Чтение онлайн

– Мне нужны будут записи с камер наблюдения Выставочного центра, – Диана поставила туфель на место и поднялась.

– Мы уже сделали запрос, – ответил полицейский, делая пометку в своём блокноте, – и… прошу прощения, – он отвлёкся на телефон. Диана тем временем сунула руки в карманы и огляделась. Туман почти рассеялся, но водяная взвесь по-прежнему стояла в воздухе. Хорошо, что не было ветра, иначе можно было бы продрогнуть насквозь. Она выпустила облачко пара и зевнула.

– Извините ещё раз, – обратился к ней офицер, – мы установили личность жертвы.

Диана повернулась к нему.

– Её зовут Маргарет Нельсон.

День в редакции пах кофе, бумагой и дождём, осторожно заглядывающем в приоткрытые окна, и, в общем-то, проходил как обычно.

Эмма сидела за своим столом, положив пальцы на клавиатуру. Её спина была выпрямлена, а ноги плотно сдвинуты. Иногда она поглядывала в сторону кабинета Герхарда Шульца. Жалюзи были чуть-чуть приподняты, и за ними виднелся стол и руки босса, перебирающие какие-то фотографии. Рядом с Шульцем стоял кто-то в красном вязаном свитере и время от времени тыкал пальцем в те или иные изображения. На них начальник задерживался особенно долго. Вскоре обладатель красного свитера, который оказался Мартином Думкопфом, вышел из кабинета и, присвистывая, пошёл вдоль столов. Проходя мимо Эммы, он сально усмехнулся и подмигнул ей.

Шульц остался в кабинете один и какое-то время продолжал разглядывать фотографии, принесённые Мартином. Казалось, что этот процесс длился уже несколько часов, но когда Эмма перевела взгляд на свои наручные часы, минутная стрелка почти совсем не сдвинулась. Поэтому она испытала своего рода облегчение, когда первая ассистентка, Эрика, сказала, что к ней пришли полицейские.

Они ждали её в переговорной за большим стеклянным столом – женщина с высоким хвостом, которую Эмма видела недавно в участке, и мужчина восточной внешности с бородкой и маленькими тонкими усиками над верхней губой.

– Комиссар Кройц, – представилась женщина, – это мой коллега – комиссар Аталик, – мужчина кивнул и улыбнулся.

– Доброе утро, – поздоровалась Эмма и села напротив, сложив руки. На прозрачной поверхности оставались влажные следы.

– Несколько дней назад вы написали заявление о пропаже вашей соседки, – женщина сверилась с записями в своей папке, – Маргарет Нельсон, верно?

– Да, – подтвердила Эмма.

– Скажите, она часто так пропадала?

– Нет, – помотала головой Эмма.

– Когда вы видели вашу соседку в последний раз, госпожа Бишоф?

– В понедельник, – после некоторой заминки произнесла девушка.

Прошло всего два дня, а словно неделя.

– Во сколько это было и где?

– Около шести, у нас дома.

– Было ли что-то странное в её поведении?

Кроме того, что она была на меня зла как чёрт? Но в этом-то как раз и не было ничего странного.

– Нет, – вслух ответила Эмма.

Комиссар Кройц переглянулась с Аталиком, и, наклонившись слегка вперёд, сказала:

– Расскажите нам о Маргарет Нельсон.

Эмма молчала. Она могла много говорить о Маргарет. Слишком много. В основном разных гадостей, но вряд ли это было то, что нужно господам полицейским. Вместо этого она тихо спросила:

– Что случилось?

Комиссар отвела взгляд, погладила рукой папку и лишь затем произнесла:

– Маргарет Нельсон мертва.

Эмма хотела сглотнуть, но вместо этого закашлялась.

– Вы же не думаете, что это я её убила? – вдруг вырвалось у неё.

Тезер почесал переносицу, а Диана склонила голову на бок.

– Вообще-то не думали, пока вы нам об этом не сказали, – сузила глаза комиссар.

– Просто на меня столько всего свалилось за эти два дня, – Эмма покосилась на дверь. Среди привычного шума голосов, шагов и хлопающих дверей она услышала голос Шульца, спрашивающий о ней. – Вы можете забрать меня отсюда? – она потянулась к мужчине и едва не схватила его за руку.

– Конечно, госпожа Бишоф, – немедленно отозвалась Диана, – проедемте с нами в участок.

Женщина поднялась и первой вышла из комнаты. Следом за ней шла Эмма, а потом Аталик. Однако не успели они сделать и несколько шагов, как путь им преградил мужчина. Его усы как у Кларка Гейбла агрессивно топорщились. Эмма, которая и так едва держалась на ногах, споткнулась и едва не упала, но Тезер успел придержать её за локоть.

– Это Герхард Шульц, мой начальник, – едва слышно пролепетала она, но этого было достаточно, чтобы её услышали.

– Диана Кройц, комиссар полиции, – представилась Диана, показав удостоверение. – Госпожа Бишоф является свидетелем по делу, которое мы расследуем, и она должна сейчас следовать с нами.

– Конечно, госпожа комиссар, – вдруг елейно улыбнулся Шульц. – Надеюсь, вы ненадолго отнимаете у меня моего ассистента?

– Время покажет, господин Шульц, – смерив его взглядом, ответила Кройц. – Всего доброго.

В участке Диана хотела отправить Эмму в комнату для допросов, но Тезер настоял, и теперь девушка сидела за столом Марка, сжимая в руках пузатую красную кружку с горячим чаем. Аталик устроился рядом с ней на вертящемся стуле и, доверительно заглянув ей в лицо, тихо попросил:

– Расскажите нам всё по порядку. Когда вы видели в последний раз Маргарет, какая она была?

– Она злилась на меня за то, что я пошла в полицию, когда она пропала.

– Почему?

– Потому что из-за этого её бросил какой-то хахаль, – фыркнула Эмма. Обида на Маргарет никак не хотела уходить. С трудом верилось в то, что её больше нет, и вообще что всё это происходит на самом деле.

– Вы знаете, кто это был?

– Нет. У неё их столько было, – вздохнула Эмма, – каждую неделю кто-то новый. Она и в этот раз горевала не долго. В понедельник я её видела с очередным… мужчиной.

– Вы можете описать этого мужчину? – Тезер наклонился вперёд и положил локти на колени.

– Нет, – помотала головой девушка, – я толком не успела его разглядеть.

Диана, которая всё это время стояла в сторонке, сложив руки на груди и опираясь на краешек своего стола, вытащила из груды документов листок и протянула Эмме.

– Вы когда-нибудь видели Маргарет с этим молодым человеком? – спросила она.

Эмма поставила чашку и взяла в руки фоторобот.

– Нет, – ответила она, вглядываясь в черты. Лицо казалось ей знакомым, оно напоминало Берни, с которым она пила горячий шоколад всего несколько дней назад. Однако она не могла утверждать этого со стопроцентной уверенностью, поскольку каждый раз, когда Эмма пыталась представить его себе, образ ускользал.