Чтение онлайн

— Нет. Существует группа молодежи, желающая продолжить дело «Баадера-Майхофа». У них есть почти все — оружие, желание поставить на уши всю страну, нет только руководителя и консультанта. Оружие ведь само собой не стреляет. Подумайте над нашим предложением.

Ответ старика поразил даже опытного вербовщика:

— А что тут думать! Прозябать в этом дерьме? Нет уж, если есть перед смертью возможность задать перца этим толстым бюргерским задницам, то ее нельзя упускать. Пусть всем небесам будет жарко!

Через три недели после этого разговора, долгой зимней ночью в штабе охраны нефтяного терминала Гамбургского порта было неспокойно. Уже несколько часов бушевал шторм, принесенный атлантическим циклоном. В сети падало и тут же резко возрастало напряжение, по освещенному периметру ограды одна за одной перегорали лампочки прожекторов и светильников, а заменить их не было никакой возможности.

— Черт, в десятом секторе совсем ни черта не видно! — выругался сидевший за пультом систем слежения охранник-оператор. — Откуда такие дикие скачки напряжения? Эти галогенки должны выдерживать все, а они перегорают, как свечки на рождественском торте. Может, все-таки послать подъемник и попробовать сменить хоть пару ламп?

— Не фантазируй, Ганс. Электрика сдует с вышки, как перышко, да и кто согласится работать в такой ветер? — отрезал дежурный начальник караула, вглядываясь в мониторы наружного наблюдения. Телеметрия оставалась единственной работающей охранной системой, все остальные виды сигнализации за эту бешеную ночь просто вышли из строя.

— Передают, что подобного шторма не было уже сорок лет, — сказал третий из охранников, слушающий небольшой транзистор. — Помехи просто дикие. Может, выпьем кофе? Чайник согрелся.

— Давай, — согласился шеф секьюрити, отходя от пульта к небольшому столу. — Ганс, ты будешь?

— Конечно, только со сливками... — Ганс хотел добавить что-то еще, но тут ему показалось, что в проклятом десятом секторе мелькнула какая-то тень. Не отрываясь, оператор смотрел на монитор несколько минут, к нему уже подошел начальник с чашкой кофе, и лишь тогда тень появилась снова, двигаясь в обратном направлении, от емкостей с нефтью к забору.

— Там кто-то есть! — закричал Ганс, пытаясь увеличить изображение на экране. — Кто-то проник на территорию терминала!

— Тревога всем постам! — скомандовал начальник караула, нажимая красную кнопку. Тут же по периметру взревела сирена. Отдыхающий состав караула еще выбегал на улицу, когда со стороны десятого сектора грохнул взрыв и разгорающееся пламя пожара озарило серую мглу.

Через полчаса на месте пожара собрались десятки пожарных и полицейских машин. Горящую громадную емкость поливали из десятков стволов и пенотушителей, черная бахрома дыма тянулась в сторону города.

— Хорошо, что сегодня ветер с севера, — сказал мэру начальник пожарной охраны города, косясь на подветренную сторону, где в полукилометре возвышались серебристые круглые емкости со сжиженным газом. В этот момент к ним подошел начальник криминальной полиции.

— Все подтверждается, сетка разрезана кусачками, сами они валялись метрах в десяти от забора.

— Значит, теракт?

— Безусловно.

В это время в пяти километрах от терминала, на трубе заброшенного завода Вальтер Крафт в бинокль любовался делом своих рук. Ветер с такой яростью трепал его тщедушное тело, что лишь спасательный монтажный пояс удерживал диверсанта на площадке. Снизу, по маршевым лестницам загремели шаги, на площадку поднялся Дитер Клосс, основатель и руководитель группы «Б.Р.Э.» — сокращенно «Баадер, Распе, Энслин». Десять молодых парней и две девушки из благополучных, обеспеченных семей, пресытившись благостной, скучной жизнью искали способ стать сверхлюдьми. В своих поисках они успели побывать и в секте сатанистов, и в неонацистах. Ни те, ни другие не устроили этих парней. Им были нужны не митинги и не лозунги, не тайные сборища и ритуалы, они жаждали славы, власти, крови и чужого страха.

— Ну что? — спросил старик.

— Там собралась чертова уйма полицейских машин и пожарных, телевидение сразу пяти каналов.

— Хорошо, сейчас мы им преподнесем сюрприз.

Взрыв емкости с нефтью был лишь первым актом дьявольского замысла старого террориста. Один из членов группы устроился на терминал подсобным рабочим. Два дня назад он пронес на территорию хранилища и подложил под одну из емкостей пластиковую радиоуправляемую бомбу. Склонившись к рации, Вальтер нажал красную кнопку. Тысячегаллонная емкость со сжиженным газом была заполнена лишь на треть, но и этого хватило для того, чтобы, сдетонировав, снести в радиусе километра все живое и неживое. Огромный огненный шар напоминал атомный взрыв. Сотни людей, пожарных, полицейских, журналистов и просто зевак за считанные секунды сгорели в рукотворном аду. Сила взрыва была такова, что дымовую трубу, убежище Вальтера, раскачало, как дерево в шторме, и оба террориста лишь с помощью монтажных поясов удержались на площадке. За десяток километров от взрыва в самом городе повыбивало стекла в жилых домах. Когда стих жуткий грохот, и к Дитеру снова вернулся слух, первое, что он услышал, был хохот старого подрывника. Пламя на горизонте все разгоралось, горели уже все емкости с нефтью, огонь охватил и остальные три шара с сжиженным газом. Тушить их было некому. Две трети пожарных Гамбурга сгорели в ловушке между двух терминалов.

— Пошли, а то, если рванут и эти шарики, труба не выдержит, — сказал Вальтер и первым начал спускаться вниз. Он не ошибся, они еще не вышли за территорию завода, когда взорвалась еще одна емкость с газом, послужив детонатором для остальных двух. Взрывной волной снесло не только старую трубу, от рукотворного землетрясения начали рушиться и сами ветхие корпуса завода. Террористы бежали среди падающих стен, в клубах пыли, чудом оставаясь в живых среди этого ада. Громадная эстакада обвалилась как раз над ними, но словно дьявол прикрыл их своею ладонью, и многотонная металлическая конструкция грохнулась на землю в каких-то метрах за спинами бежавших террористов. Лишь за забором они почувствовали себя в безопасности и остановились. Старый Вальтер, прислонившись спиной к столбу, медленно сполз на землю, с хрипом и стонами переводя дыхание. Обеспокоенный Дитер склонился над ним:

— Эй, старик, ты чего? Ты, случаем, не подохнешь?

— Не... дождешься... Это только начало...

Через две недели группа провела еще один теракт на газовом терминале в Ганновере. На этот раз им не повезло, охрана была усилена, в бою погибли почти все, лишь старый Вальтер и его более молодой сподвижник Дитер сумели прорваться к емкостям с сжиженным газом. Залегший за опору Клосс отстреливался от охранников из автомата, а Вальтер спокойно и с виду даже неторопливо прикрепил пластит к днищу шара, вставил запал. Затем он подполз к напарнику и пристроился с автоматом с другой стороны опоры.

— Карл ушел или нет? — спросил он.

— По-моему, нет. Я видел, как он упал.

— Сколько тебе лет?

— Двадцать шесть, — сказал Дитер и дал еще одну очередь. По ним стреляли редко и очень аккуратно, стараясь не попасть в саму емкость.

— Жалко, перед смертью и вспомнить нечего.

— Почему нечего, — Клосс, приподнявшись, повернулся лицом к старику. — А тот взрыв в Гамбур... — Пуля снайпера, попав в голову, прервала на полуслове последний монолог террориста.

Вальтер откатился в сторону, достал из рюкзака пульт адской машинки и, пробормотав: «Сейчас вам будем немного жарко. Делайте ваши ставки, господа», — нажал на кнопку.

Уничтожение двух крупнейших терминалов привело к тому, что целые федеральные земли Германии остались без отопления. А зима в том году в Европе выдалась на редкость холодная. Даже в Испании выпал снег, морозы добрались до Италии и Кипра. В Россию срочно прилетел канцлер ФРГ Шнейдер, и через сутки голубое золото потекло по трубам в сторону Рейна. Первый клин между США и Европой был благополучно вбит.

Операции за рубежом требовали больших, просто огромных затрат валюты. Кроме контрабандной торговли нефтью и бензином к добыче валюты подключили и спецслужбы.