Чтение онлайн

Ему было приятно высказать такую глубокую мысль и он с видом победителя подставил ладошку типа, «дай пять». Морячок с готовностью хлопнул его по руке и поддержал:

— Само собой.

— Воздай мне, Боже, за мои добрые дела! А остальным за все грехи их!

Батюшка неожиданно встал и размашисто перекрестился:

— Только Он так может! Его распяли, а Он простил!

Реакции, на которую отец Николай рассчитывал, от собеседника не последовало. Батюшка сел и спросил:

— Сможешь так?

Морячок демонстративно отвернулся к окну и, задумавшись, смотрел, как провода на столбах убивали время. Время его жизни. Вверх, вниз! Вверх, вниз! С каждым нырком безвозвратно убывали секунды, минуты, часы. Дальше он углубляться не захотел, так как ничего утешительного это не принесёт. Напротив, огорчение, безысходность и отсутствие в итоге каких-либо перспектив! Такие переживания нет, нет, да и накатывают и приносят стойкое чувство обречённости. Чтобы отделаться от навязчивой мысли, Морячок повернулся к священнику. Тот, ободрившись проявленному интересу, оживился:

— Сможешь так, я спрашиваю?…

— Спокойно батюшка… Что разошёлся?

Батюшка перешёл на шёпот:

— Убиваем Его, говорю… грехами… а Он нас прощает!… Вот тут и призадумаешься…

— Прощает, не прощает… Что это меняет? На жизнь не влияет на.

Батюшка тут же подловил:

— На жизнь до смерти или после? Немного разница есть…

— Придёт час — узнаем!

— Можно и сейчас узнать… Чтобы не рисковать… для этого надо просто задать вопрос… Ты как уж на сковородке, Толян! Тебя никак не взять, чтобы от беды отвести… Каждый знает — прощён он или нет… Прощают тех, кто об этом просит.

ГЛАВА 9

Алекс, сидя в одиночестве в соседнем купе, выслушал перепалку своих соседей и подумал «Не иначе как все сговорились! и эти о прощении!»

В связи с этим припомнилась ему ещё одна история из его молодости.

Алекс и Али по-хозяйски прошли к их «личному» столику в конце зала. К ним торопливо присоединился и хозяин этого заведения.

С Алексом он не был близко знаком, как и все их «коммерсанты», с которых они получали деньги (в обмен на безопасную жизнь и работу). Знаменем их «организации» был Артур, а рутиной занимался Али. Силовые вопросы решали другие «сотрудники» во главе с «братьями». Алекса привлекали только в особых случаях, когда надо было побороться за клиента с конкурирующей ОПГ или договориться с властями. У него был весьма необычный статус, благодаря приличному интеллекту в сочетании с его слишком юношеской внешностью. Последняя особенность производила на людей обратное впечатление — «Такой мальчишка не может решать взрослые вопросы! Ясно, что за ним кто-то стоит!» и, не воспринимая его серьёзно в начале встречи, в конце общения признавали его явное превосходство. К тому же он всегда чувствовал, где нужно сбавить, где наехать, где подыграть. Это была его стихия, он был лучший!

— Али, мне надо время… мне на прибыль бы выйти… Тогда с удовольствием… — лебезил хозяин кафе.

Али казался очень недовольным:

— С удовольствием ты только бухаешь, Андрей! Нет прибыли, займись другим делом… Сам то живёшь на что-то?… Все есть хотят!… Сына чем-то кормишь!?

Али кивнул на мальчишку лет десяти, который за столиком у окна писал в тетради.

Папаша не успел оправдаться, как Алекс поднялся из-за стола и направился к мальчишке.

— Али, дай немного времени… — ещё больше заволновался Андрей, — Пару месяцев бы ещё?… Не получится, закроюсь… а долг буду отдавать.

Алекс о чем-то переговорил с пацаном, взял его за руку и подвёл к их столику:

— Вот, Ваня… Папа твой обещает, что с этого дня больше водку не пьёт! — Алекс печально смотрел на Андрея, — Так ведь?

Андрей не отвечал. Алекс продолжил:

— Мы с твоим папой друзья и хотим ему добра. Знаешь почему? Потому что ты хороший парень, Ваня! Мы даём папе отсрочку на полгода… А через полгода он сам решит — работать ему дальше или нет.

Али, не понимая к чему клонит Алекс, заёрзал на стуле.

— Отсрочка может закончиться и раньше… в случае, если твой папа выпьет хоть одну рюмку. И потом, он до конца жизни будет выплачивать весь свой долг. У него будет плохое здоровье и плохое настроение. Ты хочешь, Ваня, чтобы папа был весёлый и здоровый?

Мальчик с готовностью кивнул.

— Я тоже этого очень хочу… Поможем ему?

Мальчик опять кивнул. Он не понимал, о чём идёт речь, но в отличие от своего папаши, угрозы не чувствовал. Алекс погладил этого смешного парнишку по вихрам и улыбнулся:

— Мы иногда будем здесь встречаться и кушать мороженое, окей?

Пацанчик деловито сообщил:

— У нас мороженого нет… Мороженое есть в Лукоморье!

— Теперь будет и у вас… Целых 3 вида. Не против?

Алекс и мальчик ударили по рукам и Алекс продолжил:

— Этот дяденька (показал на Али) даст папе денюшки на раскрутку, папа бросит пить, и все будут рады. И знаешь, Ваня, почему он бросит? … Потому что ты хороший парень, Ваня… Отец тебя очень любит! Серьёзно!

Алекс давно почувствовал в горле ком, вспоминая своего отца, разведённый спирт, талант сочинять стихи и его смерть на вокзальной лавочке.

Алекс не был слезливым парнем. Он даже не помнил, когда это было в последний раз. А теперь, не закончив разговор и не прощаясь, вышел из кафе. Али вместе с хозяином поспешили за ним, на ходу завершая беседу:

— Андрей, пожалуйста, сделай, как он сказал… Такое предложение может быть только один раз… Нельзя так дебильно заканчивать жизнь… и ещё совет…

Али остановился, выдержал паузу, с выражением сказал:

— Почувствуешь себя безвольной скотиной — закройся в комнате… выключи свет… встань на колени и помолись Богу… Он поможет!

Настроение у Али было гораздо лучше, чем до беседы с хозяином кафе. Весело запрыгнув за руль, он завёл сверкающую Бэху и похвалил своего друга и босса.

— Крутой, ты Алька! Я чуть не прослезился…

— Опять Алька?

— Куда едем, Алекс?

Тот немного подумав, сухо скомандовал:

— Давай к узкоглазым. Которым ты отсрочку дал.

Али потерялся и неуверенно попытался съехать:

— Так… Полгода не прошло ещё.

— Трогай… Хочу познакомиться с ними, побазарить, в чём проблема… может помощь нужна?… Что окаменел, мой друг?… — Тон Алекса не предвещал ничего хорошего. Он просверлил глазами Али и «наивно» поинтересовался:

— Не едется туда? а что так?!

Али молчал. Потом заглушил двигатель и несмело посмотрел в глаза другу.

Алекс неожиданно выписал ему подзатыльник.

— Следующего раза не будет, Иуда!

— Прости, Алекс… Артур впутал… Я уже проклял всё… сам хотел признаться…

Али не врал. Всю неделю он ходил как в воду опущенный. Алекс терпеливо ждал от него добровольного признания, и старался не проявлять своего недовольства. Разговор Алекса с хозяином кафе вселил в Али какую-то надежду на прощение. Он готовился сам всё рассказать, но не успел.