Чтение онлайн

На другом конце мира в этот момент наступал новый день. И в здании МГБ на Лубянке начиналась обычная работа. Сегодня полковнику Лапшину было что сказать своему шефу. Нашелся «Серж». Он молчал почти 2 года, но вчера Георгий Иванов (в оперативной переписке «Палтус») отбил телеграмму, в которой сообщал, что на него вышел человек от «Сержа», назвавший пароль. И не с пустыми руками. Он предлагал ни больше ни меньше — архивы Анненербе, вернее, ключи к этим архивам. Он, безусловно, знал о предмете сделки куда больше, чем группа немецких моряков, с которой он вел переговоры до этого. Не было ни гроша — и вдруг алтын…

— «Серж» пытается сделать нам любезность, — заметил начальник отдела «Ф». — С чего бы?

— Полагаете, ему нельзя доверять?

— Доверять нельзя никому. Тем более этот «Серж» — хитрый гусь. Видимо, действительно серьезный игрок, если знает про архивы. Вопрос — не ходил ли он уже с таким предложением к англичанам или американцам.

— Исключать нельзя. «Палтус» сообщает, что «Серж» вполне может и блефовать. Он знает все о прошлом архива, но ничего не знает о настоящем…

— Вы не замечали, полковник, что «Серж», в какой бы ситуации он не находился, всегда играет собственную игру. Что тогда с зарядами, что сейчас… Надо бы его изучить получше. Как «крот» там — он великолепен, но будь он здесь, не станет ли он таким же «кротом»?

— «Палтус» говорит, «Серж» готов перебраться в Москву и наладить работу с архивами уже в ближайшем будущем.

— Красиво… — усмехнулся Судоплатов. — Настолько красиво, что тянет на внедрение. Дайте команду «Палтусу», пусть прощупает его на предмет связей с нашими английскими друзьями. А что говорят эти, «пираты»?

— Говорят, что контейнеры подверглись радиационному заражению. Им нужны специалисты для дезактивации контейнеров.

— Понятно, хотят время потянуть… А времени мало… Вообще все это выглядит как плохо спланированная провокация.

— Может, оно и хорошо, что плохо спланированная… Британцы обычно тщательнее готовятся.

— Может, и так… Удалось что-то узнать про «пиратов»? Кто это вообще такие?

— Достоверной информации нет. Вроде бы они работали по «Ипсилону».

— Вроде бы? — Генерал удивленно поднял брови. — Вроде бы у Володи волосы выросли на ж…

— Я понимаю. Дам команду «Палтусу», товарищ генерал.

— И пускай не стесняется в средствах. Мы должны знать все. Это может быть величайшая удача, но ровно с таким же успехом это может быть и величайшая провокация. Второго допустить нельзя!

— Не спишь? — удивленно спросил Ройтер.

Анна едва заметно качнула головой. Она нервно курила. Свет луны падал на ее плечи, она слегка сутулилась, обхватив себя руками.

— Ты что? — Ройтер подошел сзади и попытался обнять ее. Анна коротким резким взмахом ладони дала понять, чтобы он не приближался.

— Что-то не так… — прошептала она. Ройтер увидел невероятное. Ее глаза блестели от слез. — Я никак не могу отделаться от своих демонов. Мне все время кажется, что я с ним, а не с тобой! Я ненавижу его, я хочу его забыть… Но он как будто преследует меня из могилы. Твои руки я чувствую как его руки… Это наваждение какое-то…

— Извини… я не хочу быть похожим на него…

— Ты не похож… — тихо всхлипнула Анна. — Ты не похож Это дело во мне… Знаешь… после его смерти… я хотела забыть… А у него был такой одеколон… хотя вы в Люфтваффе, наверное, не знаете… ну неважно. В общем, приходит ко мне любымый, — она намеренно произнесла это слово коверканно, чтобы придать комичность истории, — получилось неважно. И вот ведь сука, от него пахнет тем же одеколоном! Меня чуть не вырвало!

— И?

— Что «и»? — раздраженно переспросила Анна.

— Что было дальше?

— Ни-че-го! — ухмыльнулась она. — Я выгнала его вон…

— Просто выгнала?

— Ну да…

— Ничего не объясняя?

— А что я могла объяснить?

— Боюсь, бедняга потом лечился у психиатра… — пробурчал Ройтер.

— На самом деле у психиатра лечилась я! — взвизгнула Анна. — В 44-м я три месяца провалялась в клинике во Фрайбурге. [37]

— Успокойся. Я тебя не брошу — твердо сказал Ройтер.

— Я тебя боюсь… Мы знакомы пару дней, а мне кажется, что ты меня знаешь всю жизнь. Причем именно ты меня. Ты знаешь мое тело, как будто мы жили с тобой год. Я о тебе ничего не знаю.

— Может быть, это и лучше? Зачем тебе чужие скелеты в шкафу? По-моему, у тебя своих хватает.

— Ты прав, — кивнула Анна и погасила окурок в блюдце.

У этого разговора был один свидетель, вернее, свидетельница. И свидетельница эта ловила каждое слово, сказанное на балконе, причем ловила их жадно и заинтересованно. Ее сердце разрывала обида. Обида на что? Хотела ли она попасть на место Анны? А она и сама не знала, и вдвойне обиженной она чувствовала себя оттого, что никто не помог ей в этом разобраться, никто не подтолкнул ее к решению, значит, она никому, никому, никому на свете не нужна!

(Москва. Июнь 1953 г.)

3 месяца назад умер тот, кто 6 лет играл роль великого Сталина. Играл весьма талантливо, надо признать. Настолько талантливо, что о подмене не догадывались даже люди самого его ближайшего окружения. А те, кто начинал что-то подозревать, немедленно ликвидировались людьми Берии. Так, отстранен от дел и арестован был Власик, а следом за ним очередь дошла и до Абакумова. Страна шла по пути, проложенному победителями русского Цезаря, и шла стремительно. Но вот наступил июнь, а вместе с ним и ночь, на следующий день после которой было назначено заседание Президиума ЦК КПСС.

В 00:00 25.06.1953 г. командир 4-й гвардейской танковой дивизии получил приказ выдвинуться из Наро-Фоминска по Киевскому шоссе на Москву, где взять под охрану мосты вокруг Кремля, а также силами до 2 батальонов захватить здание МГБ на Лубянке.

Дивизия была поднята по тревоге и походной колонной двинулась в сторону Москвы.

В 00:20 несколько офицеров МГБ на двух машинах «Победа» попыталась прорвать пост охраны при въезде на дачу командующего Московским военным округом в Переделкино. Дежурный армейский офицер поначалу был даже готов их пропустить, однако в последний момент что-то заподозрил и попытался задержать нападавших. Но что-то пошло не по плану, завязалась перестрелка. Появились первые убитые и раненые с обеих сторон.

В 00:35–00:45 в казармах роты охраны Кремля наблюдалась военная активность. Есть раненые.

В 01:07 войска МГБ и внутренние войска, расквартированные в пределах города, были подняты по тревоге, но вскоре приказ был отменен и все вернулись в расположение своих частей.