Чтение онлайн

— Звездное дитя… Что ты…

— Тц. — подняла палец. — Я убедилась в тебе, на этом разговор окончен. — яркая улыбка. — Скоро увидимся вновь, и тогда все покровы будут сняты. И да, я делаю это специально, потому что так веселей. Загадка. — её ноготь удлинился, превратившись в мазутное лезвие.

Выст… не успеваю.

— Кх-х-х! — Атраски… Атраски перерезала себе горло! — Кха-ха-ха! — падает на колени. — Загадки… моя страсть… — заваливается на ковер в собственную лужу крови.

Какого хрена?! Такое чувство. Будто меня, всех нас переиграли. Воспользовались, и, опережая на шаг, тянут играть дальше.

Атраски, Нагиса. А в целом.

— Стерва…

Победа над ягодой, это не конец. Это только начало. Ведь эта сука… Сделала все, что хотела.

Уже несколько раз прозвучало слово Эон. Я стал Эоном?

— Тц. — комнату тряхануло. Маленькие объекты попадали. — Взрыв…

Две недели спустя.

Я иду по улочкам обновленного Укути. Город все еще… Хм, не оправился после случившегося, да и столько времени под влиянием ягоды. Оправится ли он вообще? Многие жители покинули эту столицу. Огромные караваны устремились к другим баронам. В основном остались те, кто желает вступить в собравшуюся армию. Повстанцы Бархана, Новиты, люди Укути. Все они стали «Песчаным фронтом», новой властью владений почившей баронессы. И да, как предсказала Атраски, этот фронт не может просто быть ничьим, нельзя дробить и без того раздробленную пустыню. Треза, Козырь, Амигдала вновь собираются в путь до Ай-Урулу, предстать перед Владаймом, передать ему камень баронов, объяснить, найти поддержки.

Прохожу мимо разрушенного храма Новы. Сотни людей отстраивают статую моей покровительницы. Я не хотел, но раз им было нужно, эх. Избранник благословил это место. Сейчас тут нет присутствия богини магий, получить предсказание для Доу нельзя. Но может быть… Она вернется, и присмотрит за Укути.

Все тела прокаженных оборотней преданы огню, как матка, как и тело Атраски. Обыск кабинета последней ничего не дал, действительно все подчистила.

Иду дальше.

Золотой дворец пока опечатан, лаборатория внизу уничтожается.

Заворачиваю по направлению в Темный переулок, но специально делаю крюк. База Увертюрных крыс покинута. Эти охотники… Они просто ушли, ушли прямо во время битвы. Они не помогали ни Фронту, ни Атраски, в чем был смысл их присутствия в Укути? Очередная загадка.

Зато теперь тренировочная площадка свободна, и сейчас на ней.

— Ра! — выставляет Боунси руку вперед. Ничего не происходит.

— Соберись! — упирает руки в бока Доу. — Ты же использовал ту силу.

— Без понятия, что это было… — чешет щеку. — Хе, я что, стал магом?

— Сомнительно. — поправляет Николас очки. — Скорее, гноллы как оборотни. — Несколько раз кивает. — Существа, искусственно созданные, становятся частью Черной земли. Это был лишь вопрос времени, когда у них проявится своя сила крови.

— Круто! — улыбается Ищейка. — Ха! И как легенда я стал первым! Ха-ха!

— Тогда продолжаем. — хмурится Доу. — Нет смысла радоваться, если ты не можешь её использовать!

— Кхм. — закатил глаза Боунси.

Не буду им мешать. Тут все в порядке. Лишь немного понаблюдав из-за угла, убеждаюсь в хорошем настрое младших нашего отряда. Хе. Сразу вспоминаю сцену двух недельной давности.

Мы с Лойдой и Гертой спешили в Темный переулок. Там был замечен недобиток с ободранным лицом, да вот когда пришли… Обнаружили мертвое тело, продырявленное лазером Шутницы и покрытое разными реагентами. Парочка встретила оборотня и победила. Войдя в гостиницу, мы застали картину. Как Арлекинша целует в засос ученого, запрыгнув на него, позволяя мужским рукам держать себя за пятую точку. Прервавшись, одновременно посмотрели на нас.

«Ам… У нас все в порядке» — улыбалась карлица.

Количество сальных шуток от Банши в тот момент зашкаливало.

Возобновив шаг, возвращаюсь на дорогу до переулка. К слову, в этот раз наемники поедут с нами, прямо сейчас Крюгер и Рыцарь готовят судно к отправке.

Миную арку-ворота.

— Их были сотни! — стоит Шутница на бочке, собрав вокруг себя народ. — Расчехляю пулялу, БАМ-БАМ-БАМ! — изображает стрельбу. — А Николас говорит: «Жри это, сучка!» И кидает реагент, бабах!

Замечает меня. Отрицательно качаю головой.

— Кхм… Ну, может, я чуть приукрасила, но суть вы поняли!

Захожу в гостиницу.

— Господин Сторож! — обрадовалась Приша. — Сегодня мы закрыты. — шутит.

— Всем нужен отдых. — улыбаюсь.

— Гертушка на верху. Беседует с Кристи. — протирает кружку.

Поднимаюсь по ступенькам. Первый, второй, в коридоре третьего как раз встретился с Баньши.

— Как она? — с ходу спрашиваю, кивнув головой.

— Как Клиф. — улыбочка. — Ей больно, но она старается не показывать. — вздыхает. — Твое присутствие будет лучшим лекарством. Ты ведь закончил дела? — щурит взгляд.

— Да, мы все обсудили. — хрустнул я шеей. — Стражи баланса отправляются на Север, Песчаный фронт в Ай-Урулу.

— Хорошо-о-о. — довольна Герта. — Наконец домой. — скучает ведьма по холоду. — Рифа, наверное, заждалась доклада. Ха! А нам есть, что рассказать.

— Сторож? — доносится из комнаты.

— Иди. — хлопает Баньши по моему плечу. — И ради богов дай ей отдохнуть. — качает пальцем. — Никаких пылких скачек.

— У тебя мысли все об одном…

— Хе-хе-хе. — уходит.

Открываю дверь, прохожу.

— Сторож! — яркая улыбка. — Ай-ай. — гримаса боли. — Кх.

Кристи лежит на кровати, почти все тело перебинтовано, даже сейчас из-под бинтов виднеется свежая плоть, не успевшая покрыться кожей. Ноги закрыты одеялом. Девушка не хочет показывать процесс регенераций потерянной конечности.

Когда… Когда Джон нашел её за пределами города. Черт… Каждый раз думаю, что меня не напугать. И каждый раз сердце останавливается. В тот момент волчица была будто мертвой, обугленной, и только регенерирующий пар от тела показывал признаки жизни.

— Смотри. — теребит пряди волос. — Они стали длиннее, чем были! — возвращает меня в реальность.

— Хе, и правда. — волосы любимой заметно удлинились. Длинные локоны ложатся на плечи, и контраст черного, бурого стал еще заметней. Две ровные половины. — А еще… — приглядываюсь. — Ты похудела?

— Кхмфм… Ну знаешь. — надула щеку.

— Нет-нет. — понял, что ляпнул. Сажусь на стул около кровати, ласково провожу ладонью по её руке. — Мышечная масса уменьшилась. — все еще накаченное тело атлета, но чуть меньше.