Чтение онлайн

— У него… задание. Связанное с проблемами дайонов. Он исследователь.

— Исследователь чего?..

Джун сделала неопределенный жест, раздумывая, как ответить.

— Тревер космолетчик и имеет специальную подготовку для работы в сложных условиях. Но точнее я не могу сказать. Шаиста, ты мне поможешь? Я должна попасть в Олабар. И боюсь, что у меня с этим возникнут серьезные сложности, если ты не примешь участия. Мне больше не к кому обратиться в Алькатване. Меня саму ищут люди с Земли. Правда, я тут уже навела кое — какие справки, нашла один вариант, воспользовавшись твоим именем. Я солгала, представившись твоей родственницей, и это сработало, — Джун судорожно вздохнула.

— Похоже, тебе палец в рот не клади, — усмехнулась Шаиста. — Ты смелое и упрямое создание, насколько я что-то понимаю в людях, а опыт у меня немалый. Пожалуй, я действительно тебе помогу, но взамен ты должна пообещать мне одну вещь.

— Какую? — насторожилась Джун.

— Заставь Тревера вернуться к тебе. Черт его разорви, кто-то же должен накинуть прочную узду на этого жеребца! Мне бы хотелось поглядеть, как это будет! И… скажи, он обо мне часто вспоминает?

Сейчас Джун ни за что бы не призналась в обратном. Шаиста заслуживала услышать то, что желает услышать.

— Часто. Иначе откуда я бы узнала о тебе, если не от него? Он до сих пор считает ваш разрыв своей ошибкой и говорит, что был к тебе несправедлив.

Шаиста некоторое время молчала.

— Даже если ты врешь, все равно спасибо, — наконец произнесла она. — В глубине души он хороший человек, только с ним нелегко приходится — такие люди любят свободу больше, чем самых лучших своих женщин. Это я не о себе. Я-то как раз никогда не была образцом совершенства в семейных делах. Ну, а теперь рассказывай, кто ты такая, и что там у тебя за «вариант».

Джун говорила долго, но Шаиста не прерывала ее.

— Значит, он все-таки добился богатства, — покачала она головой. — Он всегда этого хотел, но не принимал подачек из чужих рук. Для Тревера было важно взять, а не получить. Такой уж он по натуре. Он ведь из довольно бедной семьи, и ему очень хотелось иметь полное право сказать — вот, это мое, я сам всего добился, вырвал из глотки у судьбы, и попробуй кто-нибудь отнять это у меня!.. Что, он по — прежнему лезет в драку из-за любого пустяка?

— Похоже, он просто не может иначе, — согласилась Джун.

— Прекрасно. Так я и думала. Но к делу. Насчет Рауля тебе повезло — это действительно опытный пилот. Однако ты верно заметила — тебя едва ли пропустят в Олабар хоть с Раулем, хоть без него, если я не вмешаюсь. Подожди.

Шаиста около часа вела переговоры с какими-то неизвестными Джун, но достаточно влиятельными людьми, нисколько не смущаясь тревожить их в такое позднее время суток — стояла глубокая ночь. Наконец она облегченно улыбнулась.

— Все складывается в нашу пользу, дорогая. До границ Чаши ты доберешься не позднее завтрашнего вечера. И вот еще что, возьмешь с собой моего друга Риго, он позаботится о твоей безопасности, хотя, конечно, ничего гарантировать в такой ситуации нельзя. Надеюсь, ты и сама это понимаешь. Риго далеко не красавец, но человек надежный. Ты вполне можешь положиться на него. А теперь ты можешь вернуться в тот сарай, где остановилась, или принять мое предложение — остаться здесь и как следует выспаться. Тебе это совсем не повредит, Джун Элизабет Берг.

Фрэнк услышал тихий сухой щелчок электронного замка и мгновенно подобрался в настороженном ожидании. Секунды шли, а ничего не происходило. Он медленно встал, проверяя, все ли с ним в порядке. Кажется, драка не привела к особенно серьезным последствиям. Во всяком случае, все кости точно остались целы, а о разбитом лице, превратившемся в жуткую кровавую маску, сейчас думать не следовало. Даже если придется наложить десяток — другой швов, это обычное дело. Не смертельно.

Фрэнк подошел к двери, стараясь ступать бесшумно и осторожно. Прислушался снова. Затем толкнул дверь, и она легко, беспрепятственно открылась. Значит, замок оказался испорчен. Или кто-то решил помочь ему. Второе предложение было слишком невероятным, чтобы его принять. Сейчас он, Фрэнк, оказался среди врагов, безжалостных и умных, которых он явно недооценил. Никто из них не стал бы освобождать его, да еще тайно.

Он шагнул в полумрак коридора и понял, в чем дело. Что-то случилось с электроникой Центра. Был отключен не только замок, ограничивавший его свободу, но и все остальное. Что ж, неплохо. Темнота будет на его стороне. Фрэнк в ней всегда неплохо ориентировался. Он двинулся по коридору мимо других боксов, удовлетворенно отметив, что даже сам не слышит собственных шагов. Знает ли Тревер о том, что произошло? Конечно. Не такой он осел, чтобы не заметить элементарного отключения электричества, если только не сам же его и вырубил.

«Фридрих… Фридрих!»

Фрэнк инстинктивно замер, прижавшись к стене. Проклятье. Кто-то обнаружил его присутствие. Но почти в то же мгновение он понял, что скрываться бесполезно. Голос звучал у него в голове, и Фрэнк узнал его. Дайонка, которую привел Тревер. Одо. От нее не сбежишь. От дайонов вообще прятаться бессмысленно — они запросто «вычислят» тебя по импульсам мозга, а некоторые, особенно сильные телепаты, обладают еще и дальнозрением. Их можно только убить. Это ребенок, всего лишь восьмилетняя девочка. Он свернет ей шею проще, чем переломил бы сухую ветку, оказавшуюся в его руках. Фрэнк «спрятал» эту мысль поглубже, постаравшись думать о чем-нибудь другом, чтобы не спугнуть приближавшуюся к нему дайонку. Чертов Тревер тоже наверняка ищет его и подослал девчонку — разобрался, значит, как можно использовать дайонов в качестве разведчиков!

«Фридрих, я тебе не враг. Если ты пойдешь со мной, я отведу тебя к брату моего деда. Он живет в Олабаре. Если я его порошу, он обязательно поможет тебе. Его зовут Чеон…»

Чеон? Одо — родственница Чеона? Из подобного оборота событий можно извлечь немалую выгоду. «С какой стати ты решила встать на мою сторону, Одо?»

До этого момента они общались хотя и при помощи мыслей, но вербализированных, облеченных в слова обыкновенной человеческой речи. Теперь же в ответ на вопрос Фрэнка на его сознание обрушился водопад образов, заставивший его сдавленно вскрикнуть и сжать руками виски.

— Прекрати, — яростно выкрикнул он, — ты не смеешь так со мной поступать, никто не давал тебе такого права!

Одо замолчала. На какое-то время он перестал ее «слышать» и получил короткую передышку, позволившую ему немного опомниться. Он чувствовал себя в нокауте. Но тут Одо заговорила с ним снова. «Иди со мной, пожалуйста, Фридрих…»

— Не называй меня этим именем, тварь! — отчаянно заорал он, позабыв о всякой осторожности. — Я тебя ненавижу!

Вспышка ярости совершенно помутила его сознание. Фрэнк действительно ненавидел Одо… и таких, как она. Дети всегда вызывали у него раздражение, мгновенно переходящее в слепое бешенство, которое удавалось подавить лишь нечеловеческим усилием воли. Маленькие выродки. Точно такие же, какими были те, которые методично и самозабвенно травили его когда-то. Безмозглые ублюдки, испытывавшие извращенное наслаждение, преследуя высокого худого мальчишку с чудовищным именем Фридрих и великолепным ай — кью. Им не было дела до его ай — кью. Зато все они знали, что он — урод, страдающий энурезом лунатик, которого его отец по ночам снимает с деревьев и карнизов. Его отец, впрочем, презирал своего отвратительного отпрыска ничуть не меньше, чем они, и считал его чем-то вроде воплощенного проклятия. Мать разделяла это общее мнение.