Чтение онлайн

— Как ты там? — я чувствовала себя глупо, что разговаривала с ее фотографией. Но как бы мне хотелось услышать ее счастливый голосок. — Надеюсь, что хорошо...

Я закатила глаза, сдерживая слезы.

— А вот мне очень плохо без тебя, — прошептала я. — Я скучаю, Мелисса, очень сильно скучаю. До сих пор не могу поверить, что моей лучшей подруги больше нет... — я прижала ладонь ко рту, чтобы сдержать отчаянный вопль. — Почему? Почему ты, Мелисса? Ты не заслужила такой участи... Если бы я могла хотя бы на секунду увидеть тебя живой... Ох...

Я больше не могла сдерживать себя — боль проникла в меня, заполнив собой все. Стон сорвался с моих губ, я закрыла лицо руками и зарыдала. Душевная боль была настолько сильной, что смогла заглушить адский огонь в руке.

— Прости, что я плачу, — дрожащим голосом заговорила я. — Знаю, ты бы не хотела, чтобы мы страдали, но жизнь стала совершенно другой без тебя... Как же хочется повернуть время вспять, чтобы я смогла уговорить тебя не лететь в Огасту. Если бы я только знала, чем закончится для тебя эта поездка...

Я вновь взглянула на фотографию Мелиссы и печально улыбнулась.

— Как же мне дальше без тебя, подруга? Мне хотелось бы столько тебе рассказать, но теперь я вынуждена говорить с твоим надгробием... — очередной поток боли захлестнул меня с головой. — Это несправедливо... тебя нет... жизнь катится к чертям... Знаю, сейчас бы ты сказала, что все будет хорошо, — я снова улыбнулась, — и твоих наставлений мне так не хватает...

На обратном пути я думала о вчерашнем вечере. Эрик и его друзья потомки древнейшего народа Лугару, которые появились на Земле раньше людей, а если быть точнее, то они их создали. Не будь я девушкой вампира, что уже говорит о моем необычном положении, я бы никогда не поверила, что такое вообще может быть. Но это так. И это реальность, с которой я мирюсь уже не в первый раз, и как мне кажется, не последний...

Теперь я должна хранить еще одну тайну. Это так сложно — все держать в себе. Нет такого человека, которому бы я смогла полностью открыться. Теперь мне придется врать всем. Родителям, что вампиры и прочие существа есть в этом мире, и я встречаюсь с одним их представителем порождений Ночи, то есть, вампиром; Дэниэлу — что я ничего не знаю о Лугару, и все осталось прежним, и что Эрик обычный парень; и Эрику — что я такая же, как и все люди, что я ничего не знаю ни о вампирах, ни о Хранителях.

Вот в такую запутанную ситуацию я попала и не представляю, что будет дальше с моей жизнью... Определенно, что врать всем я долго не смогу, и рано или поздно, правда все равно всплывет наружу. И будет лучше, если я сама все и всем расскажу. Но я дала клятву Дэниэлу и Эрику, что их тайны уйдут со мной в могилу.

И что, спрашивается, мне со всем делать?

Безусловно, во всем виновата только я одна. Надо было с самого начала быть со всеми честной. По крайней мере, я бы не ненавидела себя сейчас.

Я пришла домой в ужасном настроении. Проскользнув мимо мамы, я сразу же поспешила в свою комнату и закрылась. Когда я переодевалась, то с трудом сняла с себя кофту, так как очень сильно болела укушенная рука. Потом я с сожалением поняла, что мне все равно придется спуститься вниз, чтобы мама перебинтовала мне руку. Может даже я сама смогу сделать это? Если у меня получиться, то я больше не буду никого утруждать.

Переодевшись, я спустилась в гостиную.

— Мам, — негромко позвала я ее.

Она сидела на диване ко мне спиной, поэтому ей пришлось обернуться.

— Что? — отозвалась мама. — Кстати, когда ты успела вернуться? Я не слышала твоего прихода...

— Мне нужен бинт, — пробормотала я, пропуская ее последние слова мимо ушей.

— Зачем? — удивилась она.

— Чтобы сменить повязку.

— Так, давай-ка я это сделаю, — она встала с дивана.

— Нет, нет, не стоит, — запротестовала я. — Я сама это сделаю.

— Уверена, что сможешь? — усомнилась мама.

— Мне же не пять лет, — я нервно улыбнулась.

— Ладно, — неуверенно произнесла она. — Сейчас принесу.

Она не спеша пошла на кухню и через минуту вернулась с аптечкой в руках.

— Держи, — мама протянул чемоданчик с медикаментами. — Ты помнишь, как я делала тебе перевязку?

— Да, — кивнула я и забрала аптечку. — Спасибо.

Конечно же, я и понятия не имела, как перебинтовывала мама руку, но ничего страшного, перевяжу, как умею.

Я стала аккуратно разматывать окровавленный бинт. Разделавшись с ним, я с нескрываемым ужасом посмотрела на свою рану. Мне показалось, или она стала больше? И что это за темные прожилки, исходящие от укуса? Может, так и должно быть — подобные действия лекарств, которые я принимаю?

Я просидела несколько минут, не сводя глаз с раны. Боль пульсировала в ней, становясь все сильнее и сильнее.

Ладно, рана не заживет от того, что я попусту пялюсь на нее. Я намазала лечебную мазь вокруг укуса и потом аккуратно забинтовала руку так, чтобы не были видны темные прожилки.

После того, как рана была замаскирована, я легла на кровать и незаметно для себя уснула. А вновь проснулась через пару часов потому, что мое тело пробила лихорадочный жар, и в больной руке, на месте укуса, будто произошел взрыв боли. Сдерживая крик, я лежала в постели и с нетерпением ждала, когда боль утихнет.

Мне казалось, что это никогда не прекратится. Я ходила по комнате, плакала, но жуткая боль не исчезала. Я думала, что моя рука заживо горит в огне... Сейчас я страстно желала, чтобы пришел Дэниэл, залез в мою комнату через окно, взял мою пылающую руку, и холод его тела успокоил бы ноющий зуд.

Мне нужно было отвлечься на что-то, чтобы не думать о боли.

Я с трудом дождалась того времени, когда папа вернется с работы, взяла его машину и поехала к Дэниэлу. Мне было трудно вести автомобиль, но превозмогая боль, я вскоре доехала до знакомого дома, растворяющего в ландшафте.

Вероятно, Дэниэл уже услышал шут машины до того, как папин автомобиль появился в поле его зрения, потому что когда я остановилась у его дома, он стоял в проходе и с улыбкой смотрел на меня.

— Привет, — пробормотала я, когда подошла к нему.

— Привет, — Дэниэл сразу притянул меня к себе и кратко поцеловал в губы. — Я не ожидал, что ты решишь приехать.

Я лишь улыбнулась его словам.

— Что делала днем? — поинтересовался он, когда мы прошли в гостиную.

— Была на кладбище, — тусклым тоном ответила я. — Проведала Мелиссу.