Чтение онлайн

— Дело не в этом, Окса. Но когда имеешь дело с таким типом, как Ортон, дополнительная осторожность лишней не бывает.

— Не упоминай о нем, пап! Меня тошнит от одной мысли, что придется снова его видеть. Если повезет, его уже там больше не будет…

Но удача в этот день им изменила. Как обычно по понедельникам, ученики «Водорода», понурившись и еле волоча ноги, направились в кабинет естествознания на урок математики, как на каторгу.

МакГроу что-то быстро писал на доске и даже не обернулся, когда ученики зашли в класс.

— Рассаживайтесь тихо! — рявкнул он вместо приветствия. — Тихо, я сказал! Или это слово отсутствует в вашем словаре? Мадмуазель Бек, мы можем надеяться, что эти каникулы пошли вам на пользу, и вы больше не будете развлекать нас нескончаемыми падениями карандашей, что вам так свойственно?

Бедная Зельда вспыхнула до корней волос и села, одновременно затаив дыхание, поскольку карандаш уже покатился к краю парты.

Окса ей улыбнулась и сделала вид, что вытирает лоб тыльной стороной руки. Ей тоже было не по себе. Благодаря или из-за одержанной победы над Ортоном-МакГроу, она опасалась встречи с ним. Когда учитель повернулся к классу, девочка закусила губу, чтобы подавить возглас удивления. У мерзкого препода левая рука висела на перевязи, а глаз украшал роскошный фингал!

Гюс ткнул подружку локтем и прошептал:

— За что боролся, на то и напоролся!

МакГроу взглядом обвел класс, тщательно избегая смотреть на Оксу и Гюса, и произнес замогильным голосом:

— Доставайте листочки, контрольная работа!

По классу пробежал ропот. Контрольная работа в первый же учебный день после каникул — это было весьма в духе МакГроу! Но от этого никому не было легче.

— Я не потерплю никаких возражений и никаких оценок, ниже удовлетворительной, — холодно объявил учитель. — У вас были целые каникулы для повторения материала, так что оправдания не принимаются!

Все склонились над листочками, принявшись сосредоточенно отвечать на написанные на доске вопросы.

Когда Окса поднимала глаза, чтобы взглянуть на доску, то старалась не встречаться взглядом с учителем, снова усевшимся за свой стол. Девочка ощущала себя очень могущественной, и усилия, которые прилагал МакГроу, чтобы ее избегать, казались ей подтверждением этого могущества. Нового и такого пьянящего!

Кстати говоря, Окса не замедлила снова к нему прибегнуть… И этот висевший в углу между окном и доской скелет вызвал у нее непреодолимое желание перейти к действию.

Сначала скелет помахал ручкой, словно приветствуя учеников. Те, привлеченные движением, подняли головы и огляделись, желая лицезреть того, кто решился на шутку с МакГроу. Последний, заметивший волнение в классе, повернул голову. Но скелет был абсолютно неподвижен. Как любой уважающий себя скелет.

Окса прилежно склонилась над заданием, волосы частично закрывали ей лицо. Однако едва МакГроу углубился в свои записи, она повторила свою выходку. На сей раз скелет упер руки в боки, согнул колени и принялся выбрасывать поочередно вперед то одну ногу, то другую, будто танцуя вприсядку.

Гюс сильно пихнул Оксу локтем, половина класса прыснула от смеха, а другая половина затаила дыхание, ожидая реакции грозного учителя.

— На тот случай, если вы забыли, напоминаю, что у вас контрольная! — не замедлил рыкнуть МакГроу. — Почему вы кудахчете, как истеричные куры? Вот вы, например, мадмуазель Гекерт, не соблаговолите ли объяснить?

Девочка, давясь смехом, ответила:

— Скелет, месье…

— Мадмуазель Гекерт, — с презрением вздохнул МакГроу, — ваш лепет никоим образом не является связанной фразой и еще меньше — ясным ответом. Скелет — что?

— Скелет танцует, месье.

— И… ЧТО?! — повысил голос МакГроу, грохнув по столу книгой с такой силой, что все ученики подскочили за партами. — Один… или однаиз вас забавляется со скелетом — и никто уже не способен сосредоточиться на контрольной! Вы что, считаете, что находитесь в летнем лагере? Или, учитывая уровень ваших знаний, я бы сказал, в детском саду!

Он окинул класс суровым взглядом, игнорируя Оксу, будто ее тут и не было. И по этому кажущемуся безразличию, притворному, как она точно знала, Окса поняла, что МакГроу отлично известно, что это она — виновница всего безобразия, предназначенного спровоцировать его и вывести из себя.

И пришла от этого в неописуемый восторг!

Начавшийся в одиннадцать часов урок естествознания прошел точно так же — была объявлена контрольная! Вздохи при этом были еще более тяжкими, а жалобы более слышными.

И от этого МакГроу буквально взревел:

— Я ваш педагог! И я решаю, как вести урок! Если не можете выдержать две контрольных подряд, я не дорого дам за ваши способности. Ваше недовольство и несогласие меня совершенно не интересуют! Следующий, от кого я услышу хоть слово жалобы, получит три дополнительных часа после занятий, можете не сомневаться! Что же касается вас, месье Белланже, я не забыл о том преимуществе, которым вы воспользовались в прошлый раз, сидя за одной партой с блистательной мадмуазель Поллок… так что прошу лично вас пересесть на заднюю парту.

Прямой, как палка, и красный от злости Гюс встал и пересел за последнюю парту, стараясь сохранять спокойствие.

Окса поглядела на МакГроу. Тот по-прежнему избегал ее взгляда, предпочитая разбираться с Гюсом. И это не предвещало ничего хорошего…

Окса не хотела, чтобы ее друг расплачивался вместо нее! Обернувшись, она жестом поддержала Гюса и вернулась к контрольной. Но неожиданно ее отвлек Курбето-пуко, корчившийся вокруг запястья.

«Но я ведь спокойна! Что это он?» — удивилась девочка.

Окса незаметно приподняла рукав и увидела, что у ее маленького живого браслета довольно странный вид: крошечный язычок свисает на сторону, а глаза пугающе остекленели! Окса погладила тварюшку пальцем, но это не помогло.

Раздались весьма выразительные и неприятные звуки. Характерные звуки пуканья, в этом не было никакого сомнения…

Кое-кто из учеников переглянулся, другие позволили себе хихикнуть. МакГроу поднял голову и поискал глазами источник теперь уже непрерывного и очень громкого пука, но так и не обнаружил виновника происшествия.

«Ой-ёй-ёй! Я забыла скормить ему гранулу! — мысленно переполошилась Окса. — Какая же я дура! Теперь я понимаю, что имел в виду Абакум, когда говорил, что недовольство Курбето-пуко трудно будет не заметить… Нужно продержаться до обеда!»

И она буквально легла на листок с контрольной, крепко прижав руку к парте, чтобы заглушить издаваемые кишками Курбето-пуко звуки. Вот уже действительно «пуко»…

Когда прозвонил полуденный звонок, ученики в считаные секунды сдали работы и собрали вещи. Желая как можно быстрее оказаться подальше от МакГроу, они вышли из класса, не сказав учителю ни слова, за исключением одного или двоих учеников, которые никогда не упускали возможности подлизаться.