Чтение онлайн

Я попятилась. Мужчина посадил совенка на место и склонился над клеткой. Я слышала, как он что-то шептал и хрюкал себе под нос, но не могла разобрать ни слова. Я даже не была уверена, что он говорит по-английски. Не видя, что у меня за спиной, я наткнулась на зашторенное окно столовой. В комнату упал тонкий лучик света, прямо на кухонный стол. Мужчина заметил его и повернулся. Луна осветила его лицо, и теперь он уже не был безликой тенью. Я могла довольно хорошо его разглядеть. И мой страх сменился настоящим ужасом. Я смотрела на покойника.

А он направился по деревянному полу прямо ко мне. И вот он уже в метре от меня. Я повернулась и бросилась прочь, не зная толком, куда бежать. К входной двери бежать было глупо — она заперта, мне ни за что не открыть ее за секунду. Я уже ощущала зловоние, исходящее от него, вонь окутывала меня и вот-вот могла накрыть с головой. Перескакивая через четыре ступеньки, я почувствовала, что меня хватают за ноги. Я упала и больно ударилась, а что-то холодное и мокрое схватило меня за лодыжку и потащило вниз. Отчаянно сопротивляясь, я вытянула руку и схватилась за балюстраду. Потом изо всех сил лягнула свободной ногой. И почувствовала, как нога коснулась влажной ткани. Я набрала в легкие побольше воздуха, намереваясь закричать. Ведь пронзительно завизжать в такой ситуации — это вполне естественно.

Каким-то образом мне удалось повернуться. Ночной гость навис надо мной — нет, на меня уставилась, скорее, зловонная тень. Но она смотрела не на мое лицо. Из-за падения и борьбы моя длинная ночная рубашка задралась. Гость смотрел на мои голые ноги, одну из которых он продолжал крепко держать. Свободной рукой он потянулся вниз.

А потом нечто, больше похожее не на человеческую руку, а на липкую полуразложившуюся кость, стало гладить мою икру, поднимаясь все выше, а его глаза шарили…

Ночную тишину прорезал душераздирающий вопль. Оглушающий, полный животного ужаса, пробирающий до печенок. Мой собственный. Я кричала снова и снова. Но был еще какой-то звук. Кто-то кричал? Где-то вдалеке? Потом меня окутала темнота. Стало тихо. Я перестала кричать. Нашла в себе силы лягнуть нападавшего еще раз. Никого. Я открыла глаза. На лестнице я была одна. Едва осмеливаясь шевелиться, я бросала испуганные, безумные взгляды налево и направо. Обернулась. Куда он делся?

Только что он нависал надо мной, хватал меня своими жуткими руками, шарил по моему телу. До сих пор в воздухе висел его запах: тяжелый, приторно-сладкий. Но незваного гостя нигде не было.

Я смахнула слезы и осознала, что сижу на лестнице, таращась по сторонам. Его нигде не было видно. Запах начал выветриваться. Я посмотрела вниз на влажные отпечатки руки на моей лодыжке в том месте, где он меня схватил, но влага на глазах испарялась в теплом ночном воздухе. Даже следа не осталось.

«В привидения я не верю, — говорила я себе. — Никогда не верила. Привидений не бывает…» Я заставила себя встать и, пошатываясь, прошла через столовую. Схватила телефонную трубку, понимая, что у меня есть считанные секунды до его повторного нападения. Я не решилась опустить глаза и, почти на ощупь набрав 999, попросила соединить меня с полицией.

Я ждала, когда меня соединят, и мне оставалось только одно — сохранять спокойствие. Где он? Не растворился же он в воздухе! Люди на такое не способны. Мимо меня по лестнице он пройти не мог, входная дверь заперта на два поворота ключа. Со своего места я видела парадную дверь, а если бы он вышел через черный ход, я бы наверняка услышала, как хлопнула дверь там. Он все еще в доме!

Не в состоянии унять дрожь в голосе, я объяснила ситуацию ответившему на мой звонок полицейскому. Его обещание, что через двадцать минут сюда подъедет наряд, успокоило меня, но не слишком. За двадцать минут многое может случиться.

Я не могла оставаться на одном месте, вцепившись в телефонную трубку. Я рискнула выйти на середину столовой.

Что, черт возьми, случилось с совятами? Я никогда не слышала, чтобы они так пищали. Неужели он причинил им вред? Я шагнула в кухню, чтобы видеть клетку.

Совята не были голодны — они были испуганы. У них в клетке находился метровый уж. Я не могла поверить своим глазам. Уж впал в ярость, изогнулся и схватил совенка. Я не стала раздумывать. Бросившись к ужу, я сильно надавила на основание его головы — он отпустил совенка. Я вытащила змею из клетки и, не обращая внимания на то, как неистово она извивается у меня в руке, провернула ключ в замке и открыла дверь черного хода.

Я никогда не допускаю грубости, неосмотрительности или небрежности при обращении с животными. Но с меня было довольно: я слишком устала, еще никогда не была так расстроена и настолько напугана. Но хуже всего было то, что впервые за долгое время я совершенно потеряла голову. Возможно, поэтому я сделала нечто, мне несвойственное: выместила свою злость на животном. Я забросила змею так далеко, как только могла. Уж полетел, извиваясь в воздухе, и приземлился в кустарнике в дальнем углу сада. На секунду мне стало стыдно, но неожиданный шум прямо за спиной заставил меня подпрыгнуть и оглянуться. Ко мне приближалась темная фигура.

Я отступила, нога у меня подвернулась, я упала и поползла от дома. А фигура все приближалась. Небо застлали облака, а на задворках моего дома всегда темнее, чем со стороны улицы, — деревья в саду высокие, с густой кроной. Надо мной маячила черная тень — это все, что удалось разглядеть. Я открыла было рот, но закричать не смогла. С губ слетел только всхлип.

— Клара, это я, Мэт Хоар. Что, черт возьми, происходит?

И черная тень превратилась в знакомого мне человека.

Я могла отчетливо видеть только его очки, поскольку в них отражались огни дома. Но даже по очертаниям фигуры я узнала его. Как узнала и его запах. Запах шампуня и чистого тела. Свежего кофе. Кажется, я опять всхлипнула. Он наклонился, протянул руку, за которую мне как-то удалось ухватиться, и поставил меня на ноги.

— Я услышал твои крики. Перепрыгнул через забор. Мне показалось, что кто-то выскочил из дома и убежал. Подумал, что это ты, но в переулке не было ни души. Что, черт побери, происходит?

Позади меня раздался треск. Вероятно, это просто ночная птица уселась на куст, но я подпрыгнула и отскочила от него как ошпаренная.

— Клара!

Пришлось взять себя в руки. Но в этот момент я была далеко, не в своем темном саду рядом с Мэтом. Голова кружилась, увлекая мое сознание в какие-то темные глубины…

— Ну же, дыши глубже! Давай войдем в дом.

Его рука обвилась вокруг моей талии, он стал мягко подталкивать меня в сторону дома. Звук шагов по траве, роса под ногами и тепло руки Мэта привели меня в чувство. Мой незваный гость исчез. Мэт слышал, как он убегал по переулку.

— Со мной все в порядке, — выдавила я, когда мы переступили порог ярко освещенной кухни. — Кто-то забрался в дом. Грабитель. Он дотрагивался до меня. Я…

Рассказывать дальше у меня не было сил. Внезапно я четко осознала, какое зрелище собой представляю. Мэт несколько секунд вглядывался в мое лицо, потом опустил глаза ниже. Покраснел, отвернулся и вышел из комнаты. Когда я осталась одна, меня вновь охватила паника, но спустя несколько секунд Мэт вернулся с плотным стеганым пальто, которое всегда висит у меня в прихожей.

— Надевай, — велел он, отворачиваясь.

Быстро, насколько позволяли трясущиеся пальцы, я натянула на себя пальто и застегнулась на все восемь пуговиц. Пальто было длинным, так что закрывало меня почти целиком. Но я все равно чувствовала себя неуютно.

— Полицию вызвала? — спросил Мэт через плечо. Он все еще не решался взглянуть на меня, несмотря на пальто.

Я кивнула, хотя видеть это он не мог.

— Сказали, что будут через двадцать минут.

Он взял чайник и налил в него воды. Включил газ, потом оглянулся.