Чтение онлайн

— Значит, ты полагаешь, что озабоченность Лайзы — просто пустые подозрения?

— Да. Лайза обладает непревзойденной интуицией при выборе направления исследования, но иногда забывает о том, что является ученым. Если вы проверяете гипотезу и обнаруживаете, что данные эксперимента ее не подтверждают, то ваши построения перестают быть гипотезой, превращаясь в пустопорожние домыслы.

Подобные лекции мне уже приходилось выслушивать. С ними выступала передо мной Лайза. В том, что ее критические постулаты были на сей раз использованы против нее, я увидел злую иронию.

— Значит, данные не подтвердили ее гипотезу, в чем бы она ни заключалась?

— По моему мнению — нет, — ответил Генри.

Не являясь ученым, я полностью доверял интуиции Лайзы.

— Саймон, мне очень хочется, чтобы Лайза сейчас работала со мной, — продолжал Генри. — Но все изменилось с тех пор, как «Бостонские пептиды» утратили свою самостоятельность. Не думаю, что Лайза привыкла бы к этим изменениям. Она получила прекрасную работу у Меттлера в Стэнфорде. Убежден, там она будет более счастлива, чем была бы, оставшись здесь. Мне очень хотелось бы последовать ее примеру, но я должен довести дело «Бостонских пептидов» до конца.

— Лайза испытывала к тебе огромное уважение, Генри, — сказал я, поднимаясь. — Но это было еще одно из ее многочисленных заблуждений. Прощай.

Генри от изумления и возмущения не знал, что ответить, и ему не оставалось ничего, кроме как беспомощно помаргивать за линзами своих огромных очков. Возможно, я вел себя с ним слишком резко, но мне на это было плевать. Лайза нуждалась в помощи, а Генри ей в этой помощи отказал.

Проходя мимо лаборатории, в которой когда-то работала Лайза, я открыл дверь и увидел знакомый ряд лабораторных столов, уставленных стеклянными, мистических форм, сосудами и электронными приборами, о предназначении которых не имел ни малейшего представления. В лаборатории трудились с полдесятка ученых.

Одна из них — рыжеволосая девица — подняла на меня глаза. Келли. Вскочив с места, она ринулась ко мне.

— Убирайся отсюда, Саймон! Если кто-то тебя узнает, нас ждут серьезные неприятности.

— Хорошо, — сказал я, когда она стала выталкивать меня из дверей лаборатории. — Но поговорить-то я с тобой могу?

— Ни за что. Убирайся! — продолжала Келли, гоня меня по коридору.

—Тебе известно, где сейчас Лайза?

— Да.

— Где?

— Этого я тебе не скажу.

Мы уже были у выхода из здания.

— Она в порядке?

— Нет, — ответила Келли. — Лайза не в порядке.

— Келли, я должен с тобой поговорить.

— Нет, не должен. Уходи.

Мне ничего не оставалось, кроме как повиноваться.

Я ждал ее на Массачусетс-авеню рядом с закусочной, где Лайза, как я знал, покупала себе ленч на вынос. Моя затея имела мало шансов на успех, поскольку я не только не знал, посещала ли Келли это заведение, но и вообще не был уверен, что она ходила на ленч. Я занял стратегическую позицию на углу Массачусетс-авеню и улицы, на которой располагались «Бостонские пептиды», ровно в двенадцать дня. Вначале я прочитал свежий номер «Глоб», затем изучил «Уолл-стрит джорнал» и «Дейли миррор» трехдневной давности. Из газет я узнал, что моя любимая команда «Челси», выиграв субботний матч, возможно, сумеет скинуть «Астон Вилла» с первого места в премьер-лиге. Примерно в половине третьего, когда я размышлял, что купить — «Бизнес уик» или «Нэшнл инкуайер», — на улице появилась Келли.

В качестве прикрытия я использовал «Уолл-стрит джорнал», поскольку его формат оказался самым большим во всей моей газетной коллекции. Я решил дать Келли возможность купить сандвич, а затем перехватить ее на обратном пути, если ока отправится на работу.

Мой расчет оказался верным. Когда она проходила мимо, я встал на ее пути.

— Келли!

— Саймон! Я разве не говорила, чтобы ты отвалил?

— Говорила. Но мне надо с тобой потолковать.

— Саймон, ты одиозная личность, и нас может кто-нибудь увидеть.

— О'кей, — сказал я и, взяв ее под руку, увлек с оживленной улицы в узкий боковой проход. — Здесь нас никто не заметит.

Прислонившись спиной к кирпичной стене, Келли пыталась на ощупь извлечь из сумочки сигарету.

— Не буду я с тобой разговаривать! — бросила она.

— Скажи мне по крайней мере, что с Лайзой, — не сдавался я. — Ты дала мне понять, что она чувствует себя скверно. Я очень беспокоюсь.

— Ты и должен беспокоиться, — сердито сказала Келли. — Отец Лайзы умер, и она считает, что его убил ее муж. Она потеряла работу. Бедная девочка в ужасном состоянии. И насколько мне известно, до этого довел ее ты.

Мной овладели одновременно гнев и отчаяние. Не в силах сдержаться, я повернулся и что есть силы пнул ногой пустой бак для мусора.

— Келли, я не убивал ее отца! И уволили Лайзу не из-за меня!

Келли затянулась сигаретой, полностью презрев мой протест.

— Келли, ты лучшая подруга Лайзы и, конечно, на ее стороне, — продолжил я, стараясь успокоиться. — Я это понимаю и высоко ценю. Меня радовало то, что она остановилась у тебя. Но и ты должна понять меня. Лайза все истолковала неправильно. И я просто обязан доказать ей это. Ради нее самой и ради меня.

Келли слушала, подозрительно поглядывая на меня.

— Мне кажется, что смерть ее отца каким-то образом связана с «Био один», — сказал я. — Может быть, это имеет отношение к тем вопросам, которые задавала Лайза. Мне надо знать, что ее беспокоило. Генри Чан мне ничего на этот счет не сказал. Ты должна мне помочь.

— Ни за что! — воскликнула Келли, бросила окурок и наступила на него. — Я не стану обсуждать с тобой дела «Био один». Тебе не удастся навредить и мне.

Она повернулась и зашагала по переулку к улице.

— Келли, сделай это хотя бы ради Лайзы.

— Чушь. Лайза здесь ни при чем, и ты всего лишь пытаешься спасти свою задницу. В этом я помогать тебе не намерена.

Мы шагали по тротуару по направлению к «Бостонским пептидам». Келли шла очень быстро, но я не отставал.

— Скажи мне по крайней мере, где она живет.

— Если бы Лайза этого хотела, то сама тебе все сказала, — заявила, остановившись на секунду, Келли. — А теперь проваливай, или я закричу. Учти, я умею делать это очень громко.

Келли произнесла угрозу настолько серьезно, что мне пришлось отступить и двинуться к станции метрополитена.

Когда я вернулся в офис, Дэниел не только пришел в себя, но и созрел для того, чтобы посплетничать.

— Привет, Саймон. Как дела?

— Привет, Дэниел. Дела как всегда.

— Ты мог предположить, что подобное случится с Джоном?

— Нет, не мог. Это просто ужасно.

— А ты знал, что он гомик?

— Нет, Дэниел, не знал, — ответил я, чувствуя, как во мне закипает раздражение. — Человек умер, и теперь это не имеет никакого значения.