Чтение онлайн

Пребывал Бланкерна в молитвах и раздумывал о путях созерцания Господа и о доблестях его, а закончив молитву, записал сие. И делал так всякий день, дабы различными и многими путями написать "Книгу о Друге и Господине", и дабы пути эти были кратки, и в недолгий срок могла бы душа многими из них пройти.

С благословения Господа начал Бланкерна свою книгу, каковую разделил на столько частей, сколько есть дней в году, и каждой части довольно для целого дня созерцания Господа, как следует из "Книги созерцаний".

1. Спросил друг господина своего, была ли в нем какая-нибудь вещь, не принадлежащая любви; и ответил господин, что причина преумножения любви и есть любовь.

2. Долги дороги, которыми идет друг искать господина своего, и опасны, и полны размышлений, вздохов и слез, но осиянны они любовью.

3. Многие слуги любви условились любить одного господина, который наполнял их души любовью; и каждый возлюбил своего господина и в приятных раздумьях ощутил сладостную печаль.

4. Рыдал друг и так говорил: — Когда же отступит темнота в этом мире, чтобы отвернули пути дьявольские? И когда же наступит час, чтобы вода, которой привычно сбегать вниз, обрела бы свойство подниматься вверх; и невинных станет больше, чем виновных?

5. — Ах! Когда же возрадуется друг, умирающий за своего господина? И когда же господин увидит, как друг его страдает от любви?

6. Сказал друг господину: — Ты, наполняющий солнце светом, наполни сердце мое любовью. — Ответил господин: — Не будь ты исполнен любви, не были бы глаза твои полны слез и не пришел бы ты сюда узреть того, кто любит тебя.

7. Искушал господин друга своего совершенством любви его и спросил, в чем различие между отсутствием и присутствием господина. Ответил друг: — В невежестве и забвении, (но) в познании и памяти.

8. Спросил господин у друга: — Хранишь ли в памяти какую-нибудь вещь, дарованную мной, из-за которой решился возлюбить меня. — Ответил: — Нет, ибо не делаю различий меж трудов и наслаждений, которые даруешь мне.

9. — Скажи, друг, — говорил господин, — сохранишь ли терпение, если удвою я страдания твои? — Сохраню, если удвоишь мою любовь.

10. Спросил господин друга: — Знаешь ли уже, что есть любовь? — Ответил: — Если бы не знал я, что есть любовь, знал бы тогда труды, печаль и боль.

11. Спросили друга: — Почему не отвечаешь господину твоему, который зовет тебя? — Ответил: — Подвергся я серьезным опасностям, чтобы постигнуть его, и уже говорил с ним, восхвалив его доблести.

12. — Друг безумный, за что терзаешь себя и оставляешь утехи этого мира, и идешь, презираем людьми? — Ответил: — Чтобы воздать должное доблестям господина моего, который еще более людьми не любим и опозорен.

13. — Скажи, безумный от любви, что более явно: господин в друге или друг в господине? — Ответил и сказал, что господин познается в любви; друг же — во вздохах, слезах, трудах и скорбях.

14. Шел друг, чтобы рассказать господину своему, сколь тяжкие труды переносил он за любовь свою и как умирал он, когда нашел своего господина за чтением книги, где записаны были все дарованные другу страдания и все милости за любовь к господину своему.

15. Принесла Госпожа Наша Сына Своего к другу, чтобы (по) целовал он ноги Его и записал в книге доблести Госпожи Нашей.

16. — Скажи, певчая птица, бережет ли тебя мой господин, чтобы укрыть от ненависти и умножить твою любовь? — Ответила птица: — А кто дает мне петь, если не господин любви, укрывающий меня от бесчестия и ненависти?

17. Между страхом и надеждой свила гнездо любовь, где живет размышлениями и умирает от забвения, кои суть основа утех этого мира.

18. Заспорили глаза друга и память его; и говорили глаза, что лучше видеть господина, чем вспоминать его, а память говорила, что от воспоминания слезы приходят на глаза и сердце пылает любовью.

19. Спросил друг у разума своего и чувства, кто раньше постигнет господина его; и побежали оба, и раньше был разум, а не чувство.

20. Лицом к лицу сошлись господин и друг его, и увидел это третий и рыдал так долго, пока не наступили мир и согласие между другом и господином.

21. Вздохи и плач явились на суд господина и спросили, кто из них ближе ему. Рассудил господин, что вздохи ближе любви, а плач — глазам.

22. Пришел друг напиться из источника, где всякий не любящий влюбляется, когда пьет (из него); и удвоились страдания друга. И пришел господин напиться из источника, дабы дважды удвоить любовь его друга, удваивающую его страдания.

23. Болен был друг и думал о своем господине, который достоинствами его вскормил, любовью поил, в терпении укладывал, в смирение одевал и истиной лечил.

24. Спросили у друга, где господин его. Ответил: — Ищите его в доме, который достойнее, чем все другие достойные творения; ищите его в любви моей и в моих страданиях, и в плаче моем.

25. Спросили друга: — Куда идешь? — Иду от господина моего. — Куда придешь? — Приду к моему господину. — Когда возвратишься? — Буду с господином моим. — Сколько будешь у господина твоего? — Столько времени, сколько пребудут в нем мысли мои.

26. Пели птицы на рассвете, и пробудился друг, который и есть рассвет; но допели птицы песнь свою, и умер друг на рассвете за господина своего.

27. Пела птица в саду у господина. Пришел друг и так сказал птице: — Если не поймем мы друг друга в словах, то поймем в любви, ибо в пении твоем является взору моему господин мой.

28. В сон клонит друга от трудов его и поисков господина его, но страшится он забыть господина своего. И заплакал друг, чтобы не заснуть и не утратить господина из памяти своей.

29. Повстречались друг и господин, и сказал друг: — Не должно говорить со мной, но подай мне знак в глазах твоих, кои суть слова сердцу моему, чтобы дал я тебе то, что требуешь.

30. Ослушался друг господина своего и заплакал друг. И пришел господин умереть в одеждах друга, дабы вспомнил друг утраченное; и дал ему господин больше, чем тот потерял.

31. Велит господин другу возлюбить себя, а не стоны страданий его, дабы сильнее любим был господин и дабы в больших страданиях обрел друг наслаждение и облегчение мук.