Чтение онлайн

— Давай. К нам?

— Может, в бар? Завтра Новый Год, и мы явно дома будем встречать, а я еще с тобой не наговорилась. Ты вчера быстро слиняла.

— И хорошо, что слиняла. Тимоха к утру только приехал, а у меня Сонька всю ночь горела, хныкала. У нас бабушка, конечно, огонь, но она сильно переживает, когда у Соньки температура. А ты сама знаешь, как у нее давление скачет.

— А мама твоя сможет с Соней посидеть сегодня? Как она, кстати?

— Огурец. Как и не болела. С утра температуры нет, надеюсь, и не будет больше. А мама… Думаю, да, посидит. Позвоню, спрошу, но она мне никогда не отказывает. Что ей еще делать? Отец опять на рыбалку свалил, она одна дома. Так что да, идем в бар.

— Отлично. — И чему я так радуюсь? Не думаю, что в баре будет мегавесело, но хоть с подругой проведу больше времени.

— И кстати, моя дорогая подруга. — По Элиному тону я сразу поняла, что она хочет мне сказать. — Нам нужно кое-что с тобой обсудить.

— Тимоха рассказал?

— Конечно. Он все мне рассказывает. Я, между прочим, оскорблена твоей скрытностью. — Ее голос стал важным и даже грозным.

— Да нечего было рассказывать…

— Нечего? — возмущаясь, перебивает меня подруга. — Вот это да! Ты, значит, Илюху совратила, и нечего ей рассказывать. Офигеть!

— Я его не совращала. Все как-то само собой вышло. — Оправдание так себе.

— Ну-ну. Шла и на член его случайно уселась?

— Ха-ха-ха, не поверишь, но все почти так и было. — Смеюсь от Элькиных слов.

— Так, в баре продолжим разговор, а то Сонька меня уже задергала. Пошла я с ней мультик смотреть. В семь на месте?

— Договорились.

Элька повесила трубку, и я снова медленно погрузилась в раздумья. Как бы я ни отмахивалась от одной навязчивой мысли, она никак меня в покое не оставляет. И, видимо, не оставит, пока я все не выясню.

Два громких дела, которые произошли в нашем городе за последние десять лет, — пропажа Маши Звонаревой и убийство Арины Громовой.

И почему мне кажется, что эти два случая связаны?

Тело Маши так и не нашли, а значит, убийство так и не доказано. Но этот вариант исключать не стоит, да и отец уверен…

А вот Арину явно убили, тут все понятно. Так почему я думаю об этих девушках, как о двух жертвах одного преступника?

Да потому что в обоих случаях фигурирует один и тот же человек. И сегодня я с ним поговорю…

Открываю глаза, и первое, что я вижу перед собой, — лицо Ильи. Он лежит на самом краю моей постели, его глаза закрыты, а руки сложены под головой. Ноги согнуты в коленях — ну вылитый младенец, не считая густой щетины, что покрывает большую часть его лица.

Но все равно он такой милый. От того мужика, что сильно сдавливал мое горло и яростно трахал вчера, не осталось и следа. Сейчас передо мной уязвимый парень, такой сладкий, такой нежный…

Так, стоп. Какого хрена он тут, в моей комнате? Да еще и в моей постели. Да еще и средь бела дня.

А если кто-то зайдет? Мама его или мой отец? А если уже заходили?

Тянусь к телефону. Ого! На часах — шесть вечера. Я через час должна быть в баре, с Элькой.

Что делать? Будить? Конечно, будить. Черт, смогу ли? Он сладко спит. Я бы сейчас к нему под бок залезла и дальше спать.

Нет, так делать нельзя. Могу подставиться, и нас с Илюхой точно запалят, а еще я могу пропустить встречу с подругой, что тоже не есть хорошо. У меня вообще-то был план на сегодняшний вечер.

— Илья, — говорю негромко и нежно по голове его глажу. — Илюшка, просыпайся.

— Я слышал, что ты завошкалась. Не даешь мне поспать. — Открывает глаза и чуть улыбается. Так и лежим лицом к лицу, смотря друг на друга.

— Ты давно пришел?

— После трех… — Какой-то слишком короткий у него рабочий день.

— А что в свою комнату не пошел?

— Там я один, а тут с тобой. — Придвигаюсь чуть ближе. Мне просто необходимо оказаться в его руках. Прижаться и полежать…

— Элька в бар позвала. Пойдешь? — Почему сейчас решаю его позвать? Надо было утром спросить. Или мы с ней вдвоем будем?

— Ага. Тимоха звонил. В семь вроде. — Так всегда… Я думаю наперед, а нужно бы дослушать собеседника.

— Уже шесть…

— Тогда надо вставать. Я есть хочу.

— А я тебя…

— Тс-с, не провоцируй. — Сжимает меня сильно-сильно. Что у него за мания такая — крепко схватить? — А то бар придется отменить.

— Все, вставай и иди в душ. — Отодвигаюсь от парня, хоть и не хочу этого. Прям через силу. — От тебя каким-то бензином пахнет.

— Это я… — хотел пояснить, но тормознул на полуслове. — Не могу тебе рассказать, что я делал.

— Тайна следствия? — говорю игривым голосом и улыбаюсь в придачу.

— Ага.

— Ну тогда пойду у папы спрошу…

Встаю с кровати и к двери. Верчу попой, потому что вижу, что он на меня смотрит. Так смотрит…

***

— Доброе утро еще раз, — говорю Аннушке и захожу на кухню. Первым делом к крану, чтобы напиться.

Жажда с ума сводит.

— Выспались? — своим вопросом меня в тупик ставит. Но я все еще повернута к раковине, и разворачиваться мне теперь совсем не хочется.

Но я не смогу стоять так вечно. Поэтому набираю стакан воды, делаю пару глотков и поворачиваюсь.

Анна стоит спиной к холодильнику и странно на меня смотрит.

— Угу. — Мой скромный ответ.

— А я заглянула, хотела позвать ужинать, а вы там спите. — Смотрит ехидно, и на меня это безотказно действует. Я не знаю, каким даром обладает папина невеста, но от нее мне трудно что-либо скрывать.

— Все, я так не могу. Перестаньте на меня так смотреть. — На секунду закрываю глаза руками и потом снова поднимаю взгляд на Анну.

— Опять выкаешь мне?

— Да. И дальше буду. Вы на меня как-то странно действуете. — Улыбаюсь сильнее прежнего.

— Я ничего не сказала, — оправдывается Аннушка и тоже расплывается в своей доброй улыбке, которую передала сыну вместе с остальными хорошими генами.

— Вот именно. Вы ничего не сказали, я ничего не сказала, но все всё поняли.

— Илья спустится? — Решает Анна меня больше не мучать и сменить тему.

— В душ пошел. Сказал, голодный. — Делаю еще глоток прохладной воды. Сушняк одолел.