь во мне находилось знание и сила начала. Я обвёл взглядом все книги на полках. Значит, вот как нужно было их поглотить – с помощью своей крови, которая могла пробудить настоящие записи. И мне предстояло сделать это со всеми Первыми книгами? Сколько их вообще? Мне так необходимо искать каждую? Тело опять содрогнулось, от кожи будто исходил пар. Сила рвалась наружу намного сильнее, чем раньше, раздирая грудь изнутри. Прутья невидимой клетки трещали, вены вздувались, грозя лопнуть. Я ощутил, как на плечи легли чьи-то ладони, успокаивая. Из них практически ощутимо лился прохладный поток, давая свободно вздохнуть. Открыв глаза, я увидел перед собой бледное лицо Эмилия. Конечно, он связан со мной, поэтому должен был что-то почувствовать. Зверь постепенно стал успокаиваться, усмирённый этим потоком. Теперь я осознал – прежде чем поглотить все знания, нужно было понять, как нам установить настоящую связь. Без неё моё тело просто разрушится.

– Что произошло? – Он выглядел взволнованным.

Я аккуратно убрал его руки с моих плеч.

– Есть способ постичь знания Первых.

Король широко распахнул глаза.

– Значит, это чувство, – Эмилий дотронулся до груди, – было силой, которую ты обрёл?

Сил хватило лишь на слабый кивок. Всё произошло слишком внезапно, и половина меня не хотела признавать произошедшее.

– Расскажи. – В момент из измученного короля он превратился в воодушевлённого ребёнка. – Хотя стой, не говори.

Он потянул меня за руку.

– Идём к остальным.

Наверное, я никогда не привыкну к тому, что здесь все – одна семья. Эмилий привёл меня на кухню, где, несмотря на ночное время, за небольшим дубовым столом расположились Кристиан, Вивея и даже лорд Паулус. Они все были одеты в тёплые халаты, а от их кружек шёл пар. Полненькая и улыбчивая повариха сновала между ними и ставила тарелки с выпечкой и фруктами. Атмосфера тепла и уюта пропитала маленькую кухоньку и окутала собой всех присутствующих. Здесь даже пахло по-семейному – обволакивающе пряно. Я никогда бы не поверил, если бы мне рассказали о том, что господа могут вот так просто расположиться в таком неподобающем для их статуса месте. И всё это вызывало очень смешанные чувства: от радости за короля, что ему так повезло, до противной горечи и обиды за другого человека.

Увидев нас – Эмилия с горящими глазами и измученного до смерти меня, – троица практически одновременно вопросительно вздёрнула брови. Такая поразительная слаженность заставила меня улыбнуться про себя.

– Эмилий, ну разве можно таскать за собой нашего гостя, словно собачонку? Где твои манеры? – Паулус недовольно покачал головой, но потом мягко улыбнулся. – Какие же вы ещё дети.

– Только ты относишься к нам так, отец. – Кристиан отставил кружку и взял булочку, за что получил шлепок по руке от Вивеи.

– Ночью вредно есть выпечку: заплывёшь жиром, и больше ни одна женщина на тебя не посмотрит.

– Мне это не грозит, в отличие от тебя. – Он обиженно подул на руку.

– Да хватит вам спорить! – Эмилий даже не злился. – Этан нашёл способ! Он знает, как использовать силу!

Воцарилась тишина, а все взгляды обратились ко мне, отчего стало очень неуютно.

– Я предполагаю, поэтому он бледный, как посланник смерти, и готов прямо сейчас отправиться к самим богам? – Паулус указал на стул. – Сядь, мальчик, и выпей сначала чай. И ты тоже сядь, неугомонный король.

Эмилия это ничуть не смутило, и он, подхватив из рук поварихи две кружки, поставил их перед нами на стол. Я отхлебнул немного. Тело, которое до сих пор чувствовало влияние силы, немного расслабилось, оставалась лишь лёгкая дрожь. Паулус внимательно наблюдал за мной:

– А теперь, Этан, можешь всё объяснить по порядку.

И я рассказал о крови, о месте, где, по моему мнению, было положено начало нашему миру, и о символах на коже. В конце пришло чувство полного опустошения, но вместе с тем и удовлетворенности результатом.