Чтение онлайн

– Не знаю. Эта песня очень нравилась папе.

– Она подходит вам и вашему имени. Когда вы играли, вокруг вас разливался мягкий свет, словно в весеннее полнолуние.

– Да, папа сам выбрал мне это имя, хотя мама возражала. Она говорила, что это имя очень холодное и мне совершенно не подойдет. Если бы я была похожа на нее, думаю, так оно и было бы. Но я похожа на папу и…

– …это имя определенно ваше. Оно вовсе не холодное, а нежное и музыкальное, – закончил за меня Ричард, прикасаясь к клавишам. Фортепиано откликнулось на его прикосновение печальной гармонией, а я почувствовала дрожь в пальцах.

Почему его присутствие так действует на меня? Почему рядом с ним я забываю о плохом? О том, что папы больше нет, о том, что я чуть не погибла, о том, что за окном буря, а здесь, в доме, притаилась неведомая для меня угроза. Я не помню об этом, когда смотрю в его глаза и вижу, как он улыбается мне.

Я забыла даже о том, что он еле терпит мое присутствие на острове.

– Окажете мне честь?

Только теперь я заметила, что Ричард протягивает мне руку, приглашая танцевать.

– Но… – я растерянно взглянула на фортепиано, – музыка…

– Под музыку, – он шагнул к темному шкафу, похожему на бюро, и, открыв его, включил музыкальный центр.

Мелодия полилась словно отовсюду. Я оглядела гостиную, но не заметила ни одного динамика и догадалась, что они, как и сам музыкальный центр, были скрыты за панелями, драпировкой и мебелью, чтобы не портить очаровательный старинный стиль интерьера.

Ричард подошел ко мне так близко, что я ощутила исходящее от него тепло, тепло, которое излучали его глаза. Оно окутало меня, когда он взял мою руку, а другую положил мне на талию.

Мы начали медленно двигаться под музыку, напоминающую кельтские мотивы.

Я подумала о том, что на месте брата Стив просто спросил бы «Потанцуем?», не стал бы дожидаться моего согласия и не держал бы меня в танце так… официально. Но сейчас я танцевала не с ним, а с Ричардом.

Поразительно, опять я сравниваю Ричарда со Стивом! На Розе Ветров это занятие стало для меня привычным. И сравнение вновь вышло не в пользу младшего брата. Мне больше импонировала сдержанная вежливость и отстраненность Ричарда, пусть и вызванная тщательно скрываемой холодностью.

Мне не стоит забывать о том, что я здесь незваная гостья.

– Красивое кольцо.

Я посмотрела на свою левую руку, где в золотой оправе матово блестел лунный камень. Единственное украшение, которое я носила.

– Это подарок Стива?

Разумеется, Ричард имел в виду помолвку, ведь кольцо было надето на безымянный палец!

Чувствуя, как ноги мои внезапно становятся ватными, я ответила, слегка запинаясь:

– Это подарок папы на совершеннолетие.

Я никогда не снимала его, правда, сначала носила на правой руке, пока однажды не порезала палец. Кольцо пришлось временно надеть на левую руку, а потом я так его и не сняла. Тонкий намек избавлял меня от излишнего мужского внимания, которым я тяготилась. Папа ничего не говорил, саму меня это не смущало, а если кого-то и озадачивало, то мне было все равно.

– Манящий камень, – задумчиво проговорил Ричард. – Идет вам так же, как и ваше имя.

Именно поэтому папа его и выбрал.

– Я бы даже не удивился, узнав, что вы родились в полнолуние.

– Об этом мне ничего не известно.

– Лунный камень считается самым подходящим для родившихся в полнолуние. Он наделяет человека мистической силой.

– Я не замечала за собой никаких особых качеств.

– Напрасно, – загадочно ответил Ричард.

Мелодия сменилась на другую, а мы все продолжали танцевать, и мне это нравилось. Я вспомнила, как однажды танцевала со Стивом, всего однажды, на благотворительном вечере в медицинском центре, куда он умудрился затащить меня, сама не знаю как. Обычно таких мероприятий я избегала.

Тогда мы танцевали вальс, и я удивлялась, как легко танцует мой друг, и думала, сколько я о нем еще не знаю. Но хочу ли узнать, вот в чем вопрос.

И моя проблема.

Где он сейчас? О чем думает? Наверняка сходит с ума от неизвестности. Если бы он забрал меня с собой, я была бы сейчас дома.

«И не танцевала бы в объятиях Ричарда», – шепнул кто-то в моей голове.

Перед глазами мелькнуло лицо Стива, когда я оттолкнула его после нашего поцелуя, первого и, надеюсь, последнего. Я никогда не видела его таким подавленным и расстроенным, даже в тот вечер, когда отказалась принять его предложение.

Погрузившись в воспоминания, я не заметила, как стала размышлять вслух:

– Мне следовало уехать вместе со Стивом.

Еще не договорив, я тут же об этом пожалела. Ричард ничего не ответил, и я успокоилась, подумав, что он, возможно, меня не услышал или не придал особого значения моим словам. Но его следующая фраза разрушила эту иллюзию:

– Да. Вам следовало это сделать, но вы не уехали. Почему?

Он так странно смотрел на меня, словно ему было известно обо мне нечто такое, чего я сама о себе не знала.

Я заставила себя не отводить глаз, но это было непросто и удалось мне только тогда, когда я ощутила ласковое прикосновение. Пальцы Ричарда медленно скользили по тыльной стороне моей руки. Это движение завораживало. Он, едва касаясь, миновал запястье, очертил каждый палец, кольцо с лунным камнем, затем поднес мою руку к лицу и вдруг поцеловал ладонь, в самую середину, там, где проходят линия судьбы и линия жизни.

Как только его губы легко коснулись моей кожи, сердце отозвалось внезапным тревожным биением, а по телу пробежала необъяснимая дрожь.

– Почему вы не уехали? – повторил он свой вопрос.

Я лихорадочно пыталась собрать остатки мужества, борясь с захлестнувшим меня чувством, определить которое мне не удавалось.

– Не бойтесь, – Ричард произнес эти слова так тихо, что я скорее угадала их смысл, чем восприняла на слух. В ответ я смогла лишь отрицательно качнуть головой, пытаясь показать, что не испугалась. Не в этот раз. И только не его. Я боялась множества вещей на свете, но в их числе не было Ричарда Логана, хозяина Розы Ветров.

И в тот момент, когда я была готова ответить ему, а мои губы приоткрылись, чтобы дать свободу словам, которые ошеломляли меня саму, Ричард привлек меня к себе.

Поцелуй был нежным, еле ощутимым, словно прикосновение к губам лепестков живых цветов – теплых, ласковых лепестков роз лавандового цвета. Мое сердце колотилось так сильно, что я не сомневалась – Ричард слышит его стук, ощущает каждый удар. Время превратилось в вязкую сладкую патоку, куда меня затягивало все больше и больше. И не было ни сил, ни желания сопротивляться.