Чтение онлайн

Но почему-то отшутиться от этой проблемы было немного сложнее.

Как будто призрак королевы действительно бродил по комнате, Ронан сказал:

— Когда я позвонил по спутниковому телефону, чтобы доложиться, Кир сказал мне, что Амарада хотела задержать тебя так же сильно, как и меня, но она не сказала ему, почему.

— Наверное, потому, что я, по сути, послала её на х*й…

— Подожди, что?

— …что было действительно глупо, если оглянуться назад, но одно тянуло за собой другое, и это как-то само собой получилось.

Ронан поднял руку.

— Погоди, помедленнее. Итак, у вас случилась ссора…

— Нет, Ронан, у нас случился разрыв отношений.

Хотя Сайрен и раздражало, что он так запоздало спрашивает о том, что произошло — двухчасовая поездка на машине предоставила массу возможностей — ей нужно было поговорить об этом. Поэтому она позволила словам выплеснуться наружу.

— Я с ней покончила. Я не вернусь. И я знаю, что должна была это спланировать. Я должна была подготовиться, выработать стратегию. Я должна была посмотреть, какие ресурсы я могла бы собрать, возможно, мне следовало украсть её жёсткий диск или что-то в этом роде, я не знаю.

Сайрен покачала головой, уже понимая, что с этим могут возникнуть проблемы.

— Но она бы знала. Что-то бы её предупредило, и она бы перехитрила меня. Она всегда так делает. Я не могу думать, как она.

— Хорошо, — резко сказал Ронан. Теперь его руки были скрещены на груди, мышцы заметно перекатывались под татуированной кожей. — Я рад, что ты не можешь.

— Но если бы я научилась побеждать её в её играх…

— Тогда ты была бы ничем не лучше её. Но ты лучше. У меня просто в голове не укладывается, что вы двое вообще родственники. Ты правда ушла от неё?

— Я не хочу быть королевой.

Сердце Сайрен бешено заколотилось. Признание вырвалось само собой, незапланированное, неуместное, но, так или иначе, единственное, что действительно имело значение.

Она ожидала, что Ронан отмахнётся от её слов. Большинство людей так бы и поступили. «О, ты передумаешь. О, ты же не серьёзно».

Ронан ничего подобного не сказал. Вместо этого он замер, казалось, переваривая её слова. Затем он спросил со спокойной серьёзностью:

— Так чего ты хочешь?

Когда Сайрен заколебалась, боясь высказать вслух идеи, которые зарождались у неё в голове, Ронан надавил:

— Скажи мне, о чём ты думаешь.

— Я хочу… разрушить всё, что она создала. Я хочу отменить всё, что она сделала. Я хочу вычеркнуть её из своей жизни и из жизни всех остальных. Я понимаю, что крушение и разруха никому не помогут, поэтому я не буду этого делать. Но если я смогу, если у меня будет власть? Я разобью всю эту чёртову систему на куски. Я не буду королевой.

Когда она наконец произнесла эти слова, всё сокрушительное давление, которое окружало Сайрен всю ночь — нет, всю её жизнь — претерпело своего рода химические изменения. Казалось, это проникало в неё, проникало сквозь кожу, кровь, проникало в сердце, где превращалось во что-то маленькое, плотное и уверенное. Это всё ещё давило. Это всё ещё причиняло боль и пугало её. Но теперь она чувствовала себя по-другому, как будто это было чем-то, что она могла использовать, как будто это принадлежало ей.

Это было… целью.

— Бл*дь, Сайрен, я… — Ронан оборвал себя. Он отвёл взгляд и с трудом сглотнул. Затем снова посмотрел на неё и сказал: — Ты, бл*дь, меня восхищаешь.

На секунду ей стало приятно, так приятно, что он вот так смотрит на неё. Как будто он действительно видел её. Как будто он был с ней. В этом. В целом.

На какую-то секунду ей захотелось прокатиться на этих американских горках эмоций до самого верха. Но Сайрен резко затормозила и посмотрела на него, внезапно придя в ярость.

— Интересно, как долго это продлится на этот раз. Прежде чем ты вспомнишь, что я тебе не нравлюсь.

Он напрягся.

— Всё не так.

Он и раньше это говорил, но Сайрен не поняла, что, чёрт возьми, это значит. Она дала ему две секунды на то, чтобы он вызвался объясниться. Он этого не сделал.

Она сказала:

— Я не знаю, как ещё я должна интерпретировать всё это твоё переменчивое дерьмо. Бывают моменты, когда мне кажется, что ты единственный в мире, который когда-либо по-настоящему слушал меня. Бывают моменты, когда мне кажется, что ты видишь меня, что ты хочешь меня, что ты… я не знаю, — она всплеснула руками. — …как будто у тебя со мной что-то может получиться. А потом, бац, ты меня на дух не переносишь.

Он закрыл глаза, выглядя терзающимся.

— Прости, что я так поступаю с тобой.

Сайрен опустила руки на бёдра.

— Так ты знаешь, что делаешь это? Ты не собираешься сказать мне, что я всё это выдумываю?

Она привыкла к тому, что её мать говорила газлайтинговое дерьмо вроде «ты неправильно истолковываешь», но Ронан покачал головой.

— Нет. Конечно, нет, — его дыхание участилось, и казалось, что он с трудом подбирает слова. — Я… бл*дь, мне правда жаль.

Сайрен понимала, что он был искренен, но этого было недостаточно.

— Но я всё равно не понимаю, Ронан! Меня всё ещё сбивает с толку, мне всё ещё больно, что в одну секунду ты хочешь меня, а в следующую — уже нет.

— Чёрт возьми, я всегда хочу тебя! Настоящая грёбаная правда в том, что я всегда хотел тебя. Но раньше я никогда не позволял себе по-настоящему увидеть тебя, потому что… ну, из-за моей собственной глупости. Но теперь я вижу тебя, и я хочу тебя так, как никогда и ничего не хотел за всю свою чёртову жизнь!

У Сайрен защипало глаза.

— Тогда почему…

— Потому что с моей стороны неправильно начинать что-либо с тобой. Я умираю, Сайрен… я умираю. Не говоря уже о том, что я даже не знаю, кто я, чёрт возьми, такой на самом деле. И знаешь что? Все остальные тоже не знают. Так что, да, меня бросает из крайности в крайность, потому что я хочу тебя, но я не могу быть с тобой, и мне пи**ец как тяжело из-за этого, и это заставляет меня вести себя дерьмово по отношению к тебе, и мне очень, очень жаль.