Чтение онлайн

Впервые Роберт встречался с Цыси в такой обстановке. Но его внимание больше привлекли яства, стоявшие перед императрицей: более сотни различных блюд. Он поклонился, а она махнула ему рукой.

— Молодой Баррингтон, — заметила она удовлетворенно. — Пойди и встань рядом.

Он подчинился и стал наблюдать, как она взяла кусок хлеба в форме бабочки и медленно начала его жевать.

— Меня преследуют катастрофы, как всегда. Выпей вина.

Один из евнухов торопливо наполнил золотой кубок и подал ему. В кубке была не слабая рисовая водка, а самшу — очень крепкий напиток. Но он послушно отпил.

— Расскажи мне, что случилось в Вэйхайвэй, — приказала Цыси. — Только правду.

Роберт начал говорить обо всем по порядку, а Цыси обратилась к трапезе и наконец выбрала особый вид грибов, называемых «обезьянья голова», которые набухают во время приготовления в воде. Роберт знал, что эти грибы растут только в южных провинциях страны, откуда их поставляют специально к ее столу.

— Значит, не хватило боеприпасов. Это преступление, — последовал комментарий Цыси, когда Роберт закончил доклад. — Кого вы обвиняете? Я сниму с него голову.

Роберт раскрыл было рот, но тотчас закрыл его.

— Ешь, — приказала Цыси, сама выбрала лист магнолии, поджаренный в масле, и подала ему.

Роберт прожевал и проглотил его.

— Я моряк, ваше величество, и понятия не имею, кто руководит нашим снабжением.

— Я выясню, — мрачно пообещала Цыси, откусывая кусочек свиной кожи, которая была порезана и зажарена — блюдо называлось «бренчащие колокольчики». — А теперь иди. — Она махнула рукой, и евнух поспешил к ней с чашкой чая, ароматизированного лепестками розы. Остальное принялись убирать со стола, а Роберта повели к двери.

— Что дальше происходит со всей этой едой? — спросил он Чжан Цзиня. — Ее величество съела пять или шесть кусочков.

— Кое-что будет выброшено после того, как мы возьмем свою долю, — ответил евнух с ухмылкой. — А некоторые из блюд подадут вновь завтра утром. Но ты... я боялся за тебя, Баррингтон. Теперь я спокоен.

Роберт усмехнулся:

— Я тоже слегка тревожился.

Чжан подвел его к главным воротам.

— Однако все прощено, во всяком случае тебе. Она ожидает тебя сегодня вечером. — Он взглянул на Роберта, когда тот остановился, пораженный, и хитро ему улыбнулся. — Ей шестьдесят лет. Разве тебе не известно, что женщина в шестьдесят также распутна, как в двадцать? Даже более распутна, поскольку более опытна и жаждет этот опыт совершенствовать.

Роберт не ожидал такого вызова. Он был абсолютно уверен, что его мать, ровесница Цыси, уже не рассчитывает, да и не желает, чтобы его отец посетил ее в постели. Кроме того, четырежды мать, Люси Баррингтон, возможно, никогда и не относилась с таким энтузиазмом к сексу. Не было секретом, что его отец содержал не одну китайскую любовницу, хотя, не будучи китайцем или женатым на китаянке, он не приводил их в свой дом.

Но женщина за шестьдесят... Он не имел представления, что должно произойти, и был крайне удивлен, когда его впустил в спальню дежурный евнух. Цыси ожидала его, как всегда в прошлом, сидя обнаженной, скрестив ноги, в своей постели. Она выглядела скорее толстой, чем полной. Лицо ее стало морщинистым и, пожалуй, несколько погрубело, однако полная грудь и еще более полные бедра оставались столь же упругими, какими он знал их прежде; без сомнения, тело поддерживалось в таком состоянии благодаря массажу Чжан Цзиня.

— Я соскучилась, Роберт, — сказала она. — Иди сюда и поцелуи меня. Обними меня крепко, я хочу почувствовать тебя, Роберт.

Желание сделало ее красивой, и, обнимая столь страждущую, возбуждающую плоть, он ощутил прилив своей молодой силы. Они любили друг друга с бурной страстью несколько неистовых минут, затем она упала на спину обессиленная, а он лег рядом с ней.

— Ты моя истинная любовь, — призналась она.

— Вы льстите мне, ваше величество.

— А ты не любишь лести? — спросила она его с шаловливым смешком и сразу стала серьезной. — Тебя разгромили. Китай разгромлен.

— Китай терпел поражения и раньше, ваше величество.

— От таких варваров, как ты. Но от японцев... Когда японцы в последний раз вторгались в Корею, мы их побили.

— Это было четыреста лет назад, ваше величество.

— Выходит, мы сейчас слабее, чем были тогда? — Она беспокойно села. — Мой племянник капитулировал без моего разрешения.

— Он император, ваше величество.

Цыси фыркнула:

— Он простак, думающий, что миром можно управлять с помощью слов, а не поступков.

— Он император, ваше величество, — осторожно повторил Роберт.

Цыси перекинула через него ногу и уселась верхом, как ей всегда нравилось.

— Когда ты сражался с японцами, Роберт, ты воевал за меня или за императора?

— За империю, ваше величество.

— Я — это империя.

Он не мог больше рисковать, уходя от прямого ответа.

— Следовательно, я воевал за вас, ваше величество.

— Тогда тебе еще придется повоевать. Когда придет время. Я хочу, чтобы ты отправился в Вэйхайвэй и начал строительство нового флота. Я назначаю тебя адмиралом. Ты получишь все, что попросишь. Продолжай, как будто ничего не произошло. И будь готов к моим вызовам. Но сначала... — Она улыбнулась и опустила свое тело на его.

— Я уверен, она собирается восстановить свой контроль над правительством, — сообщил Роберт своему тестю. Чжан Цзинь был одним из немногих, с кем он мог поделиться своим страшным секретом. — А это, без сомнения, означает гражданскую войну.

— Я не могу поверить, что Цыси пойдет на это, — возразил Чжан. — Она прекрасно знает, насколько люто ее ненавидят слишком уж многие из мандаринов. Это было бы чересчур опасно.

— Тогда что она имеет в виду?

— Я не знаю, Роберт. Но тебе лучше всего подчиниться ей.

Роберт написал отцу и Адриану, объяснив ситуацию, и вернулся в Вэйхайвэй. Его дом стоял не тронутый, Чжоу Лидии открыл ставни, и женщины начали вновь обустраивать его. Роберт прежде всего поставил себе задачу попытаться вернуть экипажи, которые разбрелись по домам, и определить, какие корабли не погибли в войну и где они находятся. Он написал письма и разослал курьеров куда только мог. Спустя некоторое время его посетил сам Ли Хунчжан. Наместнику было семьдесят три года, и он заметно постарел после их последней встречи два года назад, в начале войны.

— Могло бы случиться и хуже, — сказал он. — Варварские державы заставили японцев отдать Ляодунский полуостров и Порт-Артур в обмен на дополнительные контрибуции.

— Вот это прекрасная новость, — обрадовался Роберт. — Если бы у японцев оставался Порт-Артур, это было бы как орудие, нацеленное в залив Чжили.

— Согласен. Но новость эта не столь уж хороша. Мы сдали его русским на двадцать пять лет. — Ли едва заметно пожал плечами. — Они «попросили» об этом.

— А мы, конечно, не могли отказать. Мы когда-нибудь будем способны настоять на своем, ваше превосходительство?