Последствия одного решения
Шрифт:
Смерти? Нет, Атику они совершенно не волновали. Во–первых, перед переходом на очередной уровень — приходилось пользоваться лестницами, на этих этажах порталы перекрыты специальным ритуалом — она сканировала сенсорной сетью души людей и гоблинов. Это не очень–то просто, но сенсосети способны на многое. Все без исключения оказались искалечены частым применением непростительных заклятий и иной чёрной магии. Таких спасать можно только в теории, на практике же это потребует долгих лет, тратить которые на подонков бессмысленно. Тех, кто был более–менее «чист душой» Атика старалась обходить, однако помнила: лес рубят — щепки летят. Во–вторых, в вину эти смерти ей не поставят за отсутствием доказательств. После встречи с облаком жидкого металла мало остаётся следов, мало …
Скривившись, женщина прошла, как нож сквозь масло, через очередную «засаду» Рейдеров. Такое ощущение, что они настолько полагались на свою защиту, что не придумали ни одного нормального плана обороны. Придурки. Интересно, как они отреагировали, когда обнаружили, что из замка нельзя аппарировать даже в обычно незащищённых местах? Без всякого возбуждения, чародейка убивала их. Грязная работа… ну почему она всегда перепадает именно ей? С другой стороны, нет никого, кто бы смог пробиться сквозь двойной Фиделиус, притом не снеся его и не вызвав преждевременную тревогу и эвакуацию обитателей замка.
Оставив за спиной оплавленный камень коридора, Атика остановилась перед невзрачной дверкой в кабинете. Сенсорная сеть подсказывала, что внутри находится крайне защищённое помещение, единственное, имеющее такую защиту во всём замке, единственное, куда не могли проникнуть даже тончайшие нити сети. Почти наверняка это кабинет Грефа или, что даже лучше, его сейф. Атика зафиксировала с обеих сторон металл, вложив в него достаточно энергии, чтобы выдержал несколько сильных «авад».
Затем она прикоснулась палочкой к дверце и начала составлять деактивирующий ритуал. Когда металлический щит уже в пятый раз попытались пробить, Атика устремила свою силу тонким потоком, выводя палочкой сложную вязь движений, проговаривая про себя нужные слова. Вот защита помещения начала тускнеть. Аккуратно ритуал ослаблял сначала внутренние слои, которые крепили и подпитывали всю систему, потом внешние.
Вот защита стала подобна лёгкому колыханию тюля. Атика толкнула дверцу. Прошла внутрь. Кабинет? Сейф? О нет! Она умудрилась натолкнуться на некую смесь сейфа и сокровищницы. Несколько полных золота волшебных сундуков, по размеру сходных с гарриным наследством, шкафчик с особо ценными зельями, склад артефактов, чемоданчик с маггловскими деньгами… Волшебница без угрызений совести организовала портал в одну из своих тайных ухоронок и переправила туда содержимое комнаты, затем прошлась по ней «антериосом», стирая отпечатки хранившегося, и вышла, задумчиво вертя в руках фиал с зельем. Много позже оно принесёт особую пользу.
Выйдя, Атика тут же отклонила с помощью «Феерис Шэйел» «аваду» и без колебаний ударила по нападающим площадными чарами обездвиживания, вкладывая туда огромную мощь. Не тут–то было! Атакующие гоблины и люди работали слитными группами, такая магия уже не работала. В ответ полетели «авады», «круцио» и «секо». От части заклятий чародейка увернулась, часть попала мимо не без помощи «Феерис Шэйел». Осознав, что так просто не победить, Атика пробила потолок «депримо», взлетела вверх, бросив в качестве подарка несколько «конфринго» ¬— авось заденет, а то и убьёт. Оказавший на этаж выше, волшебница обрушила пол на головы противника «эл–депримо» ¬— не остановит, но замедлит и покалечит тех, у кого слабая реакция. Подталкивая себя магией, Атика покинула опасное место, рядом с которым собрались несколько боевых групп. Задерживать себя сражениями — лишнее. Искать кабинет главного гоблина уже бессмысленно, зато встретится с Альбусом — очень даже полезно.
Развернув сенсорную сеть вниз, женщина коснулась сенсосети Дамблдора и перешла к нему порталом. Волшебник как раз засовывал в широкий внутренний карман мантии несколько палочек. Резко обернувшись, он материализовал перед собой стальной щит, но, почувствовав знакомый ментальный посыл, убрал его и улыбнулся Атике:
— Я слышал шум наверху.
— О, всё дело в неквалифицированных строителях, — издала смешок женщина. — Представляешь, обрушился пол на протяжении целого коридора! Надеюсь, те пять групп боевых магов на этаж ниже легко отделались.
Дамблдор, продолжая улыбаться, направил палочку на лежащего неподалёку связанного мага и пролегилиментил его, затем лишил сознания и сказал:
— Да уж, ты никогда не знала меры. Поиски увенчались успехом?
— Нет, — Атика лаконичными движениями палочки сотворила прямой портал, одновременно считав память оглушённого директором Хогвартса мага. — Зачем тебе палочки всех пленников?
— Возможно, потому что владельцы, гостящие у меня в поместье, будут рады увидеть их снова, — Альбус первым вошёл в портал.
— И после этого я «не знаю меры», — покачала головой Атика, входя следом.
* * *
После перемещения события понеслись вскачь. Среди спасённых оказался тот самый аврор, месье Дюпон, который потребовал немедленно отбыть во Францию, чтобы лично поднять на уши тамошний аврорат. С Дюпоном пошла Атика, которая должна была передать координаты острова с замком. Дамблдор в это время согласовывал дела с английским авроратом — один из пленников был англичанином — и авроратом американским. К сожалению или к счастью, пленников–канадцев не было, поэтому идти в канадский аврорат было не с чем. Правда, так или иначе, ясно, что разбирательство будет международным и Канада в стороне не останется.
После совместного рейда американцев, англичан и французов оставшиеся в замке гоблины и люди были рассажены по изоляторам в авроратах. Кое–кто погиб при попытках задержания. Единственная оставшаяся на момент рейда в замке боевая группа организованно отступила за радиус действия наведённых ритуалом Атики антиаппарационных и антипортальных чар и бежала, правда, потеряв двух убитыми и одного оглушённым. Авроры отделались несколькими попаданиями «ступефаев» и «секо», последствия которых были исправлены на месте. Ещё один попал под «дисолво анима» и отходил в лазарете, а в миллиметре от другого пролетело «Анима Тэга», пушенное возглавляющим боевую группу гоблином, но, в итоге, обошлись без особых потерь.
В числе прочего во время обыска обнаружили комнату с различной документацией Рейдеров, в том числе некоторыми договорами — именно к ним направлялась та боевая группа. Документы, содержимое нескольких складов, то есть типовые наборы артефактов, которыми Рейдеры совершали преступления, оружие, широкий набор палочек, не иначе как оставшийся от уже мёртвых пленников, зелья всевозможной направленности и, конечно же, деньги, конфисковали. Всё это временно оставили под охраной в одном из больших залов замка — авроратам требовалось время, чтобы определить, где чьё имущество, и не один не собирался отдать всё в руки другого.
Кроме административных кабинетов — мест, где гоблины занимались подсчётом прибыли, заключали договоры и сделки — в замке обнаружилось много интересного. Например, ритуальный зал с неоконченными ритуалами дальновиденья, усиления и подпитки. Судя по следам, которые никто не затирал, такие ритуалы проводились регулярно. На нижних этажах располагались склады, а в подземельях — темницы и лаборатории. Последние вскрыть удалось только при посильной поддержке Атики и Альбуса, но внутри нашлись лишь мертвецы да уничтоженное оборудование. Кабинет Грефа, равно как и сведенья о его местоположении, найдены не были. Дамблдор предположил, что кабинет располагается вне замка. Подтверждением стала информация одного из высокопоставленных бандитов, занимавшегося синтезом очередного наркотика и банально пропустившего тревогу в изолированной лаборатории. Этого гоблина несколько раз вызывали к Грефронту, перемещение осуществлялось через портальный зал замка. Использовалась достаточно редкая система — стационарный портключ внутри кабинета и множество мобильных портключей для доступа внутрь. Правда, доступ строго контролировался Грефом, без его разрешения перемещение было невозможно. Естественно, все найденные портключи были уже полностью отрезаны от общей сети.