Последняя миссия купидона
Шрифт:
Последние десять лет я всё сильней ощущаю в себе пустоту. Я хотел бы почувствовать все эмоции, что испытывают люди. Разбить телефон об стену, заплакать от счастья — я бы предпочёл вечные пытки, чем смотреть на счастливых людей и не чувствовать ничего. Вы даже не представляете, как мы вам завидуем… Конечно, это пришло не сразу. Вначале я просто выполнял работу, не вникая в жизнь своих объектов, да они и были для меня всего лишь объекты. Но вскоре я стал всё больше задумываться: почему вы получаете столько боли, переживаний, проливаете море слёз и всё же вновь открываете свои сердца для любви? Неужели эти чувства стоят того, чтобы всё проходить по кругу?
Кутаясь в пальто, я прогуливаюсь про промозглому городу. Ещё немного, и зима отступит. Последние дни выдались достаточно тёплыми, снег осел и стал грязно-серым, что не особо характерно для начала февраля. Чем ближе день икс, тем больше меня одолевает меланхолия. Что, если я стану человеком, но всё равно не смогу ничего почувствовать?..
Засмотревшись на парочку, ругающуюся возле магазина, я раздумывал, как их помирить, и вдруг почувствовал сильный толчок в грудь. Девушка в спешке налетела на меня. Взглянув мне в глаза, она тихо произнесла: «С дороги!», отпихнула меня в сторону и продолжила свой забег.
«Какое неуважение к старику», — думаю я, глядя вслед девушке с кудрявыми рыжими волосами. Среди серого города она — словно лучик света, правда, не очень вежливый лучик. Её волосы подпрыгивают при каждом шаге и развеваются по ветру. Вот она выскакивает на перекрёсток в попытке обогнать автобус, подъезжающий с противоположной стороне улицы. Девушка активно машет руками. Совершенно позабыв об осторожности и выскочив на красный сигнал светофора, она, не оглядываясь, начинает перебегать дорогу.
Перевожу взгляд на дорогу и замечаю, что навстречу девушке мчится грузовик с явно уставшим водителем за рулём. Проведя нехитрые вычисления, я понимаю, что девушке не удастся уйти от столкновения с машиной.
Обычно мы не вмешиваемся в дела других ангелов, но рядом с девушкой не было ангела смерти. А это значит, её смерть не вписана в книгу судеб, и девушку ещё можно спасти.
Время останавливать мы не умеем, но притормозить его мы можем, а этого вполне может хватить, чтобы добраться до рыжеволосой сумасшедшей. Но смогу ли я выдернуть из-под колес нас двоих? Ведь, как только я коснусь человека, время вновь потечёт своим чередом.
Кто-то из прохожих кричит девушке, но она не обращает внимания. Выбор невелик: смотреть на смерть или спасти грубиянку.
3
Всё же я принимаю решение попытаться спасти девчонку и торможу время. Начинаю быстро, но осторожно протискиваться между глазеющими людьми. Машина уже довольно близко, но девушка её не замечает и продолжает медленно двигаться навстречу смерти. Я не могу двигаться быстрей: слишком велика вероятность задеть кого-нибудь, и тогда мне точно не успеть.
Ещё хорошо, что горит красный и на дороге нет людей. Поэтому, выбравшись на дорогу, я перехожу на бег. Времени почти не осталось, машина меньше чем в метре от девушки. Я прыгаю на неё и сбиваю с ног.
Время возвращается к своему привычному темпу, и машина проносится мимо нас на огромной скорости под крики ужаса зрителей. Мы лежим в каши из снега и грязи на обочине дороги.
«Новое пальто. Интересно, его отстирают в химчистке?»
— Ты придурок! — вместо благодарности слышу от рыжеволосой девушки рядом.
Она отталкивает меня и тут же вскакивает на ноги, смотря вслед отъезжающему от остановки автобусу она разочарованно выдыхает. Я же медленно встаю, осматривая своё пальто и пытаясь хоть немного отчистить грязь.
«Чёрт! Я спас её и принес в жертву свою дорогую одежду, а она меня еще и оскорбляет!»
— Как ты разговариваешь со старшими! — отдёргиваю недовольно девушку.
Рыжеволосая поворачивается ко мне и, смерив меня взглядом, надевает большие очки.
«Теперь понятно, почему она, как слепой крот, выбежала на дорогу».
— Какими еще старшими? — злобно произносит она. — Да тебе не больше тридцати, и из-за тебя я опоздала на автобус. Теперь ждать минут двадцать следующий!
— Я тебе только что жизнь спас, идиотка… — я замолкаю, ведь до меня начинает доходить смысл её слов.
Девушка, ничего не понимая, начинает осматриваться по сторонам и замечает испуганные и шокированные лица людей, окруживших нас.
— Стой! Ты сказала «не больше тридцати»? — тихо произношу себе под нос, сам не веря в эти слова.
Ведь все люди меня видят, как старика. Только некоторые дети могут видеть нас во время миссий в нашем настоящем обличии. Девушка уже отвернулась и быстрым шагом пошла к остановке, отряхивая по пути свою одежду от дорожной слякоти. Она так и не удостоила меня благодарности. А меня окружает несколько прохожих, предлагая помощь, например, вызвать скорую. По их отношению я понимаю, что моя внешность по-прежнему соответствует старику.
Вокруг меня собирается толпа, стараясь помочь. Я же пытаюсь вырваться из их оцепления, но это у меня не получается.
«Мне нужно её догнать, это первый человек, который может смотреть сквозь призму».
Сквозь толпу я замечаю, как девушка садится в подъезжающий автобус, но я не успеваю заметить номер рейса. Ничего не остаётся, кроме как забыть о ней и принять помощь обеспокоенных людей.
— Со мной всё хорошо! — сказал я, усаживаясь на скамейку. — Сейчас отдохну и пойду.
Среди людей проще, если придерживаешься легенды, соответствуешь своему образу. Так что мне приходится изображать беспомощного старика, хоть внешне я и достаточно крепкий.
— Точно с вами всё хорошо? — спрашивал кто-то из рассеивающейся толпы.
— Да, да… — отмахнулся я. Сам же сидел и просчитывал варианты, как можно найти рыжеволосую девушку.
Вариантов особо не было. Единственным выходом было идти в канцелярию и умасливать Аниту, чтобы дала мне данные этой девицы, да и ещё в обход руководства. Этот случай на дороге не должен быть занесён в личное дело, так что Анита уже наверняка в курсе.
Пока я об этом думал, я непрерывно смотрел на место, где совсем недавно повалил девушку. И вскоре мой взгляд зацепил небольшой бордовый блокнот в каше грязи на обочине. Я тут же подскочил, и чутьё меня не подвело: это был студенческий билет в бордовом чехле.
«Ну что, Валентина Дмитриевна Архипова, всё же сбежать, как золушке, тебе не удастся».
Поймав машину, я направился в медицинский институт на поиски рыжеволосой студентки пятого курса, о чём сообщил мне её студенческий.
Заходить и бегать по корпусу у меня не было желания, поэтому, добравшись до института, я просто прислонился к колонне у входа и начал ждать. Ждать — это лучшее, что я умею. Я бы мог простоять здесь целый день, если бы потребовалось. К тому же студенты — это мой любимый класс людей. Они самые яркие, их чувства и эмоции бьют через край. Понаблюдать за ними просто так, без цели, мне почти никогда не удаётся. Но раз уж у меня сегодня незапланированный выходной, то нужно воспользоваться им по полной.