Чтение онлайн

Марша вскинулась, и шагнула вперед, с намерением поставить наглеца на место.

Дура.

Вместо этого задохлик шагнул вперед и смачно, с оттяжкой и довольным кряканьем влепил леди Фейу увесистую пощечину. Козел бил перстнями наотмашь, правильно рассчитанным движением. Марша упала, харкнув кровью, с выражением абсолютной прострации на лице. Сомневаюсь, что хоть кто-то когда-то так поднимал на нее руку.

— Йа всегда мечтал это сдеать, — юнец присел рядом и нежно, очень бережно погладил Маршу по голове. Столько откровенного сумасшествия было в этом движении, что задрожала даже я. Пальцы на шее снова предупредительно сжались — молчи. Я спиной чувствовала тепло чьего-то тела и как быстро-быстро частит пульс — Кантор?

Сзади заголосили, крик оборвался резко, как будто перекрытый чьей-то рукой. Я обратила внимание на лица «пустых», в основном молодые легионеры, до сорока, среди них не было ни одного из настоящих ветеранов.

Магов-наблюдателей и дуэний от нас отделили от нас стеной спин в латах и кованных нагрудниках, оттеснив в сторону поместья. Я видела, как они по очереди пытаются чаровать. Бесполезно. Бесполезно. Бесполезно.

Здесь глушат всю магию полностью, а не только перехват вестников? Это какой же мощности должен быть артефакт?

Марша пыталась кастовать атакующие плетения, рисуя пальцами один узел чар за другим, внутренний огонь плясал сполохами в ее глазах, но… не мог найти выхода.

Высшие потеряли свой главный козырь — возможность обращаться к силе. Стайка испуганных детей, безуспешно попробовав сплести чары, сгрудилась плотнее, как маленькие птички, опасаясь лишним движением привлечь внимание большого и страшного хищника, который появился в их угодьях. Без силы нас можно брать сразу — тепленькими, нам нечего противопоставить обученным и хорошо вооруженным легионерам. Оружия тоже ни у кого нет — кто в здравом уме притащил бы на прием арбалеты или перевязь с мечом?

Марша плюнула на чары и просто отползала по траве назад, бестолково пытаясь избежать прикосновений задохлика. Он больше ничего не делал — только гладил с осторожным восторгом ребенка, который получил вожделенную игрушку в свое полное распоряжение, касаясь самыми кончиками пальцев — размазывал кровь по ее лицу, обводил контур разбитых губ, нежно скользил по шее на грудь. Ужас. Бескрайний и беспредельный, вот что выражало лицо Фейу. Для Высшего вряд ли что-то может быть страшнее абсолютной беспомощности в руках врага.

Марша смотрела по сторонам в надежде, что этот кошмар сейчас закончится, и она проснется. Мы встретились глазами, и я провалилась в темный омут.

Ужас. Отвращение. Меня сейчас стошнит, просто вырвет. Лицо дергает от боли, и самое страшное не это, самое страшное, что мы остались одни. Они не пришли, не успели. Что-то пошло не так, и сейчас…

Я прикрыла глаза в попытке заблокировать эмоции. Псакова эмпатия, как всегда срабатывает совершенно не вовремя. Щит. Ещё один щит. Ещё один щит. Ужас Марши сносил все напрочь.

Переключиться.

Я пыталась поймать кого-то рядом, более спокойного, чтобы выиграть время и построить щит, и провалилась в клубящийся водоворот абсолютного безумия.

Осколки, обрывки мыслей. Мощные четкие простые звериные желания. Ещё дозу. Разорвать это красивое платье и оставить яркие отпечатки на белоснежной коже. Поставить на колени и заставить раз за разом испытывать то же унижение, через которое проходил он. Впиться зубами и откусить кусочек, чтобы личная печать на этом теле осталась навсегда, его печать.

Чужие эмоции захлестывали с головой.

Мне хотелось визжать от ужаса, на одной высокой ноте, не останавливаясь…просто визжать, чтобы изгнать это безумие из своих мыслей…

Я хочу обратно в свой полевой госпиталь, к своим склянкам с зельями, алхимической лабораторией вместо выходных, раненным легионерам…там все было четко и понятно. Выжил её один день — молодец. Спас чью-то жизнь — молодец вдвойне. Я не хочу влезать в эти интриги Высших, с их родовыми сумасшествиями, отклонениями, в результате кровосмешений и близкородственных скрещиваний…

Психи, все просто псаковы психи…И прыщ, и «бледная моль», и Марша, и Кантор, и дядя….нормальных среди нас нет. Просто нет. Нормальные не выживают. Выживают свихнутые, отмороженные на голову, способные переступить через себя и другого. Высшие отморозки. Высшие паразиты. Высшие.

И я тоже. Я точно такая же, как все.

В себя я пришла от благодатной боли — ещё чуть-чуть и Кантор просто сломает мне шею. Боль помогла отделить свои эмоции от чужих и возвести щит.

Прыщавый сир был абсолютно и полностью сумасшедшим.

Теперь я могла это сказать со стопроцентной уверенностью. Тогда, во время танца, я просто отслеживала основные признаки — расширенные зрачки, дерганные движения, избыточность потооделения, отливающие желтизной радужки. Хейли сказал, что он похож на опустившихся из квартала нарко. Хейли оказался прав.

Он употреблял. Давно и долго, судя по тем ошметкам, в которые превратилось его сознание. Как он выдержал весь вечер, почти не выдав себя? Закинулся дозой заранее?

И как можно остановить совершенно сумасшедшего Высшего?

Он оторвался от Марши и поднял голову, услышав вдалеке звук горна. Три длинных — два коротких, сигнал к наступлению. После этого горн взял две слишком высокие ноты и звук резко оборвался. Измена. Если сюда добавить третий короткий сигнал в высоком спектре. Это значило — измена. Именно это сообщение последним пытался передать горнист.

Измена в Легионе.

Меня вздернули на ноги и прижали спиной к груди, чтобы дать опору. Фэй-Фэй стояла справа, её сбоку поддерживал Хейли. Я потянулась к Фэй и сплела пальцы, другой рукой нащупав стрелу-портключ, прошептала: «Служу Блау». Псаки. Ни-че-го. Порталы тоже блокируют.

— Хейли, — я говорила тихо, повернувшись в пол оборота. — Что это?

— Не знаю, — он виновато помотал головой. — Подчинение…наши бы никогда не стали…и Тиб…, — вот только не надо эмоций, не до них сейчас.

— Хейли, почему на Тиберия подействовало, а на тебя нет? — он опять пожал плечами, псаков идиот, и это будущий алхимик. — Думай, Хейли, думай…сравнивай детали…причина есть. Найди ее. Думай, Хейли…, — я замолчала, потому что прыщ хлопнул в ладоши и соизволил заговорить.

— Дамы впеед…, — «пустые» развернулись, направив острия копий в сторону входа в лабиринт Фейу. Нас будут загонять туда? — Каваееы отошли, — он махнул в сторону, куда «пустым» предлагалось отогнать парней. Стадо делят пополам или дамы идут первыми?