Чтение онлайн

– Правда, – определился Марк.

– Сложно придумать, – посетовала Эмилия, накрутив на палец локон. – О, знаю. У тебя есть девушка?

– Очень оригинально, – фыркнула Настя.

Сердце будто затихло. Маша сжалась, посмотрела на Бортникова. «Что он скажет? – ее бросило в жар. – Сменит тему? Заупрямится? Признается, что был неправ?» Время замедлилось, кровь застучала в ушах. Она поерзала. Марк взглянул в ответ, скривил губы и раздельно произнес, будто обращался только к ней:

– Уже нет.

– Что? – прошептала Маша.

– Тост. За холостяков! – весело пробасил Михаил.

Спокойный мирок, который Маша собирала по крупицам, рассыпался карточным домиком. Слова о любви и обещания фальшивили. Какой наивной она была, когда считала, что испытания остались в прошлом. Их отношения с самого начала казались нездоровыми. Она спасала Марка, потом он выручал ее из беды, так длилось до бесконечности. Психолог наверняка бы заявил, что ей не хватило отцовского внимания, поэтому она привязывалась к тем, кто не способен на сильные чувства. К глазам подступали слезы. Компания, дурацкое развлечение, Бортников – все вмиг опротивели. Хотелось уйти далеко-далеко, где никто не сумел бы ей навредить.

– Ой, – побелела Динара, уставившись на бутылку. – Точно я?

– Все честно, – сказал Марк.

– Ладно, – смирилась та. – Правда.

– Почему ты меня ненавидишь?

Динара оторопела, пожевала губу.

– Не обольщайся, Бортников. Мне на тебя плевать.

Маша слегка расслабилась. На душе было гадко после признания Марка, но понимание, что ей ничего не грозит, ведь подруга не станет задавать каверзные вопросы, принесло спокойствие. К сожалению, бутылочка указала на Настю. Динара крепко задумалась, подперев кулаком щеку, затем изрекла:

– Ты бы простила измену?

– Никогда, – выпалила та. – Если узнаю, прибью или покалечу обоих.

– Осторожней, Глебчик, – усмехнулся Михаил.

– Ему, честному, нечего бояться, – сказал Кирилл.

Очередь перешла к Яне, и она решительно произнесла:

– Действие.

Маша поразилась ее храбрости. Глеб что-то шепнул Насте. Первокурсница просияла, словно забыла обиду, мерзко хихикнула и потребовала:

– Расскажи о своем самом постыдном поступке.

Яна поникла, сняла с шеи платок, принялась мять в руках.

– В четырнадцать лет я собрала досье на старшеклассника. После школы выследила его, потом караулила возле дома, зазубрила расписание, чтобы «случайно» сталкиваться на переменах, иногда звонила и молчала в трубку.

– Ты была маньячкой, – хохотнула Вика.

Яна покраснела.

– Старый случай, – недовольно сощурилась Настя. – Давай что-нибудь посвежее.

– Я выполнила условие, – твердо проговорила та, отвернувшись.

– Не поспоришь, – согласился Женя.

Ход перешел к Кириллу, и тот поспешно сказал:

– Правда.

Яна выпрямилась, положила ногу на ногу.

– За что ты бы мог убить?

– Неожиданно, – поразился Кирилл. – Помню сто пятую УК РФ, не хочу мотать срок.

– Мы не на семинаре.

– Человеческая жизнь – высшая ценность. Я против насилия.

– Не засчитывается.

Кирилл посуровел. Маша подумала: «Наверное, скажет о казни преступников».

– За предательство, – сурово ответил он. – Особенно близкого человека.

Настя засмеялась:

– Женёк, у меня плохие новости.

– Малая, тихо, – скороговоркой проговорил Глеб.

– Вы о чем? – растерялся Кирилл.

– Качок не в курсе? – хохотнула Настя и прикрыла рот ладошкой. – Упс.

– Объясни.

– Друг, у меня принцип, – ответил Глеб. – Не лезу в чужие разборки.

– Ты уже, – поморщился Кирилл.

– Перестаньте ссориться, – пропищала Ангелина.

Блондин уставился на Женю и, когда тот почесал затылок, со злостью спросил:

– Что еще ты скрываешь?

Происходящее напомнило известную телепередачу, где смаковали скандалы. Не дождавшись пояснения, Кирилл крутанул бутылку. Маша словно в замедленной съемке увидела, как стеклянное горлышко повернулось к ней и остановилось. В мыслях завыла сирена. «Как быть? Если скажу: “Правда”, он выяснит про Марка или расставание».

– Действие, – пролепетала она.

Оглушительный стук сердца посоперничал бы с рэп-битами. Михаил и Женя захлопали.

– Сделай мне массаж, – сказал Кирилл.

«Пронесло», – выдохнула Маша, вообразив варианты похуже. Она встала позади Кирилла, согрела ладони и погладила шею. В растирании, круговых движениях, едва осязаемых щипках не было подтекста. Она чувствовала, как расслабляются мышцы. Алкоголь, ненавязчивый лимонный аромат, шуршание рубашки отвлекали от реальности. После одинокой недели было приятно вновь прикасаться к парню. Словно в трансе, она запустила пальцы в светлые волосы, провела к вискам, от лба к затылку. Кирилл рвано вздохнул.

– Достаточно, – голос звучал ниже. – Спасибо, ты волшебница.

Михаил пошутил про тайских умниц. Марк с плохо скрываемым гневом налил себе коньяк. Опомнившись, Маша села к Динаре, передала ход. Ангелина ойкнула и воскликнула:

– Действие.

«Что ей загадать?» – застопорилась Маша. Ей не хотелось мучить соседку, поэтому она озвучила первое, что пришло в голову:

– Выпей вина.

– Не могу, я принимаю снотворное, – сконфуженно произнесла Ангелина. – Опасно смешивать.

Сверху раздался странный стук. В мыслях Маши неожиданно мелькнула пакость. На левое плечо будто взобрался демоненок из мультфильма, начал убалтывать: «Напугай прилипалу, пристыди». Ангелок, который должен был сесть на правое плечо, так и не появился. Злость, разочарование, обида требовали выхода. Ангелине не повезло попасть под горячую руку.

– Сфоткай что-нибудь на третьем этаже, – бескомпромиссно приказала Маша.

– Сейчас? – изумилась Ангелина.

– Там плохое освещение, – вклинился Марк. – Поменяй задание.

Бесенок зашептал пуще прежнего: «Почему Бортников о ней печется? Зачем корчит из себя рыцаря? Жаждет внимания, одобрения? Идиот. Не уступай, пусть помучается». Маша стиснула зубы, нахмурилась и безапелляционно произнесла:

– Правила запрещают.

Марк проводил Ангелину, будто специально хотел насолить бывшей. Маша цедила алкоголь, но не ощущала вкуса. Все мысли были заняты проклятым Бортниковым и тем, как поспешно он заступился за незнакомую девушку. Внутри клокотало, хотелось закатить настоящий скандал, высказаться при всех, опозорить обидчика. Остатки разума помогли сдержать гневный порыв.