Чтение онлайн

— Конечно, знаю. Но приемных детей иногда любят не меньше, чем своих собственных. Был бы очень польщен, если вы возьмете с собой мальчика на обед завтра. Позвольте, ему сейчас...

— Мартину шестнадцать, господин Юань.

— В шестнадцать детство уже позади, и перед юношей простирается путь мужчины. С нетерпением жду знакомства с ним.

Виктория сочла присутствие Мартина на ее встрече с отставленные маршалом полезным. Определить бы, что у Юаня на уме. Она была в замешательстве. Ей бы хотелось связаться с Шанхаем, но между Ханькоу и Шанхаем не было телеграфной линии, а без нее на получение ответа от братьев потребуется несколько недель. До этого момента здешняя изоляция от внешнего мира казалась ей благом.

Ей также хотелось получить совет и от Тана. Но, как и обычно, она не имела понятия, где он и когда вернется. Оставалось полагаться только на себя.

Виктория настояла на том, чтобы они с сыном оба были одеты по-европейски, тем самым напоминая Юаню, что он имеет дело с Баррингтонами. Их рикшу сопровождали несколько слуг.

Дом Юаня располагался на берегу реки и выглядел роскошно. Он утверждал, будто арендовал его, но Виктория знала, что этот дом пустовал более года и несколько месяцев назад был неожиданно полностью отремонтирован и меблирован. Следовательно, Юань планировал этот визит заранее, вопрос заключался только в том, купил ли он этот дом для себя.

Непрестанно кланяющиеся слуги провели их через богато обставленный холл во внутренние покои, где маршал, одетый в малиновый халат и синие панталоны, но без военных регалий ожидал их. Виктория огляделась. Как она и подозревала, они оказались единственными гостями.

— Вы так красивы, Виктория, — сказал Юань. — Можно я буду вас называть по имени? Я так давно знаком с вашей семьей. А это Мартин? — Юань взял мальчика за руку. — Много слышал о тебе, молодой Баррингтон. — Услышав такое обращение, Мартин засветился. — Ты собираешься стать торговцем, когда вырастешь? Или знаменитым моряком, как твой отец? — Юань вяло улыбнулся. — Или, возможно, как я, знаменитым солдатом?

— Я хотел бы стать моряком или солдатом, господин Юань, — сказал Мартин. Виктория тщательно наставляла его, заставляя запомнить, что Юань теперь гражданский человек, а не маршал, министр или наместник, поэтому при обращении к нему никакие титулы не используются.

— Человек всегда может стать тем, кем хочет. При наличии достаточной решимости, — отозвался Юань. — Для вас подготовлены некоторые развлечения.

Их проводили в соседнюю комнату и усадили в удобные кресла; Юань расположился между Викторией и Мартином. Виктория никогда не позволяла Мартину пить веселящие напитки, но ей и не хотелось портить вечер игрой в строгую тетку, поэтому она молча наблюдала, как он потягивает спиртное, как розовеют его щеки и как они начали краснеть с началом «развлечений». К своему неудовольствию, она вскоре поняла, что это эротическая постановка, в которой чередовались весьма откровенные шутки и сцены, то и дело мелькали обнаженные части тел как мужчин, так и женщин — все актеры и актрисы были молоды и очень привлекательны.

Мартин был очарован, сам Юань взирал на все спокойно, с полусонным одобрением.

— Вы находите это очаровательным? — спросил он, когда актеры удалились.

— О да, сэр, — поспешно ответил Мартин, пока Виктория даже не успела открыть рот.

Юань встал.

— Пошли. У меня есть игрушки, которые понравятся тебе больше. — «Игрушки» оказались реликвиями разнообразных военных кампаний маршала. Как они попали в Ханькоу, оставалось для Виктории загадкой, поскольку дом Юаня находился явно не здесь, а некоторые экспонаты оказались довольно громоздкими. А Мартин был вновь очарован, когда ему позволили взять в руки и достать из ножен саблю маршала и осмотреть револьвер Юаня.

— Не тревожьтесь, Виктория, — успокоил Юань, — он не заряжен.

Затем им предложили посмотреть альбом с фотографиями, пригласили к богатому столу. За обедом пришлось выпить еще изрядное количество рисовой водки.

— Я буду солдатом, — заявил Мартин. — И хочу служить с вами, господин Юань.

Юань улыбнулся:

— К сожалению, это невозможно: я в отставке.

— Но вы же будете воевать вновь, если империя окажется в опасности.

— Если меня призовут, то конечно. А пока... я могу только пытаться как-то тешить себя. Тем не менее ты бы пошел со мной на войну, Мартин?

— А это возможно? — Глаза Мартина загорелись.

— Думаю, маршал говорит о своих воспоминаниях, — заметила Виктория.

Юань продолжал улыбаться:

— Солдат, даже в отставке, обязан всегда поддерживать свое тело здоровым, а ум — острым, Виктория. И, как правильно сказал Мартин, если меня позовут оборонять страну, я должен быть в готовности. Итак, завтра я иду на охоту. Возможно, Мартин захочет составить мне компанию.

— О, сэр, мне можно? — закричал Мартин.

— На охоту? — тревожно спросила Виктория.

— На птиц. Это всего лишь проверка умения владеть стрелковым оружием. Ты знаком с огнестрельным оружием, Мартин?

— Я стреляю по мишеням каждый день, сэр, — гордо ответил Мартин.

— Тогда очередным этапом должна стать стрельба по движущейся цели. Ты согласен?

— Разрешите, тетушка Вики? — взмолился Мартин.

Виктория не могла решиться. Отказать — значит выразить неблагодарность Юаню. Да и что страшного в охоте на птиц...

— Не беспокойтесь попусту, Виктория, — сказал Юань. — Я за ним хорошенько присмотрю. Я бы пригласил и вас, но, чтобы добраться до добычи, нам придется брести по болоту, иногда по грудь в воде. Сомневаюсь, что вам это понравилось бы.

— Уверена, что нет, — согласилась Виктория.

Они покинули дом Юаня вскоре после трапезы.

— Я никогда так не развлекался раньше, — сказал Мартин.

Виктория поняла, что он очень пьян: после рисовой водки им предложили сливовое вино. Ей хотелось собрать все мужество и спросить юношу: о чем он думал, что чувствовал при виде обнаженных девушек. Секс оставался той сферой, о которой она не осмеливалась с ним говорить. Она просто не знала, как это делать, и боялась, что сын может, в свою очередь, задать ей вопросы. Но Юань прав, Мартину уже шестнадцать, и он почти мужчина. По китайским стандартам он даже запаздывал в созревании: к настоящему моменту он должен был уже утратить девственность. Но она ему этого не позволяла, чересчур опекая сына. И вот на нее обрушивался кризис.

Однако не сегодня же вечером обдумывать это, решила она: Виктория тоже перебрала спиртного.

— Постарайся делать все так, как тебе скажет господин Юань завтра, — предупредила она Мартина.

Виктория удивлялась, почему ей никак не удается уснуть, особенно после всего выпитого. Просто она предчувствовала, что ее маленький сын вот-вот станет мужчиной. Неужели после единственного дня блужданий по болоту?

Охотники собирались отправиться на весь день. Ло Ляньли отдал поварам распоряжение приготовить еду Мартину с собой, и мальчик уже был в седле, когда прибыл Юань с экипировкой. Он помахал рукой Виктории, наблюдающей за ними с веранды, и всадники двинулись по улице к городской стене.

— Твоя тетя — очень красивая женщина, — заметил Юань. — И очень заботливо относится к своему племяннику.

— Иногда мне кажется, что она старается занять место моей родной матери, — согласился Мартин.

— Ты никогда не знал своей матери?

— Нет, сэр. Говорят, она умерла во время родов. Но моей настоящей матерью была Чжан Су.

— Ах, да. Как грустно. Ты очень по ней тоскуешь?

— Она была моей настоящей матерью, — с достоинством ответил Мартин.

— Ты прав, — согласился Юань. — Человек не должен забывать свою мать.