Последняя песня для Феникса
Шрифт:
– Эй, что это за хреновина?! Нам на пастбище такого, блин, не надо! – Три дюжих крестьянина в простой рабочей одежде подошли со стороны деревни, другие местные жители тоже стали выходить из домов и амбаров. Вышитые воротники домотканых рубах, чёрные жакеты без рукавов, отделанные красным и белым орнаментом, недовольные и даже угрожающие выражения на лицах.
Но, подойдя ближе, толпа несколько поубавила пыл. Многие остановились, переминаясь с ноги на ногу и косясь на мечи путешественников, хотя ни Линетта, ни Андреас не продемонстрировали ни малейшего намерения использовать оружие.
– Вам нравится такая ткань? – Андреас невозмутимо кивнул на баллон, накрывший половину луга. – Можете забирать!
– Правда?! – люди принялись трогать и рассматривать материал с восторгом, и недовольство немедленно сменилось дружелюбием. – Обалдеть!!! Непромокаемая!!! Хватит на сотни плащей и парусов!!
– Кстати, насчёт парусов, – заметил Андреас, – мы хотели бы купить лодку…
– Купить?!! Да вы чё?! – Воскликнул один из мужиков. – Вы нас уже сделали богачами!! Да мы подарим нашу лучшую посудину!!
Группа крестьян повела Линетту и Андреаса вдоль дороги к берегу Срединного озера, где у деревянного пирса стояла дюжина лодок, и указали на довольно новое судно с крепкой мачтой и небольшим домиком-каютой. Места для двоих путников было вполне достаточно.
Три дородные женщины принесли плетёные корзины с румяными фруктами и передали Линетте, которая поблагодарила их улыбкой.
Андреас развернул парус и уселся на скамейку у руля, не мешкая с отправлением. Ветер тут же резво понёс лодку прочь от берега, где люди махали им на прощание.
– Ну и ну! – Линетта в изумлении покачала головой, тоже присаживаясь на скамейку. – Неужели у них нормальная ткань в таком дефиците?
– В удалённых провинциях купцы дерут за текстиль по три шкуры, – объяснил он. – Мне всё чаще становится стыдно, что я тоже человек.
– Джим сказал, что с троллями сговорились какие-то рыцари, – она рассеянно смотрела на исчезавшее вдали побережье. – Это может оказаться нешуточным заговором.
– Я думал об этом, – он кивнул. – Благодаря дирижаблю, нам теперь не нужно спешить, и мы будем очень осторожны.
Погода начала меняться. Ветер окреп буквально за минуту, нагнал серых туч и снова стих. А сумрачное небо разразилось ливнем.
Андреас свернул парус и вслед за Линеттой спрятался в каюте. Там они уселись на две широкие скамьи у продольных стенок и взялись за подаренные фрукты.
Капли дождя с бульканьем падали на гладь озера, барабанили по дереву каюты и текли по стеклу круглых иллюминаторов.
– Вокруг нет ни души, – она легонько куснула фрукт. – Мне начинает нравиться одиночество, когда я своим присутствием никого не подвергаю опасности.
– Тролли с лёгкостью отыскали нас в горах, но не смогли точно определить направление в Великом лесу, – он откликнулся немного задумчиво. – Наверное, излучение ключа частично смешалось с жизненной энергией зелени.
– Значит, искать пустынное место не нужно? – удивилась она. – А здесь мы, в магическом смысле, как на ладони?
– Если ветер будет попутным, мы быстро доберёмся до Вересковой Пустоши, а уж там есть где спрятаться!
Вскоре дождь закончился, небо очистилось, и лодку осиял свет солнца, клонившегося к закату. Пробиваясь сквозь далёкую пелену тумана, лучи окрасили рябь на воде и оставшиеся перистые облака в розовый цвет.
Андреас вышел из каюты и потянул верёвку такелажа, снова устанавливая парус. Ткань затрепетала, словно крыло огромного фламинго, затем наполнилась свежим ветром.
В мягких вечерних сумерках путешественники увидели берег, полностью покрытый прекрасным бело-лиловым цветением вереска.
Они направились к деревянному пирсу, где какой-то здоровяк вдвое шире и гораздо выше Андреаса, настоящий великан в тёмно-сером плаще и простом коричневом костюме с широким кожаным поясом, как раз привязывал к столбу маленькую лодочку.
Детина обернулся, когда Серый рыцарь ступил на дощатый настил пирса, чтобы тоже привязать их с Линеттой судно.
– Андреас?! Ты ли это, старина?! – Лицо великана расплылось в добродушной улыбке. Отвесил лёгкий поклон Линетте, которая как раз выбиралась из лодки, опираясь на руку Серого рыцаря.
– Оливер? – Андреас пригляделся повнимательней.
– Он самый, хе-хе! Однажды ты спас меня от грабителей, помнишь? – Оливер гостеприимно указал на тропинку, ведущую сквозь вереск. – Идём! Добро пожаловать, переночуете в моём доме!
Они пошли к одноэтажному, но массивному каменному строению, в окнах которого сиял янтарно-жёлтый свет.
Оливер отворил высокую прочную дверь, впуская в просторный зал. Пылающий в камине огонь освещал большой деревянный стол и длинные скамьи вместо стульев. Оленьи рога висели на стене в качестве вешалки для шляп. Простой, непритязательный интерьер.
– На ужин сегодня тушёная рыба! – Объявил хозяин, снимая плащ, и жестом пригласил гостей присаживаться.
– Рыба? – Линетта расстегнула кафтан. – Это хорошо! Сегодня утром тролли не дали её отведать…
– О! – Оливер удивлённо поднял брови, снимая с горячих кирпичей камина большой пышущий паром котёл и ставя его на стол. – Расскажите-ка мне, что там нынче в мире творится!
Глава 7
– С Линеттой и Андреасом всё будет в порядке! – Заверил Айвэн, глядя на удалявшееся Малахитовое Плато. После того, как друзья покинули горы, к эльфу вернулась обычная жизнерадостность. – Никто и никогда не может поймать Серого рыцаря в лесу!
– Судя по всему, – предположил профессор, стоя рядом у перил кормы, – они направляются в Озёрный город.
– Надеюсь, – Джим повернул штурвал, – через пару дней там встретим. Но сначала нам самим нужно туда добраться.
Прибой шумел у потрескавшихся скал. Горы исчезли вдали, и теперь за неровной линией берега тянулась серая безжизненная местность, усеянная камнями и щебнем.
– Здесь начинаются Пустынные земли, – МакЛеллан достал свою компактную подзорную трубу и навёл её на унылый берег, пену прибоя у отполированных валунов и каскады брызг. – Одного поэта вдохновили на такие строки: