Чтение онлайн

— В таком случае я хочу знать, кто сидит с противоположной стороны, миледи, — четко обозначил он интерес.

— По-всякому. Когда как. Сейчас там никого, но такое бывает нечасто.

Эмрис мотнул головой: много слов, и опять никакого смысла:

— Хорошо, спрошу иначе: может ли там оказаться герцог Греймхау?

Идель поперхнулась водой. Уже одно это стало для Железного достаточным ответом, но леди, прокашлявшись, похлопала себе ладонью по груди и произнесла:

— Барон, я не знаю, что вы там навоображали обо мне, но давайте проясним. Я не жадна до крови, прямо сейчас ни с кем не воюю, и, хотя у меня с отцом скорее дипломатические отношения, чем родственные, мы не враги.

Железный сощурился.

— То есть, к смерти бывшего дожа вы не имеете отношения?

Идель закатила глаза, вызвав у Эмриса очередной прилив удивления.

— За кого вы меня держите, барон?

— За человека, который ради своих целей идет по головам. — Он даже не пытался смягчить ответ.

Идель посмотрела в сторону, чуть поджав губы. Железный самодовольно хмыкнул в душе: на мгновение он пробил в ее самообладании трещину, сквозь которую разглядел раздражение.

— Я не имею ничего общего со смертью прошлого дожа Иттории.

— А Эйвар Дайрсгау? — Тут же вцепился Железный.

— Лорд, — твердо поправила Идель, прямо взглянув на Эмриса. — Лорд Дайрсгау. И нет, он тоже, насколько мне известно, не имел на счет покойного никаких приказов или планов. Хотя, должна признать, смерть и отстранение нескольких старых советников откроет для лорда-председателя Тайного совета несколько лазеек, чтобы занять хотя бы одну из них своим человеком.

— Своим?

— Лояльным Деорсе или, по меньшей мере, готовым пошпионить за умеренную плату.

Эмрис перевел дыхание и улыбнулся: он не только уточнил один из терзавших его вопросов — он впервые сумел вывести их беседу к равенству. Пусть ненадолго, но Идель обратилась к нему как к человеку и барону, а не как к слепому котенку, которого надо научить ходить.

— В таком случае, я имею в виду, что вы не влияли на кончину дожа, как вы вообще решили торговать в Иттории?

Идель дернула бровью и, отщипывая с подноса спелые виноградины, объяснила:

— Я точно знала, что буду перепродавать сукно одному из тех городов, чьи векселя найду в хранилище Патьедо. Большая часть бумаг пострадала во время нашего побега: что-то было залито кровью, что-то маслом, что-то порвалось, пока я лезла через люк. Из всех найденных бумаг в презентабельном виде сохранились только две — я показывала вам. — Она съела пару ягод и продолжила. — Это означало, что я буду торговать или с Итторией, или с Арозаном, чтобы использовать вексель как рычаг давления. Иттория была по дороге первой, поэтому мы зашли сюда. К тому же вы быстро поведали Рейберту о смерти прошлого дожа, и я рассудила, что ситуация благоволит. Будь она иной — возможно, мне не удалось бы сторговаться столь удачно или вообще пришлось бы ехать в Арозан. Но, признаться, я надеялась завершить наше торговое предприятие именно здесь.

— Потому что Арозан дальше и вы хотите домой?

Идель кивнула:

— И потому что у меня на него другие планы.

— Какие именно?

— Самые благородные, поверьте. Мне очень симпатичен дож Арозана, он… как вы любите говорить? Отличный мужик.

Эмрис вцепился в Идель взглядом, как железным крюком, намереваясь не дать ей слукавить в очередной раз:

— Что вы намерены с ним делать?

— С дожем?

— С арозанским векселем.

— Приберечь до удобного случая. Ну а вы?

— Что я? — не понял Железный.

— Как вы оказались в Арозане?

— Как и все наемники: нас наняли.

— Сколько раз?

— Однажды, на шесть месяцев.

— Значит, вашим татуировкам все же есть пара лет. Я думала они свежие, со времен, когда вы закупались арозанским вином, чтобы пройти через сток редвудского замка.

— Я не ездил за отравой в Арозан, я купил «вино» у…

Эмрис замолчал и скрипнул зубами: не стоило ожидать, что выбил он ее из седла, и теперь леди всю беседу будет идти пешей, с ним вровень. Нет, она быстро вернула себе преимущество ведущей, намеренно показав, что осведомлена о нем куда больше, чем он о ней. Ничего, осклабился Эмрис, ощутив странный прилив удовольствия: он быстро учится, и однажды он непременно заткнет ее за пояс.

— Откуда вы знаете про «арозанское вино» и сток? Я уже спрашивал, и вы не ответили тогда.

«И сейчас не отвечу» — Эмрис увидел в ее лице до того, как леди открыла рот.

— Ваше здоровье, — улыбнулась Идель и пригубила воды.

«Сучка»

Ну что ж, если она любит менять темы, то не остается выбора, кроме как самому выбрать следующую.

— Вы не боитесь, что вас сочтут крохоборкой из-за продажи повозок? — Эмрис устроился аналогично Идель: чуть развалился в деревянном кресле, немного «стек» на левую сторону и оперся на подлокотник.

— Мне нет дела. — Разумеется, ее ничего не смутило, с тупой укоризной подумал мужчина. — Проживание в тавернах, дорога и отдых, который бы в самом деле не помешал — за все это нужно платить. Деньги не бывают лишними.

— Я правильно понял, что вы все же намерены дать отдых ребятам перед плаванием?

— Разумеется, просто в Талассии, а не здесь. Задержимся на день-другой, переведем дух. А потом в Греймхау.

— Сразу? Не будете заезжать в столицу, чтобы рассказать императору, как все прошло.

Идель пригубила воды, прежде чем ответить.

— Уверена, не придется. Аерон или лорд Дайрсгау пошлет отряд встретить нас: в конце концов мы ведь повезем сундуки с золотом.

— И снова лорд Дайрсгау. У вас довольно доверительные отношения.

— С председателем Тайного совета? — Брови Идель поползли вверх. — О, я бы так не сказала. Я вообще не знаю, есть ли кто-то, с кем у него по-настоящему доверительные отношения. Но если тщательно наблюдать за тем, что и как он делает, то можно легко заметить, что лорд Дайрсгау очень неординарный человек, наделенный большим талантом.

На это Эмрису было нечего сказать. Поэтому он перевел разговор в поле достаточно нейтральное и при том такое, какое сейчас их взаправду объединяло.

— Я думаю, несмотря на подписанное торговое соглашение, местный дож найдет способ не закупать у Деорсы ничего. Угрозы, знаете, такое дело… Я часто с ними сталкивался, они не всегда эффективны.

— Может, и найдет. — Идель поджала плечико.

— Вас это не беспокоит? Разве суть хорошей торговли не в том, чтобы наладить долгие продуктивные отношения?

Идель усмехнулась:

— Боюсь, вы путаете деловые связи и деловые отношения. В случае с Итторией меня интересует только первое, и, так или иначе, я их налажу.

— Каким образом?

— Помните, я говорила про открытую и тайную торговлю?

Эмрис кивнул.

— Вот и ответ. Смотрите. — Идель съела еще виноградинку, облизнула палец и чуть провернула ладонь в красивой жестикуляции. — Правда в том, что если Иттория не станет покупать у нас напрямую, им начнут привозить наш товар соседи — тот же Арозан, Нуатал или Талассий. Естественно, по увеличенной стоимости. Ну, пошлины, прибыль, сами знаете, — вальяжно порассуждала Идель. — Деорсийское сукно в самом деле высоко ценится за качество и долгоносность, и это товар, привычный на рынке. Покупая его по завышенной цене, итторийская казна столкнется с увеличением расходов на импорт, и дальше окажется перед выбором из двух вариантов. В первом, — Идель показала пальцем: «Один», — Иттории придется найти какой-то способ увеличить собственный экспорт, чтобы уровнять баланс. В этом случае увеличится объем производства, у горожан появится больше возможностей заработать, и в целом, все сложится неплохо. Во втором варианте, — женщина опять прожестикулировала, — импорт нашего сукна будет резко ограничен начиная со следующего года, оно станет предметом роскоши и будет доступно только для привилегированных классов населения. И в этом случае рано или поздно на сцену выйдут итторийские контрабандисты.