Чтение онлайн

Сев на диван, её светлость затихла, перебирая в памяти события этого утра.

Так вести себя совершенно недопустимо, она выдаст себя раньше, чем произойдут изменения в её фигуре.

Впрочем, они уже потихоньку происходят – платья в груди стали тесноваты, и скоро горничные это заметят.

«Ясноликая, помоги его светлости скорее найти то, что он ищет! Вернее, того, кого он ищет. И защити нас с малышом», – рука снова легла на живот.

– Мрр? – пушистик, как всегда, появился внезапно и тут же боднул хозяйку головой, требуя внимания и ласки.

– Ох, Снежок, не знаю, что бы я без тебя делала! Жаль, что ты не умеешь говорить, – пальцы привычно погрузились в белый шёлк.

– Мяу? – замер Кот.

– Зато умеешь слушать.

– Мря! – согласился фамильяр и затарахтел, прижавшись шерстяным боком.

– Я ревную его светлость, – пожаловалась Коту Есения. – Представляешь? Ничего не могу с собой поделать! Как подумаю, что он… с ней… А я…

Вместо ответа фамильяр прижался теснее, и девушка сама не заметила, как провалилась в сон.

Она уснула так глубоко, что не слышала, как в спальню вернулась Аниса, поставила на стол поднос и укрыла её тонким одеялом.

А потом вышла в соседнюю комнату, неплотно прикрыв дверь, чтобы сразу узнать, когда миледи проснётся.

Есения же спала и видела удивительный сон.

Будто бы идёт она по заснеженному лесу, но ей ни капельки не холодно. Впереди бревенчатый дом, и девушка входит в него. А там… А там милорд и леди Кларисс!

Герцог что-то сердито выговаривает графине, а та, некрасиво скривившись, всхлипывает. И в какой-то момент бросается ему на шею.

Его светлости ничего не остаётся, как обнять женщину…

Словно со стороны, скрытая от других участников сна, Есения наблюдала, как её муж утешает любовницу. И почему-то от этой картины законной жене не стало больно, не захотелось расплакаться и убежать прочь. Будто бы она, Есения, знала – это лишь слова и жесты, но в сердце Джонатана нет к графине никаких чувств.

А потом герцог встал, вышел из комнаты, по пути подхватил Рене и вместе с ним шагнул в портал.

«Откуда там взялся камердинер милорда? – удивилась герцогиня.

И проснулась.

Минуту лежала, пытаясь осмыслить, что это было – сон или… явь?

Под боком кто-то зашевелился, и миледи осенило.

– Снежок, это ты специально мне показал, да? Спасибо, конечно, за попытку, но легче не стало. Всё, как я и думала – герцог там… с ней. Утешает её, обнимает.

Кот молчал, лишь прижался сильнее и снова включил свою тарахтелку.

– Усыпил меня и показал, где они? Я это и сама знала – в лесу, наедине. То есть, не совсем наедине, там с ними служанка, она мелькала в самом начале сна, когда я только что «вошла» в дом. Горничная графини и…

Рене!

Зачем герцог брал с собой туда камердинера? Милорд вряд ли даст ей ответ, скорее, начнёт расспрашивать – откуда жена об этом узнала? Не рассказывать же ему про Снежка?! Но так хочется выяснить, что на самом деле происходит, зачем милорд таскал туда Рене и вообще…

Есения в волнении прикусила губу и решилась – ничего страшного не произойдёт, если она аккуратно расспросит камердинера. А ей станет спокойнее. Или не станет, но лучше страшная, но правда, чем красивая ложь.

Иначе никаких украшений не хватит, и Зимнее дерево останется ненаряженным.

– Аниса!

– Да, миледи? – горничная появилась буквально через секунду. – На столе булочки, сыр и отвар, как вы просили. Кувшин заговорён, так что отвар горячий, как только что приготовлен! Помочь вам?

Есения машинально отметила, что Аниса смотрит на хозяйку, но и глазом не ведёт в сторону Кота. Видимо, фамильяр по-прежнему для всех остальных невидим, ведь тот так и сидит с ней рядом.

– Нет, я справлюсь сама. А ты, пока я перекусываю, найди Рене. Пусть через полчаса зайдёт сюда.

– Сюда?! – округлила глаза горничная.

– Нет, не в спальню, конечно. В гостиную.

– Слушаюсь, миледи! – Аниса привычно присела и вышла, оставив хозяйку заедать думы.

Отвар в магическом кувшине оказался восхитительным, сыр – нежно-сливочным, а булочка ещё тёплой. Есения с аппетитом перекусила и перешла в гостиную.

Рене появился, как она и приказывала, ровно через тридцать минут.

– Миледи? – замер на пороге, насторожённо глядя на молодую хозяйку.

– Проходи, садись, – герцогиня показала на кресло.

– Я постою, – отказался мужчина. – Вы хотели мне что-то поручить?

– Не совсем поручить, скорее, поговорить. Рене, расскажи, куда вы уходили вместе с его светлостью?

Она не была до конца уверена, что сон – не плод её собственного воображения и не имеет ничего общего с реальностью. Но решила действовать так, будто бы точно знает – слуга был в том доме.

– Э-э-э… Когда?!

– Сегодня утром.

– Э-э-э… С его светлостью? – повторил камердинер и покраснел. – Простите, миледи, я…

Мужчина схватился за горло и засипел.

– Не мог…у… кха-кха…

– Не можешь говорить? – быстро сообразила Есения. – На тебе магический запрет.

Рене с несчастным видом кивнул.

«Вот как? – пронеслось в голове герцогини. – Джонатан подстраховался, наложил заклинание неразглашения. Значит, ему есть, что от меня скрывать? Кому, кроме меня, мог бы Рене рассказать? Вернее, кому, кроме меня, это могло быть интересно?»

– Тогда говорить буду я, а ты подтверждай кивками или отрицай покачиванием.

– Миледи, может быть не надо? – мужчина ещё раз пощупал своё горло. – Очень… неприятно, когда не можешь ни дышать, ни говорить.

– Если ты не будешь издавать звуки, то ничего не случится, – ответила хозяйка. – Итак, утром ты ходил порталом вместе с милордом.

Кивок.

Пауза, в течение которой слуга убедился, что не умирает. И заметно расслабился.

– Вы ходили в лесной дом, где сейчас живёт леди Кларисс?

Снова кивок.

– Зачем милорд брал тебя с собой?

Камердинер страдальчески вытаращился на герцогиню и принялся жестикулировать.