Чтение онлайн

На лбу Мервина выступил обильный пот; он помолчал, отдышался и стал ждать, что ему ответят.

— Вы нас выгоняете? — воскликнула Мередит.

Мервин молча закатил глаза, но продолжал обращаться исключительно к Маркби.

— Сэр, я очутился в трудном положении; надеюсь, вы мне поможете. В общем, все наши просто кипят. Не скажу, что старина Эрни был всеобщим любимцем, но он был нашим, местным, и все его здесь знали. В разное время он тут почти на всех работал. Поэтому все и приняли так близко к сердцу то, что с ним приключилось такое несчастье; все равно как если бы он был чьим-нибудь родичем… Мы-то с ним и вправду родственники. Он, кажется, приходился троюродным братом моей покойной матушке. У всех нас есть родичи, которыми мы не очень гордимся, верно? И все же, когда дела плохи, мы вспоминаем, что они родня.

— Мы были в вашем пабе позавчера, — заметил Маркби, — когда во время обеда заходила инспектор Крейн. Тогда ни один человек ничего против нас не имел. Насколько я понял, приезжие журналисты задали вам жару, но ведь их уже нет.

— Ну да, они уехали и пропечатали про нас всякие мерзости, — ответил Мервин.

Все замолчали. Маркби и Мередит во все глаза смотрели на разволновавшегося владельца паба.

— Вы ведь сами читали! Как и мы все. Про нашу деревню узнала вся страна. А писаки не все высосали из пальца. Кто-то наверняка подбросил им мыслишку, что, мол, старину Эрни прикончили после какого-то колдовского обряда. Никто из наших в это не верит, и нам неприятно, что такое написали черным по белому, чтобы вся страна читала, как будто все уже доказано! Многих допрашивали в полиции. Может, для вас такие допросы — дело привычное, а для наших, местных это позор, и мы хотим, чтобы все поскорее закончилось. Вы, сэр, очень меня обяжете, если передадите наше мнение своим знакомым — полицейским. Понимаю, для газетчиков такие дела — настоящий лакомый кусочек, но нам-то потом с этим жить! Извините, вы ведь тоже полицейский и все такое. Но вы и меня поймите. Я между двух огней. Мне очень не хочется, чтобы вас и вашу даму оскорбляли под моей крышей. Некоторые из моих завсегдатаев — люди прямые. Что думают, то и говорят! — Владелец паба испуганно огляделся по сторонам и понизил голос: — Надеюсь, мне теперь из-за вас не откажут в продлении лицензии? Но я имею право решать, кто приходит ко мне в паб, и потом… вы здесь люди временные, скоро уедете домой. А те, другие, — мои постоянные клиенты. На них я зарабатываю себе на жизнь. Коли мы с ними рассоримся, они перекочуют в Лонг-Уикем. Ничего не хочу сказать, в тамошнем «Пшеничном снопе» пиво подают хорошее, как и у меня, но у жителей Парслоу свои правила.

— Поллард, ни слова больше! — Маркби поднял руку. — Мы поедем куда-нибудь в другое место. Хотя должен сказать, что ни я, ни мисс Митчелл с представителями прессы не общались. Вам ясно?

— Ага! — Мервин вздохнул с явным облегчением, но почти сразу же снова насторожился. — Я-то ни в чем вас не обвиняю, но вот они, те, кто у меня сидят… Надеюсь, вы не затаите на меня зла. Мне нужна лицензия!

— Ну надо же — я попал в черный список в деревенском пабе! — воскликнул Маркби, когда Поллард ушел. — Надеюсь, в полиции графства ничего не узнают, иначе мне проходу не дадут!

— Наверное, это я во всем виновата, — вздохнула Мередит. — Я рассказала Крейн о Сейди, а потом еще сама ходила к ней. Но нечестно валить на нас все грехи, в том числе и газетные статьи!

— Крейн должна была обо всем узнать. Кстати, мне самому изрядно наскучили и здешнее общество, и меню Полларда. В радиусе десяти миль предостаточно славных пивных. Пошли за машиной!

Они нашли маленький и уютный придорожный ресторанчик в пяти милях от Парслоу-Сент-Джон. Судя по дорожному указателю, ресторанчик находился по дороге к деревне Лонг-Уикем.

— Меня так и тянет заехать в тамошний «Пшеничный сноп», — признался Маркби. — Назло Полларду!

— Джанин Катто из Лонг-Уикема, — вспомнила Мередит.

— Тогда нас, возможно, и туда не пустят. Почему она переехала в Парслоу-Сент-Джон?

— Здесь условия жизни лучше.

Маркби поморщился.

— Так и есть. — Мередит вдруг превратилась в рьяную защитницу Парслоу-Сент-Джон. — Здесь есть школа для Брюса и Рикки. Знаешь, на какой-то ужасный миг я вдруг вспомнила слова Пола и подумала: а вдруг они — дети Эрни? Но похоже что нет. Джанин говорила, что их отец, ее бывший дружок, недавно заходил к ней. Кажется, пытался стащить видеомагнитофон. Она его выставила.

— Джанин — крепкая штучка, — заметил Маркби. — Женщина — глава рода.

— Он поставил ей синяк под глазом.

— А его-то самого кто-нибудь видел? Наверное, у него тоже синяков хватает.

— Алан, это не смешно, — обиделась Мередит.

Правда, сейчас ей не хотелось с ним ссориться. Ресторанный зал оказался тесным, но уютным. Столики были накрыты крахмальными белыми скатертями, а старинные каменные стены, слава богу, не портили всякие поддельные артефакты для привлечения туристов. Никакой якобы старинной кухонной утвари или предполагаемых реликвий старого сельского образа жизни.

Еда тоже оказалась вкусной.

— Мервин оказал нам услугу! — сказал Алан.

После еды они не спеша пили кофе и улыбались друг другу, как люди, у которых покойно и хорошо на душе.

Обещанный дождь начался ночью; к завтраку капли безостановочно барабанили по окнам. Они проехали мимо дверей Уинн и увидели сидящего на подоконнике Нимрода — пленника бури. Когда кот увидел соседей, мокнущих под дождем в то время, как он дома нежится в тепле и сухости, на его обычно беспутной морде появилось выражение явного превосходства. К окну подошла Уинн и помахала им рукой.

Сэр Бэзил уже ждал их; он оделся по погоде в твидовый костюм старинного покроя, а в руке держал еще более древний дождевик и мягкую фетровую шляпу. Мойра укладывала в корзину для пикника коробки с бутербродами и термосы.

— На шоссе нет никаких ресторанов, кроме закусочных быстрого питания. Бэзил их терпеть не может. Там очень тесные столики, приходится задирать колени чуть не к подбородку. Да и еда тамошняя ему не нравится. Гамбургеры и прочее не в его вкусе; к тому же он не любит, когда вокруг слишком много народу.

— Семьи с невоспитанными детьми, которые шумно втягивают в себя спагетти, — поморщился ее муж. — Мрачноватые деловые люди, которые едят за минуту и наживают себе язву… — Сэр Бэзил помолчал и выдвинул самое тяжкое обвинение: — Безалкогольное пиво!

Они с Маркби уехали в облаке дождевой пыли.

— Ну и денек — хуже не придумаешь, правда? — сказала Мойра. — А ведь такая была славная погода! Заходите, выпьем кофе, и вы расскажете, как продвигается ваше исследование мира ведьм.

Чуть позже, после того, как они выпили кофе и Мередит ввела Мойру в курс дела, они молча сидели у камина. В углу уютно тикали высокие напольные часы да дождь стучал в стекла; никакие другие шумы им не докучали.

Мередит сочла себя обязанной выразить символическое сочувствие тем, кто сейчас в пути.

Мойра, очевидно думавшая о другом, негромко ответила:

— По-моему, они доберутся благополучно. — Она наклонилась вперед, взяла из плетеной корзинки у очага полено и подбросила его в огонь. Полено вспыхнуло, испустив сноп искр. — По-моему, — сказала она, выпрямляясь в кресле, — ваша миссис Уоррен безобидна.

— Все зависит от того, — возразила Мередит, — считать ли безобидным то влияние, которое она оказывает на Кевина.

— Но ведь она не оказывает на него влияния напрямую, правда? По крайней мере, мы ни о чем подобном не знаем. Возможно, мысль сделать куклы внушила ему вовсе не Сейди. У него дома есть телевизор?

— У Кевина? Да, есть…

— Ну вот, пожалуйста! Наверняка он смотрел фильм ужасов, где кто-то втыкал в кукол иголки. По ночам иногда чего только не показывают!