Послушай меня
Шрифт:
— “Это был отличный ужин, а, ма?” - говорит она.
— “И от Элис бывает польза”. — Я похлопываю по драгоценной коробке с остатками еды у себя на коленях. — “Я думаю, что эта женщина не такая уж и засранка”.
— “Это подозрительно похоже на комплимент”.
— “Так далеко я бы не зашла”. — Я смотрю в окно на Элис и Барри, забирающихся в свою машину. Такой милый мужчина, как Барри, заслуживает более хорошей женщины, но когда дело доходит до любви, о вкусах не спорят.
Джейн заводит машину, и мы выезжаем со стоянки ресторана.
Впереди патрульная машина с мигалками, которая только обогнала пикап, и прижала его к обочине дороги. Естественно, Джейн тоже замедляет ход, чтобы оценить ситуацию, и понять, не требуется ли там ее вмешательство. Это моя дочь, у которой нюх на неприятности.
Как и у меня.
— “Мне кажется, что Грины переехали”, - говорю я.
— “Да?” - спрашивает она. На самом деле она не слушает меня, потому что ее внимание все еще сосредоточено на остановившейся машине.
— “Я не видел ни одного из них уже несколько дней. Но заметила, что в доме горит свет, поэтому я думаю, что у них должен быть один из этих автоматических таймеров. Те, которые включают свет, когда темнеет, чтобы отпугнуть грабителей.”
— “Ма, когда ты все время следишь за этим домом, у грабителя нет ни единого шанса”.
Это фраза смешит меня. — "Да. Думаю, ты права.”
“Если увидите что-нибудь подозрительное - сообщите об этом. Вы поднимете безопасность на совершенно новый уровень”. Удовлетворенная тем, что у патрульной машины все под контролем, она проезжает мимо нее. — “Видимо, Гринам окончательно осточертело, что ты шпионишь за ними”.
— “Я просто присматриваю за своим районом. Если бы я этого не делала, Ларри Леопольд сейчас был бы мертв, а Рику Тэлли предъявили бы обвинение в убийстве”.
— “Ты уже говорила с Джеки?”
— “Я думаю, она слишком смущена, чтобы говорить со мной”.
— “Ты имеешь в виду, из-за ее романа?”
— “Нет, я думаю, это больше из-за того, с кем у нее был роман. Ларри Леопольд? Серьезно?” - я хмыкаю.
На какой-то миг я задумываюсь о Джонасе и его скульптурных грудных мышцах. Я признаю, он действительно привлек мое внимание. Я также признаю, что в минуту слабости, выпив слишком много мартини, я могла бы предаться каким-нибудь плотским мыслям. К счастью, Агнес меня просветила. С самого начала Агнес видела его насквозь.
Теперь я чувствую себя виноватой за то, что не пригласила ее сегодня на ужин. Какой бы раздражающей ни была Агнес, она поддержала меня в трудную минуту. Задыхаясь, конечно, но она действительно была рядом со мной.
Когда Джейн высаживает меня у дома, я замечаю, что у Агнес все еще горит свет. Я знаю, что она работает допоздна и, наверное, прямо сейчас сидит перед телевизором и курит свои любимые "Вирджиния Слимс". Она, вероятно, была бы рада моей компании. И мои драгоценным объедкам.
Я подхожу к ее дому и нажимаю кнопку звонка.
— “Энджи!” - хрипит она, когда видит меня на пороге своего дома. Я пячусь назад, ошеломленная облаком сигаретного дыма, вырывающимся из ее дома, как пожар по пятибалльной шкале. — “Я только что налил себе стаканчик! Заходи и присоединяйся ко мне.”
— “Я принесла закуски”, - говорю я и поднимаю свою коробку с остатками.
— “Мне бы сейчас не помешало перекусить”. Она тянется за бутылкой виски на кофейном столике. — “Хочешь, я налью тебе двойную порцию?”
— "Почему бы и нет?"
На следующее утро наступает расплата.
Я просыпаюсь с сильной головной болью и смутным воспоминанием о том, как мы прикончили ее бутылку "Джеймсона". Солнце взошло, свет в моей спальне ослепительный, и я едва могу открыть глаза от яркого света. Я смотрю на часы и стону, когда вижу, что уже полдень. Никогда больше я не буду пытаться угнаться за Агнес. Какой же я супергерой, когда даже семидесятивосьмилетняя женщина может напоить меня так, что я окажусь под столом.
Я сажусь, потирая виски. Сквозь стук в голове слышу звон дверного звонка.
Последнее, чего я хочу, - это гостей, но я ожидаю посылку от Винса, поэтому сую ноги в тапочки и шаркаю в фойе.
Я удивлена, когда открываю входную дверь, и вместо парня из почтовой службы, вижу Тришу Тэлли. За последние несколько недель она заставила своих родителей пройти через ад; а теперь она стоит на моем крыльце, ее глаза опущены, плечи поникли.
— “Я нашла это в вашей двери”, - говорит она и протягивает мне рекламный проспект местной пиццерии.
— “Триша”.
– Вздыхаю я. “Ты ведь здесь не для того, чтобы сунуть мне эту листовку”.
—"Нет."
— “Хочешь войти?”
— "Да. Если можно.”
— “Слушай, посиди пока в гостиной несколько минут, ладно? Я вчера засиделась допоздна, так что позволь я оденусь, и выйду”.
Я возвращаюсь в свою спальню, чтобы ополоснуть лицо водой и причесаться. Натягивая джинсы и свежую блузку, я удивляюсь, с какой стати эта девушка вдруг появилась, чтобы поговорить со мной. Так вот почему она здесь, просто чтобы поговорить? Или я выйду и обнаружу, что она сбежала с моим серебром или что-то в этом роде? С подростками никогда ничего не знаешь наверняка.
Когда я возвращаюсь в гостиную, ее там нет. Я чувствую аромат готовящегося кофе и иду по запаху на кухню, где Триша стоит у стойки, наливая кофе нам обоим. Она ставит чашки на стол и садится, выжидающе глядя на меня. Я не помню, чтобы мои дети пили кофе в шестнадцать лет, но, она, очевидно, не только пьет его, но и знает, как его варить.
Очко в пользу Триши.
Когда я сажусь, я вижу, как ее руки сжимаются и разжимаются, как будто она не может решить, понадобятся ли кулаки для этого конкретного разговора.
— “Это я виновата в том, что случилось”, - говорит она. — “В смысле, изначально все испортила не я, но я сделала все еще хуже”.
— “Я что-то не улавливаю о чем ты говоришь?”.
— “Это все из-за урока биологии”.
— “Теперь я действительно ничего не понимаю”.
— “Видите ли, как раз перед окончанием учебного года мы провели лабораторную по генетике. Нам пришлось ткнуть себя в палец и собрать собственную кровь”. Она вздрагивает от этого воспоминания. — “Я ненавидела это. Брать кровь у самой себя”.