Чтение онлайн

– Погоди! Там ведь, всё едино, просвет никакой – не развернёшься. Мог он из люка перерезать тормоза? – поинтересовался я у эксперта.

– Ты не смотри, что клиренс такой маленький, – заверил меня Аркадий. – То, что ты видишь снаружи, это не уровень днища, это пороги. Их специально навешивают на спортивные машины, чтобы зрительно их максимально прижать к земле. Само днище гораздо выше. Невозможно ездить с таким низким уровнем дна. То есть, возможно, но не наших дорогах. У нас ям начерпаешь до дуры! Все люки соберёшь. Вот их и опускают декоративными порогами для понта. Если киллер умудрился влезть под землю и пролезть в люк, то он с фонариком вполне мог сделать то, что он сделал. Это безо всякого сомнения. Только вот в чём загвоздка: в новых домах сейчас ливневую канализацию делают совершенно по-другому. Она проходит вдоль поребрика и забрана решёткой. Сейчас люков не делают практически. Если только от прежних времён остались какие-то заброшенные канализационные ходы… На картинке не видно ни черта – есть там люк или нету. Ну да, что гадать? Выясняй, узнавай, анализируй! Ты же следователь, не я. Я, всем, чем смог, тебе помог. Остальное ты уж сам…

Сам, сам, товарищ эксперт! Сам! Теперь уже проще простого. Надо найти того, кто прятался под машиной, и всё! И, в общем-то, всё! Чего проще? Находим того, кто в люке торчал, ковырял тормоза, и дело можно закрывать. А пока у нас есть только парень весьма заурядной внешности, каких сотни тысяч в городе – пэтэушник в рэперовских штанах, тёмных очках, в кепке и с капюшоном. Славянской наружности, как сейчас принято говорить с учётом требований такого новоявленного понятия, как толерантность. Предположительно, наркоман. Маленького роста – где-то около метра шестидесяти пяти, если я не заблуждаюсь на предмет соотношения его роста и высоты машины. С виду почти подросток, хотя вполне возможно, что он просто так выглядит – наркоманы с большим стажем выглядят иногда совершенно неожиданно молодо (если близко не приглядываться и на зубы не смотреть) или невероятно старо (даже в подростковом возрасте). Что же он мог делать в салоне машины? Мог, например, отключить сигнализацию. Мог снять стояночный тормоз, чтобы катнуть машину поудобней. Надо будет ещё раз просмотреть эту треклятую запись, не было ли движения. Мог, кстати, помогать снаружи открыть люк – мы же не видели и не узнаем уже, что парень делал, когда его голова исчезала за машиной. Однако, эксперт-то глазастый и сообразительный. Наверно, это отличительная особенность всех криминалистов – видеть то, что незаметно обычному глазу и глазу следователя, в том числе. Ну, на то они и эксперты. Его дело – замечать, моё дело – анализировать замеченное.

Надо искать пацана. Если он случайный соучастник, то определённо он один из компании местной шпаны. Рядом с элитными комплексами на беду их жильцов до сих пор бельмом на глазу торчат «хрущовки», «кировки» и прочие трущобы с соответствующим контингентом. Парень может жить в одном из таких кильдымов. В этом случае, нашими бесценными помощниками становятся местные бабульки, которые, как и в самые древние времена знают всё и обо всех. Они, безусловно, узнают парня даже по очень некачественной фотографии, но, при условии, что он проживает в их доме, квартале, микрорайоне.

– Аркадий! А можно распечатать фото с этой картинки?

– Конечно. Сейчас, ун минут! – эксперт загрузил какую-то программу, внедрил туда видеозапись и, через несколько минут я увидел на экране слайд-шоу из изображений парня.

– Выбирай, – предложил мне Аркадий. – Какие распечатывать?

– Да все хороши! Как это ты ловко! – я в сто первый за последние несколько дней раз поклялся, что освою компьютер. – А все можно распечатать?

– Ещё ун минут! – пригрозил эксперт и ловко зашлёпал по клавиатуре пухлыми пальцами.

На экране молниеносно загрузилась какая-то новая программа. В ней уже красовались вырезанные из видео кадры с изображением предполагаемого сообщника. Кадры мелькали на экране, появлялись, внезапно улучшались качеством, становились намного более резкими и чёткими. «Вот ведь волшебство современной техники!» – думал я, старательно давя в себе чувство стыда. Через несколько минут я получил на руки несколько отпечатанных изображений парня. На фото уже реально было разобрать детали и подробности. Пару фотографий Аркадий достаточно сильно увеличил. На них было снято крупным планом лицо сообщника.

– А ты уверен, что это всё-таки сообщник? – словно читая мои мысли, поинтересовался криминалист.

– Ну, можно было бы предположить, что во время вероломного вторжения в святое святых автомобиля – в тормозную систему – кто-то просто по совпадению вторгся в эту же самую машину снаружи, но я почему-то в такие совпадения верить не склонен. Сам-то как думаешь?

Аркадий хмыкнул:

– Это ваше дело, следовательское – думать. Наше дело ковыряться в сути. Проверять, сличать, нюхать, пробовать на вкус и тому подобное.

Я вспомнил, как эмпирическим путём эксперты проверяли процесс разрыва презервативов, и улыбнулся. Действительно, как бы мне не хотелось выслушать мнение Аркадия, я сам должен делать выводы. Решив не ждать Сашку, я двинулся на Крестовский, имея на руках первые улики – фотографии предполагаемого сообщника киллера. Однако, преступник не так прост, чтобы сообщник, даже если мы его и найдём, смог вот так, за здорово живёшь, своего хозяина сдать. Скорее всего, опять тянем не ту карту. Но пока это единственная зацепка в нашем деле.

Охранники работали по несколько человек в смену. В отличие от жёсткой экономии на качестве камер слежения, на количество компьютеров охранная фирма не поскупилась. Мне без проблем предоставили технику. Один из охранников, как я понял, работавший в доме ещё с момента стройки, предложил мне помощь. Служба безопасности, безусловно, смекнула, что появление во дворе дома посторонних лиц и произошедшая с одним из жильцов трагедия, не поднимут престиж охранной структуры. Соответственно, у управляющей компании есть повод или сменить охрану, а это – убытки, или снизить оплату, а это – тоже убытки. Исходя из этих соображений, охранники явно получили от начальства распоряжение активно сотрудничать с органами. Готовность помогать охрана проявила бодро и ответственно. Вглядываясь в изображение парня на картинке, охранник сопел и пыхтел от старания. Среди его коллег на рабочем месте уже находился и тот парень, который сменился утром. Его смена была вчера, но, судя по всему, стоило мне пересечь двор комплекса, начальник охраны вызвал парня, дежурившего в момент, когда теоретический преступник толкался у машины. Я не просил его вызывать, но был весьма признателен начальнику охраны за помощь. Сегодняшний дежурный вместе со вчерашним просматривали запись и комментировали её.

– А без камер, вы ходите по территории? – поинтересовался я.

– Только в ночное время, – бодро ответили охранники практически хором. – Днём, если только покурить выходим, да и то только у входной двери, дальше не идём. И то, строго по очереди, – спохватился пожилой старожил комплекса.

– Ничего необычного я не заметил ни днём, ни вечером, ни ночью, – отчитывался молодой парень, дежуривший в прошлые сутки, – В выходные дни ещё бывают какие-то эксцессы. В будние – ну, иногда, если только кто-то из жильцов пошумит немного – ну, там, с компанией шумной прикатит посреди ночи, или, как неделю назад – огромной толпой прямо во дворе мангалы поставили, шашлыки устроили. Но люди интеллигентные, заранее нас предупредили, что бухать… извините, отмечать будут…

– Что отмечать? – машинально задал я совершенно не интересующий меня вопрос.

– Свадьбу кого-то из жильцов. Комплекс-то большой. Свадьбы часто бывают. Народ небедный живёт. Отмечают с размахом. Вот месяц назад… – воспоминания парня явно уводили нас в сторону. Я бесцеремонно прервал его:

– Вчера никаких свадеб, дней рождений не отмечалось?

– Нет! – строго ответил парнишка. – Вчера всё тихо было. Никаких происшествий.

– Парня вот этого, – я ткнул пальцем в замерший экран монитора, – Не заметил? Ничего необычного?

– Парня этого? – охранник уставился в экран, уткнувшись в него почти носом. Второй охранник при этом как-то странно закашлялся. Парень быстро глянул на коллегу и отодвинулся от экрана. Мне показалось это весьма странным. Я внимательно присмотрелся к молодому человеку. Он явно плохо видел.

– Какое у тебя зрение, сынок? – угрожающим голосом спросил я и не прогадал. Охранник понял, что я сообразил о его близорукости. Он немного покраснел и не сразу ответил:

– Ну, в общем-то, не самое плохое…