Чтение онлайн

– Что, совсем?

– Ага. Это единственное неудобство. А так, мне все нравится.

– А магия? Я так понимаю, что только один из пары ею владеет?

– Да. Альфы перекидываются в зверей, очень сильны, быстры и почти неуязвимы. Никакая магия нас не берет, оружие не может достигнуть, но только после завершения связи. Зато наши бета уязвимы. Но их защита - магия. Черные воины знали, что мы умираем вместе, поэтому вся сила удара была направлена на "бета". Звери падали как подкошенные не достигая цели.

Так Яр рассказывал. Единственные альфа и бета, которые сохраняют магию - разнополые побратимы.

– Как повелительница Адеона и наследник Тринона?

– Да. Разнополые во много раз сильнее нас. Но и во много раз опаснее. У нас есть несколько таких. Но я не хотела бы жить так. Им не позволяют завершить слияние. Никогда. В итоге они не доживают даже до двадцати.

– Почему?

– Это тяжело, быть порознь. Начинаешь слабеть. А если держать постоянный контроль, то истощаешься еще сильнее. Внешне они здоровы, а душа умирает. Они конечно, могут подпитывать друг друга. Но облегчение приходит лишь на время.

– Это жестоко.

– Я знаю. Многие с этим не согласны, из молодых. Но те, кто старше, они и не на такое пойдут, чтобы не допустить повторения истории. Многие думают, что это Арон открыл врата и впустил тьму, но на самом деле он...

– Все секреты выболтала?
– спросил Яр, появившись в саду, где девушки расположились. Запах цветов опьянял и настраивал на какой-то романтический лад.

– Нет, я же о самом главном не сказала, - лукаво улыбнулась девушка, - Мил, ты уже спрашивала, почему я не подошла к Яру, когда он котом был, так вот, это очень забавно...

– Роксана, - грозно окликнул мужчина, - Я ведь не шутил, пообещав выпороть тебя однажды. Сейчас ты по грани ходишь.

– А ты сначала поймай, - откликнулась девушка, показала язык брату, подмигнула Миле и тут же обернулась в белку. Уже через секунду ее и след простыл.

– Она иногда бывает такой невозможной.

– Интересно, и у кого она этому научилась?
– хмыкнула Мила, - Кстати, ты не знаешь, где Зак пропадает? Я его уже два дня не видела.

– Налаживает контакты, - напряженно ответил Яр, а потом не удержался и спросил, - Что между вами?

Мила могла бы разозлиться, юлить, отпираться и даже солгать, но сейчас ей не хотелось играть в эти игры и уподобляться ему. Пусть темнит, не договаривает, изворачивается, а она слишком устала от этого.

– Мы дружим, лет с двенадцати. Он, единственный из моих друзей, кто выжил тогда.

– Зак рассказывал мне, как она умерла. Но я не могу понять. Почему тогда ты не смогла применить то, что сделала в Юдинии?

– Подпространство не так легко дается. Этот дар был, но я не развивала его.

– И жалеешь об этом?

– Каждый день, - ответила Мила, - Так что там с Заком?

– Он пытается договориться с пустынниками.

– Разве ты не один из них? Что вы делали наверху, в окружении Лестара?

– Я не могу ответить сейчас, - вздохнул он.

– Хорошо, - не стоило и спрашивать.
– Может это и не важно. Скоро мы покинем это место, и ничто уже не будет тебе мешать...

Она не договорила. Он грубо схватил ее за плечи и развернул к себе.

– Неужели вы думаете, принцесса, что сможете так просто от меня отделаться?

– Отделаться?!
– повторила она и рассмеялась. Смеялась и не могла остановиться, а потом смех перешел в плач и преобразовался в настоящую женскую истерику. Удивительно, но она даже не представляла, что способна на такое. Как же она устала от этих игр и тайн и неопределенности. Он обнял, шептал что-то, пытался успокоить, но она продолжала выплескивать все, что накопилось в душе. Она не знала сколько вот так просидела, поливая слезами рубашку человека, которого совсем не знала. Почему она так сильно привязалась к нему? Почему с ним ей хотелось быть рядом и одновременно бежать без оглядки? Как ей жить со всем этим?

Тем же вечером она нашла ответ на свой вопрос со стороны, с которой не ожидала.

* * *

– Можно?
– Киара пришла в ее комнату уже затемно. Мила, конечно, пропустила ее, недоумевая и предполагая, что разговор будет не легким, - Я знаю, что ты сбита с толку, напугана, даже где-то разочарована.

От ее мягкой улыбки, доброго, все понимающего взгляда хотелось снова разрыдаться, но она уже достаточно испортила представление о себе утром.

– Есть немного.

– Не немного. Но никто и не ждет от тебя другого. Это трудно понять, еще труднее принять. Я ведь тоже не всегда жила здесь. И как ты заметила, наверное, я человек. Однажды, гуляя по лесу я наткнулась на раненого волка. Он истекал кровью. Увидев его, я не смогла отступить. Что-то притягивало к нему словно магнитом. Я следила за каждым его движением, прерывистым вздохом и не могла оторвать глаз.

Она говорила, а Милава вспоминала свои собственные ощущения тогда, на арене и каждый раз при встрече с ним.

– Удивительно, но хищник подпустил меня к себе, позволил обработать раны и даже не огрызнулся ни разу. Я влюбилась в этого зверя. Он казался ручным, словно дворовой щенок. Родителей чуть не хватил удар, когда я его привела. Но они были добрыми, понимающими людьми. А я, их единственная дочь.

– И это был не волк.

– Тогда я даже не подозревала об этом, - улыбнулась женщина, - Он спал в моей кровати, ходил хвостом, был абсолютно ручным. Вот только по деревне в тот год поползли слухи о прекрасном юноше, который иногда появляется у озера.

– И вы пошли туда посмотреть?

– Нет, не пошла. Меня больше занимало то, что за год я растеряла всех поклонников. И напугал их мой таинственный зверь. Тогда родители решили отправить меня в город к тете. Зверя решено было оставить дома. Как же он вырывался из цепи, когда я уезжала. А потом слышала его отчаянный вой еще много верст. И сама обливалась слезами тогда, и чувствовала, как неправильно все, что я делаю. Словно я уехала, а сердце мое там осталось. А утром, мой волк прибежал. Вырвал дерево вместе с корнем, так с цепью на шее и объявился. А потом снова женихи разбегались после первого же свидания. Но попался один, настырный очень. Мне и самой он был не по душе, а вот я его, точнее приданное мое ему очень приглянулось. Даже волк не мог его отвадить. Вот тогда-то я и поняла, что мой волк, вовсе не волк. Просто постучал ко мне однажды красавец, как глянул на меня своими лучистыми серыми глазами, так я все и поняла.