Чтение онлайн

Джил покосился на меня и продолжил как ни в чем не бывало:

— Доктор Эневер, я знаю Саймона около двух лет, а Лайза — дочь моего друга. Да, я допускаю, они могли все это придумать, но в то же время нельзя исключать, что они говорят правду. Пока это нам не известно. Поэтому я прошу доктора Эневера передать всю имеющуюся информацию Рави, чтобы тот мог ее изучить. Если выводы Саймона и Лайзы найдут подтверждение, все клинические испытания будут прекращены. И когда я говорю всю информацию, доктор Эневер, то имею в виду полный набор данных.

— Но это же абсурд! — возмутился Эневер.

— Или вы предоставляете сведения, или мы немедленно прекращаем испытания препарата.

Значение этих слов не сразу дошло до участников совещания. Но когда они осознали сказанное Джилом, в комнате повисла гнетущая тишина.

— Что скажешь, Рави? — спросил старший партнер.

— Я не знаю, смогу ли сделать какие-либо выводы, пока не увижу, в каком объеме представлен материал. Но безопасность — ключевой элемент в разработке нового лекарства, — сказал Рави. — Внимательно выслушав Саймона и Лайзу, я понял, что в нашем случае присутствует элемент риска и мы должны принять меры, чтобы его устранить.

— А ты, Дайан? Согласна?

Она кивнула.

— Арт?

— Ни за что! — выкрикнул Арт. — Это обрушит нашибиржевые котировки. Это похоронит «Био один» и уничтожит «Ревер». Ты не можешь так поступить, Джил!

Выражение усталости, остававшееся на лице Джила с начала совещания, вдруг исчезло. Он выпрямился в кресле и теперь всем своим видом выражал решительность. Создавалось впечатление, что, встретившись лицом к лицу с кризисной ситуацией, Джил собрал в кулак всю свою волю и был готов принять нужное решение, невзирая на всевозможные катастрофические последствия.

— Джерри?

Питерсон обратил свою свежую, пышущую здоровьем физиономию на недовольно скривившегося доктора Эневера, а затем перевел взгляд на Арта, который, как мне казалось, был готов вскочить со стула и врезать этим предметом мебели мне по голове.

— Прошу тебя, Томас, завтра передать все материалы Рави, — произнес он легко, без нажима.

Руководство компанией досталось ему без труда, и расставался он с ним также без излишних страданий.

— Спасибо, — сказал Джил. — Думаю, нет необходимости напоминать о том, что тема нашей дискуссии должна храниться в тайне. Это весьма дорогостоящая и чувствительная информация. Каждый, кто попытается избавиться от своих акций, будет передан в руки Комитета по этике.

Эневер чуть ли не дымился от злости. Арт тоже пыхтел, не скрывая недовольства. Все остальные молчали, оценивая все последствия этого решения. Насколько я понимал, оно сулило серьезные неприятности каждому из присутствующих.

— Но остается еще один важный вопрос, — сказал я.

В обращенных на меня взглядах можно было прочитать всю гамму чувств — от изумления до ненависти.

— Кто-то убил Фрэнка и Джона. Не исключено, что доктор Катарро тоже был убит. — Выдержав паузу, чтобы слушатели лучше прониклись значением сказанного, я продолжил: — Они были убиты, поскольку первыми обнаружили то, что я узнал о «Био один» позже. И вот сейчас все те люди, которые больше всех пострадают от запрета «Невроксила-5», собрались в этом помещении.

— Но это же абсурд, — подняв на меня глаза, произнес Эневер. — Надеюсь, вы не думаете, что прикончил их я? Да и зачем мне было это делать? Нам нечего скрывать — «Невроксил-5» абсолютно безопасное лекарство.

Я посмотрел на Арта. Тот ожег меня взглядом и пробормотал:

— Ну и дерьмо же ты!

Джил откашлялся, снова забирая власть в свои руки, и сказал:

— Гарднер, думаю, тебе следует позвонить в полицию. Скажи, что мы ждем их приезда.

— Хорошо, — ответил адвокат.

На этом совещание закончилось, и все его участники разбились на мелкие группы. Джерри Питерсон подошел к Эневеру и принялся задавать вопросы. Они оба выглядели очень сердитыми, хотя Джерри держал себя в руках гораздо лучше. Джил и Рави завели какую-то серьезную дискуссию, и вскоре Джил жестом пригласил к себе Дэниела. Из всех нас Рави лучше всех разбирался в проблемах биотехнологии, и я подозревал, что собирать камни из руин «Био один» будет он, а не Арт.

Арт, оставшись за столом, жадно, стакан за стаканом, поглощал минеральную воду. Да, похоже, ему будет сложно сохранить свое место в уходящем поезде.

К нам подошла Дайан, и я почувствовал, как напряглась Лайза.

— Плохой день для «Ревер», — промолвила Дайан. Я кивнул.

— Но если с лекарством существует проблема, мы не можем рассчитывать, что она сама собой исчезнет, — продолжала Дайан. — Джил прав. Рави должен подтвердить или опровергнуть ваши выводы.

— «Ревер» потеряет миллионы, — сказал я. — Сотни миллионов.

— Все эти прибыли пока только на бумаге.

Мы некоторое время стояли молча, погрузившись в размышления о мрачном будущем нашей любимой фирмы. Наконец Дайан посмотрела на меня, потом перевела взгляд на Лайзу и, улыбнувшись, сказала:

— А вам обоим я желаю счастья.

После этого Дайан отправилась к Джилу и Рави, а Лайза крепко сжала мою руку и пробормотала:

— У, сука…

Несмотря на то что мнение своей супруги я разделял далеко не полностью, спорить с ней я не стал.

Мне было бесконечно приятно проснуться утром в собственной постели рядом с Лайзой. Прежде чем мы поднялись окончательно, прошло довольно много времени. Но в конце концов я кое-как выбрался из постели и заковылял в ванную. Лайза отправилась за завтраком. Минут через двадцать, услыхав, как хлопнула дверь, я вышел из-под душа и схватил полотенце. Есть хотелось безумно.

— Что тебе удалось раздобыть? Горячего черного хлеба там не оказалось?

В нашей булочной Лайза покупала только самые свежие продукты, что превращало завтрак в подобие лотереи. Но в целом меня такая система устраивала, за исключением тех, увы, нередких случаев, когда свежайшим изделием на этот день оказывались лишь ржаные булочки с тмином.

Жена молчала.

— Лайза!

Я вышел из ванной и направился в кухню. Лайза уже поставила на стол пакет с булочками и теперь просматривала газету. Не говоря ни слова, она передала газету мне.

«Гений биотехники обнаружен мертвым!!!» — кричал заголовок. К заголовку была подверстана фотография ухмыляющегося Эневера.

Я пробежал глазами статью. В ней говорилось, что доктор Томас Эневер был найден висящим в петле в своей квартире в Ньютоне. «Полиция молчит, — сообщалось в газете, — но все прекрасно понимают, что произошло с доктором».

— Самоубийство? — спросил я.

— Да.

— Есть ли какие-либо намеки на связь суицида со смертью твоего отца?

— Пока нет, но не сомневаюсь, что об этой связи скоро заговорят.