Последняя из рода сирен
Шрифт:
Я радостно сжала его пальцы. Позади нас послышался всплеск воды и крики матросов.
— Асфар… — начала было я, но упрямый капитан быстро поцеловал мои пальцы руки.
— Им полезно.
Матросы взорвались смехом, и послышались очередные всплески воды. Они боролись и скидывали друг друга в воду, веселясь как малые дети.
Капитан повел меня к камбузу.
— Почему ты не дал мне своей крови, Асфар?
Мой вопрос заставил его плечи напрячься. Мы остановились в коридоре, и он повернулся ко мне лицом. — Я догадывался, что Черный Бог предложит тебе своей крови, но если бы этого не случилось, только тогда я бы решился на этот шаг. Жить с чувством постоянной жажды тяжело, Саента. Не каждый выдерживает этого испытания. Если бы не справилась и сошла с ума — я не смог бы тебя убить так, как убивал других обращенных мной. Можешь спросить Гарда, он расскажет. Мы годами пытались научить людей справляться… Обычно это становится понятно в первые месяцы…
Кадык Асфара дернулся, и он качнул головой. — Я не хотел бы тебя садить на цепь, постоянно опасаясь за то, что ты можешь перебить всех на дорогом мне острове…
Меня передернуло от отвращения.
— Уж лучше стать Богиней, чем той, которая думает только о том, как бы всадить клыки в чью-нибудь шею.
— Я поняла…
— По глазам вижу, ты хочешь спросить что-то еще. — усмехнулся капитан.
— Почему именно Форт-Акколь стал своей жизнью? Ты делаешь все для этого острова.
— Раньше этот остров назывался по-другому. Здесь стоял большой порт города Кринберг.
— Кажется, его раньше упоминал Гард. — вспомнила я.
— Он рассказывал тебе о том, что случилось на нем?
— Он сказал — ты утратил контроль.
Асфар кивнул. — Тут процветала работорговля. Мы заплыли сюда случайно, доставляли груз. Позже выяснилось, что мы привезли в ящиках кандалы и цепи. Маленького мальчика-раба на площади забили на смерть за то, что он упал в обморок от голода. В тот вечер я вырезал почти весь остров. На меня нашло настоящее безумие…Тех рабов, что набрасывались на меня из страха — я убивал так же, не разбираясь. Слишком вошел во вкус… Меня чудом остановил Гард. Мы стояли, утопая по щиколотку в кровавом песке.
Мужчина тяжело вздохнул, вспоминая те события, которые до сих пор причиняли ему боль. — Просто уплыть мы не смогли. Освобожденные не протянули бы и пару дней. Поэтому мы с командой решили обосноваться на этом острове. Поначалу нас боялись, но потом люди привыкли. Мы начали вместе строить дома, наладили торговлю. Этот остров стал нашим… Несколько раз сюда приплывали те, кто хотел забрать остров себе, чтоб вернуть работорговлю, но мы уничтожали их корабли и от нас отстали. Так Кринберг стал Форт — Акколем.
— Даже не знаю, что сказать…
— Я до сих пор чувствую себя обязанным тем, кто здесь живет. Понимаю, здесь сменилось уже несколько десятков поколений, никто из них уже не помнит истории Форт-Акколь, но я помню. Здесь мой дом, и я хочу, чтоб он процветал.
— Спасибо, что рассказал. — я положила свои ладони на его грудь.
— Раз уж ты захотела откровенности, то я прошу ответить честно и мне. О чем вы разговаривали с Черным Богом?
Я остолбенела. — Я… Я же уже рассказывала тебе.
— Птичка, не стоит со мной играть в эти игры. Я слышу, как стучит твое сердечко, ты забыла? — Асфар прижал меня к стене и уткнулся носом в шею. — Расскажи мне. Я хочу знать.
Я шумно сглотнула, согласившись с его справедливой просьбой. Обняла его за плечи, опрокидывая голову, в безмолвном жесте предлагая ему свою шею. — Он предлагал мне уйти с ним. В его мир. Там моя обновленная кровь быстрее даст о себе знать.
Под моими ладонями застыли мышцы на его спине. Он затих, обдумывая мои слова. — Почему не ушла?
Я закрыла глаза и улыбнулась. — А разве не очевидно? Я хочу быть с тобой. К тому же, стать богиней я не спешу.
— Ты волнуешься и немного нервничаешь. Расскажи мне все. — тихо попросил Асфар и провел языком по моей шее. По коже тотчас побежали мурашки.
— Он сказал мне, что зачать ребенка я смогу только от Бога.
— Вот засранец… Предлагал свою кандидатуру? — зашипел мне в шею капитан, царапая своими клыками нежную кожу.
— Я уверена, ему просто скучно… Он веками жил в пространстве между мирами, не способный ни на что влиять. Кто бы не слетел с катушек? Я общалась с ним все это время, вот он и обратил свое внимание на меня. — Асфар затих, внимательно вслушиваясь в мои слова.
— Вряд ли дело в этом, но все же… Почему ты не ушла с ним?
— Потому что мне нравишься ты, а не он. Что за дурацкие расспросы? — рассердилась я.
— Ты сопишь как ежик, а не как сирена. — фыркнул мне на ухо Асфар.
— Ты будешь меня кусать или нет? — нетерпеливо выкрикнула я.
— А ты этого хочешь?
— А ты как будто не хочешь?
— Я первый спросил. — рассмеялся Асфар.
— Он сказал, что наши отношения обречены. — выпалила я, стискивая кулаки. — Что мои амбиции буду расти и я тебя брошу. Сказал, что будет этого ждать, но знаешь что? Мне плевать! Я стрясла с него обещание, что он не будет нам мешать, и что я хочу попробовать в любом случае! Я давно испытываю к тебе странное чувство, и оно отличается от того, что я испытывала к Археону. Ты вредный, упрямый и такой… Мой, Асфар. Кажется, я люблю тебя. Дурак!
Признание сорвалось с губ прежде, чем я его обдумала. Да… Я давно испытываю к нему это нежное, щемящее чувство.
Какое-то время капитан молчал, и я слышала только еле различимые вздохи. А потом он вдруг обрушился на мои губы, вжимая меня в стенку.
Мы целовались, как бешенные, сходили с ума от прикосновений. Отрезвил меня запах жаренной картошки.
— Черт… Не в коридоре же, Асфар! — я укусила его за губу, выдергивая рубаку из его цепких пальцев. В ответ он укусил меня в шею и сделал два больших глотка. Я притихла, чувствуя необычайное возбуждение. Его язык зализал укус, и он нехотя отстранился.
— Ты права. Сначала тебя надо покормить, а потом мы основательно поговорим в нашей каюте.
Наша каюта. Я улыбнулась.
— Не надо ничего доказывать этому Богу, птичка. Давай попробуем. Если я тебе наскучу, и ты захочешь покинуть этот мир — удерживать тебя не стану. Но я буду самым счастливым на свете, если ты сможешь любить меня так каждый день. Я хочу стать для тебя поддержкой и опорой, хочу оберегать тебя и каждый твой вдох. Не обещай мне, просто давай попробуем…
— Но я обещаю, Асфар. — по щекам потекли слезы.
Мы прижались друг к другу так тесно, как только могли и простояли так несколько минут, каждый думая о чем-то своем.
— Пойдем, птичка. Картошечка сама себя не съест.
Я шла в столовую на запах жареной картошки и радостно улыбалась.
Моя жизнь круто переменилась с тех пор, как я сбежала из города Ноббеля на Разящей Мэри. Она может перемениться и сейчас. Я не знала, что ждет меня в будущем и чем решу заниматься. У нас с Асфаром теперь есть много времени в запасе.
Впереди нас ждала целая вечность, которую мы оба не хотели упускать.