Чтение онлайн

Ветер на мгновение затих, верхняя часть головы стрелка попала на острие прицельного пенька. Нужно было стрелять.

«Сейчас или никогда,» — сказал я себе и, затаив дыхание, дожал спусковой курок.

Грянул выстрел и через мгновение, ничего не ожидавший стрелок, дёрнулся назад, сдвинув винтовку вслед за собой в сторону. Было очевидно — пуля достигла своей цели. Я повернул ствол в сторону наблюдателя, который удивлённо развернул голову в сторону вдруг откинувшегося назад товарища и снова выстрелил. Кровь фонтаном брызнула из его головы во все стороны.

«Вот так, будете знать, как в наших стрелять,» — подумал я, на всякий случай всё ещё наблюдая за окном и убеждаясь в успехе своей стрельбы.

Через несколько секунд тучи опять сомкнулись, и окно вновь погрузилось в темноту, снова поднялся ветер, словно кто-то наверху специально создал для меня все условия, чтобы я не промахнулся. Кто знает, может это простое стечение обстоятельств, а, может, это на самом деле судьба.

— Можем идти! — крикнул я, начав выползать из-под плиты. — Я убрал обоих!

Полковник поднялся из-за укрытия, осматриваясь вокруг. Шум двигателей машин приближался сразу с нескольких сторон.

— Нас окружают! — понял он. — Скорее, бежим!

Он схватил РПГ и стянул с трупа заряды для неё, после чего бегом устремился как раз туда, откуда до этого стрелял снайпер.

— Быстрее, они ещё не знают, что произошло!

Я вылез из-под плиты и побежал за товарищами. Теперь каждая секунда была дорога.

Перебираясь через груды обломков, по горам из разрушенных зданий, мы добежали до здания, где находились снайперы.

— Куда теперь? — тяжело дыша после такого спринтерского забега, спросил Валера.

— Наверх! Нужно осмотреться! — сказал полковник. — Только осторожно, тут могут быть ловушки! У американских снайперов заложить на подходах пару растяжек, чтобы прикрыть тылы — самая обычная процедура.

— Но зачем нам тогда нужно именно это здание? — спросил я.

— У них должна быть с собой рация. Я надеюсь узнать об их планах хоть что-то. Другой такой возможности у нас точно не будет.

Мы с Валерой переглянулись:

— Хорошо, не будем терять времени, — ответил я за нас обоих.

— Тогда вперёд, следуйте строго за мной, шаг в шаг!

С этими словами, он осторожно зашёл в здание и ступенька за ступенькой, стал медленно подниматься по лестнице.

Но уже после первого этажа, прямо у основания следующего марша, полковник остановился:

— Осторожно, здесь растяжка, — указал он на тонкую проволоку, растянутую поперёк марша едва заметную на практически неосвещённой лестничной клетке.

А между решётками, в тени, замаскированная под кирпич, находилась мина.

— Мина направленного действия, — указал на неё полковник. — Аккуратно переступаем проволоку, смотрите, не зацепите!

Мы переступили через растяжку, направившись дальше по лестнице. Больше никаких ловушек не попалось, что подтверждало версию о халтурничестве иностранных снайперов.

— А вы уверены, что их всего лишь двое? Может, их тут было трое или четверо? — предположил Валера, когда мы уже вышли к третьему этажу.

— Это стандартная группа снайперов, — ответил полковник. — Они всегда ходят по двое: снайпер и наблюдатель. Хотя осторожность, конечно, не помешает.

Осторожно зайдя в квартиру, где находились мёртвые стрелки, мы увидели зрелище не для слабонервных.

Отсюда действительно очень хорошо просматривалась окружающая местность. У окна стоял передвинутый туда широкий устойчивый стол, за которым неподвижно сидели два человека. Точнее, сидел на стуле лишь один из них — стрелок. Ствол винтовки, стоявший на упоре, смотрел куда-то в сторону, в небо, а сам он, уткнувшись головой в столешницу, склонился над ней. На затылке его было видно красное отверстие, через которое ещё не свернувшаяся кровь пропитывала белый просторный маскхалат. Другой же, наблюдатель, съехал со стула, завалившись вправо, в сторону стрелка, он наполовину лежал на полу. В его голове также было видно сквозное отверстие. Кровь обильно стекала, растекаясь по полу.

— Неплохо стреляешь, — заметил Валера. — Два выстрела — два попадания.

— Это было не сложно, — ответил я. — Они сами подставились.

— Валера, — обратился к тому полковник, — ты на страже, — указал он ему на дверь, а мы подошли ближе к окну.

На диване рядом с окном находились вещи убитых: два белых рюкзака, несколько сухпайков, запечатанных в жёлтые пакеты и несколько магазинов крупнокалиберных патронов.

— Пайки американские, сто процентов, — взял один из них в руки полковник.

Рядом с наблюдателем лежал оптический прибор. Я подошёл к столу и, взяв прибор в руки, взглянул на приближающихся солдат: увеличение было просто невероятное. Внизу, под перекрестием точки наблюдения, бегала шкала, указывая силу ветра, а сбоку цифры показывали расстояние до наблюдаемого предмета.

Этот прибор я решил оставить при себе.

Тем временем полковник склонился над снайпером, снял с головы маскировочную шапочку и вынул микрофон, поднеся его к уху.

— Вот, послушай, о чем они говорят, — шёпотом сказал он, протянув его мне.

Я взял микрофон и, приложив его к уху, стал слушать:

— Ничего, — зажав микрофон рукой, сказал я. — Вызывают на связь.

— Интересно, они знают, где находились эти двое? — добавил Валера из коридора.

— Вряд ли, — ответил полковник. — Такую информацию снайпер никому не сообщает. Позиция снайпера — это такая информация, которой ни один снайпер не поделится.

— Что ж, посмотрим, где их транспорт, — предложил я, всмотревшись в трофейный наблюдательный прибор. — Три группы: одна с запада — расстояние 391, судя по всему, нужно понимать ярдов, — навёл я прибор на них.

— Примерно 360 метров, — моментально прикинул Сбруев.

— Те, что с юга — 524 ярда, — продолжал я. — С востока — 437.

— Не хватает ещё одной, они должны были направить сюда все силы.

Мы переглянулись, и в этот же момент внизу под нами прогремел мощный взрыв, сотрясший обветшавший дом.

Мы едва устояли на ногах.

— Что за… — произнёс Валера, добавив ещё ряд крепких словец.

— Это они! Последняя группа! Они нашли нас! — понял полковник.

Я взглянул на приближающуюся технику: