Чтение онлайн

Мы с Отолли не смогли подавить смех на это заявление.

— Как вообще может нравится Кира? — закатил глаза Диам

— А тебе и не нужно понимать, — показал язык Иоханн. — Раз нашу игру опять прервали, я спать, — и он одарил нас нетерпеливым взглядом.

— Пошлите, мелюзга, — махнул джинн и пошел вслед за Катериной.

— Нам в другую сторону, — подметил Диам

Джинн развернулся и поплыл в противоположную от того коридора сторону, с видом, что так и было задумано.

— Диам, скажи, ты ведь не собираешься и вправду выходить на улицу? — укоризненно спросила я.

— Но я должен. Что я за будущий Великий, если не могу участвовать даже в таких мелких разборках? Как на меня будет смотреть народ? Что обо мне подумают? — в его взгляде не было ни капли шутки.

— Если ты пойдешь туда сейчас, они и не успеют ничего о тебе подумать, — подал голос впереди плывущий джинн.

— Но каким Великим я буду в их глазах? Трусом?

— Живым, — ответила я. — Пойми, твои силы еще не стабильны, и ты можешь навредить себе или своим же. Вспомни, что было буквально с час назад? Когда ты хотел показать Отолли прием? — я приподняла бровь, выжидательно посмотрев на маленького Диамитрия.

— Они правы, — произнес Иоханн. — Мы сейчас будем больше мешать, чем от нас будет какой-то прок.

Оставшийся путь, мы прошли ни проронив ни слова.

Диам шел, опустив голову, но об участии в разборках ничего не говорил.

Проводив Иоханна до его комнат, передали лично в руки матери. Нам улыбнулась милая женщина, с длинными, распущенными и светлыми волосами в шелковом халате темно-синего цвета. Нашему появлению она не удивилась, лишь поблагодарила, что привели сына и они скрылись за дверью.

— Ваши ночные игры, видимо норма, — я попыталась разговорить задумчивого Диама.

— Угу, — только и промычал тот.

Джинн лишь пожал плечами. По его рассказам, у Отоллли практически отсутствовало общение с детьми, поэтому он мало чем мог помочь.

Когда мы остановились у дверей его комнаты он еле слышно произнес:

— Не посидишь со мной?

— Конечно, — я улыбнулась и пошла за ним следом.

Отолли решил, что с него детей на сегодня хватит и отправился к себе.

Я будто попала не в детскую комнату, а в комнату взрослого мужчины. Ни одной игрушки не валялось на полу, не стояли деревянные мечи и щиты, не были разбросаны деревянные коняшки для игр. Я ожидала чего угодно, но не пустой и чистой комнаты.

— А где все игрушки? — пораженно спросила я.

— Зачем? — с легким недоумением вторил мне Диам.

— Ты же еще ребенок. Да и в игры вроде как играешь.

— Мне некогда заниматься такой ерундой — как игрушки. А игра у нас не совсем игра. Мы выполняем задания, каждый раз разные и они больше связаны с реальными существами, чем с игрушками. Мы учимся быть тактиками, стратегами, переговорщиками. Мы забросили игрушки уже давно, нам они ни к чему, — пожал плечами Диамитрий.

— Ясно, — это все что я смогла на это ответить.

Комната была большой и темной. Вся в бордово-коричневых тонах. Так и давила своей тяжестью бархата и дерева. В правом углу стояла большая кровать, закрытая балдахином, там же тумбочка и прикроватный пуфик. С левой стороны под большим окном располагалась софа, заваленная разными тряпками и подушками. Рядом был стол с тремя тяжелыми металлическими, горящими подсвечниками. На противоположной от входа стене, я еле приметила две темные деревянные двери. Видимо одна вела в ванную, а другая в гардероб.

Диам целенаправленно подошел к окну, уселся на софу, зарылся в несколько подушек и стал смотреть на происходящее на улице.

Я присела рядышком, разувшись и закинув ноги на софу, уселась поудобнее и тоже выглянула в окно. Вид из комнаты Диама выходил во внутренний дворик. Так себе пейзаж если честно.

Диамитрий неотрывно смотрел на то, как стража внизу бегает из одного выхода в другой. Как кто-то раздает команды, как на ходу Повелители, с разными способностями, застегивают свои униформы, а некоторые проверяют амулеты и медальоны, свисающие на поясах или шее, и все воины находятся в полной боевой готовности.

— Ты знаешь какие-нибудь песни? — вдруг спросил Диам.

— Я не мало песен знаю, а что именно ты хочешь?

— Что-то приятное.

Я думала около минуты, затем слова полились в строчки, более-менее рифмующиеся между собой, в одну из знакомых мне мелодий:

Солнце спряталось домой

Беды сон забрали твой

Хочешь я тебе спою

Сквозь мрак и мглу?

Буду тихо тебе петь

Беды будут твои тлеть

Пусть удача впереди

Рядом будет идти

Ты спеши на голос мой

Однажды встретимся с тобой

И прогоним мы долой

Груз тяжкий твой

Буду тихо тебе петь

Что теперь ты не один

И с тобой мы заодно

Будем вместе вне времен

Когда прозвучали последние слова Диам уже сладко спал, положив голову на подоконник, пока на улице вовсю разгоралась настоящее сражение.

Я не стала будить юного принца, он многое сегодня узнал и пережил, пусть отдохнет. Я лишь переложила его на софу так, чтобы было удобнее спать.

Еще раз выглянула в окно, там все еще шло небольшое сражение. Никакого кровопролития и смертей. Многих мятежников просто оглушали и оставляли лежать на брусчатке. Лишь некоторых из них брали в плен.

Я не ощущала тяжести ответственности перед всеми теми существами, находящимися внизу. Не чувствовала страха: а если ворвутся в замок? Просто ничто, абсолютная пустота и безмятежное спокойствие.

Еще раз взглянула на Диамитрия, убедилась, что он на самом деле спит. Улыбнулась и вышла из комнаты.

Отолли был прав, надо помочь Диаму. Думаю, даже не столько для него, сколько нам самим необходима такого рода реабилитация. Откинуть все проблемы, наше время итак стоит на месте, почему бы на некоторое время не перестать беспокоиться о будущем?

Но насколько можно назвать Диамитрия ребенком? Он только выглядит совсем юным, а ведет себя совсем не как ребенок. Его мысли уже перескочили рубеж детского восприятия мира, теперь все его мысли только о государстве, маме и будущем своего народа. С уходом Ателарда, Диам перенял роль будущего Великого и старается соответствовать не только этой должности, но и не уступать брату.