Чтение онлайн

Волна ярости и неудержимого желания убивать, рвать и резать на части затопило сознание Корейга. Он даже не заметил и не понял, что «конь», продолжающий движение к дымам, скинул его с себя. Поднявшись после падения, охотник дико заорал и побежал в сторону остатков стойбища, на ходу доставая из-за спины лук и стрелу. Его услышали и несколько кочевников направились в его сторону, приготовив оружие. Первая же стрела оказалась сломанной, вероятно, от падения или во время предыдущих забегов по лесу. Вторая тоже и третья. Это заставило Корейга остановиться, но растерянность продлилась секунды, он выхватил ножи и, увернувшись от копья, воткнул их оба в первого нападающего, в следующий момент до него стали доноситься крики, но они изменились. Криков боли, предсмертных криков и воплей ужаса стало больше. Криков и воплей врагов. Оттолкнув труп и сфокусировав взгляд, охотник с удивлением обнаружил, что почти все кочевники, находящиеся в ближайшем окружении, были мертвы. Они были разорваны. На другом конце поселения он заметил двигающегося с огромной скоростью «коня», который, как казалось, просто врезался в человека, расчленяя его на несколько частей, разделяясь при этом сам на составляющие пластины. В следующие секунды участь всех напавших на стойбище была одинакова, а ещё через пять минут в такое же состояние превратились и все те, кто гнал полон.

«Офигенное зрелище».

Меня затронуло предвкушение — энергия смерти и горя.

«Стоп! Опять я? Опять меня?»

Не спеша пройдя среди разрушенных строений и прикоснувшись к некоторым женщинам, как бы пытаясь их утешить, Корейг находясь в состоянии стресса и растерянности искал родных, но к своему облегчению их не находил и не видел. Ему хватало и душевной боли от встречающихся трупов хороших знакомых и дальних родственников.

Он пересёк стойбище насквозь и направился к несмело возвращающимся пленным, большая часть которых ещё не пришла в себя. Правда, некоторые из них уже развязались и, управляя повозками, поворачивали их в обратную сторону. При этом все дружно с опаской косились на «коня», который стоял в своём привычном виде на месте последнего убитого кочевника и казалось ждал Корейга. Следов крови на нём, видно, не было и он всё также излучал мягкий сиреневый свет. Охотник заметил своих родных и радостно замахал им руками, но подойти к ним он не успел. Дорогу ему перегородил «спаситель» поселения и не давал себя обойти, каждый раз преграждая путь и убирая то, что можно было назвать ногами, становился ниже, как бы приглашая сесть ему на спину. Все с интересом смотрели на эту сцену. Было видно, что многие даже отвлеклись от горестных мыслей и насущных дел, а некоторые даже начали шептаться о божественном вмешательстве, о посланце и избранности их племени.

В конце концов Корейг решил, что ничего плохого не будет, если он не подойдёт, а подъедет к своим. Это было его ошибкой. Как только он залез на «коня», тот тут же захватил его своими невидимыми нитями и сорвался в стремительный «полёт», оставив в одно мгновение разорённое поселение далеко позади. Направление было абсолютно точным и понятным. Двигались они прямо вдоль дороги, которая вела в один из центральных больших городов их материка. Куда Маосы заглядывали лишь для торговли и чаще всего только на ярмарочные дни. Я — охотник, стал пытаться вырваться, но все попытки были безрезультатны. Сознание затопило неправильность происходящего. Я — Корейг, хотел остаться в поселении и помочь соплеменникам, а другой Корейг — я, хотел узнать, что будет дальше.

Сергий открыл глаза. Некоторое время полежал, а затем стал выбираться из спальника. То, что он видел ночью, как всегда, хорошо запомнилось. Заниматься гаданием, что бы это значило, он тоже, как всегда не стал. Будучи уверенным — конец истории ещё далеко. Продолжения гарантированны. А некоторые ещё и повторяются с завидной регулярностью.

Туристы ещё спали в своих палатках. Было слишком рано. Россыпь звёзд и кусок луны не позволяли врезаться в дерево при ходьбе. Солнце же только специалистам дало намёк на своё появление на небосводе. Как говорится, ещё и петухи не кричали. Хотя последних рядом и не было. Кругом был лес, а точнее, тайга и до ближайшего жилья, где можно было найти этих пернатых будильников и их хозяев людей, было порядка восемнадцати километров. Сергий обошёл стоянку, отмечая появившиеся за ночь следы зверей и направился к роднику. Будить две семейные пары он пока не собирался. Как, впрочем, и делать за них какую-либо работу и подготовку к завтраку.

«Хотели поход с минимумом удобств и с посвящением — получите и наслаждайтесь», — подумалось ему.

Лес — какое описание можно использовать, чтобы полностью отразить всю его красоту и разнообразие. Во все времена было множество попыток его нарисовать, описать стихами, прозой и даже музыкой. Да только всё это не то. Ведь каждый человек замечает свою красоту, для каждого важны свои моменты и мельчайшие детали. Да иногда это совпадает, срабатывают стереотипы и люди с удовольствием слушают, читают и смотрят восприятие, переданное другими, но что-то личное и близкое к реальности у каждого своё и по-другому и быть не может.

Так и Сергий наслаждался своим лесом, своим личным виденьем этого мира. Вот в очередной раз опутавшая его лицо паутина вызвала приятное чувство и всколыхнула память. Ведь когда-то он не любил ходить за грибами именно из-за вездесущих пауков и их художественно совершенных ловушек. Сейчас же тончайшие нити на лице радовали, как и тучи гнуса, кружащие вокруг. Сейчас он радовался любой жизни и, как это ни странно, смерти, правда, уже не любой.

Совершив свой ежедневный утренний обряд с водой, Сергий направился к стоянке, поглаживая по дороге деревья. Он уже слышал, что кто-то из туристов проснулся и вылез из палатки.

— А! Игорь. Доброго утра.

— И вам доброго утра, Сергей Матвеевич. Такое впечатление, что вы совсем спать не ложитесь. Третья ночёвка и как не проснусь, а вы уже на ногах.

— Игорь, мы же договаривались. Просто Матвеич.

— Срабатывает воспитание. Кулютарность прёт. Я так понимаю за водой идти мне?

— Совершенно справедливо.

Игорь завязал шнурки на втором дорогом и качественном трекинговом ботинке, подхватил котелок и направился в сторону родника. Сергий же погладил себе бороду и решил ещё немного дать остальным поспать, в который раз подумав:

«Благие [1] ребята. Не замаянные [2] и не извращённые городской жизнью. Одежда, конечно, щапливая [3] , но добротная и экипировка хорошая, надёжная. Прав был Петрович — проблем не будет».

Стоянка располагалась на специально оборудованном месте. Здесь было и безопасное кострище, и поддоны для палаток. И это была забота о лесе, а не о людях, хотя при этом и страдал эффект походных трудностей и «дикости отдыха», на которых многие настаивали. Впрочем, ночевать в шалашах почти никто не соглашался. А спать как Матвеевич в одном спальнике и подавно. Всё-таки кругом была тайга в самом суровом понимании этого слова.

Вернулся Игорь и, раздув угли, подбросил щепу и дрова в костёр, после чего подвесил на треногу котелок с водой, присел на бревно и стал смотреть на пляску огня. Было всё ещё темно и это придавало «танцу» больше красок, а тишина и редкие звуки затаившегося леса отказывали в желании говорить и перебивать их. Сергий подождал ещё немного и почуяв что пора, потёр руки и, подмигнув посмотревшему на него Игорю, в этот раз разразился протяжным и громким петушиным криком. От которого в обеих палатках началось шебаршение. Из ближайшей выглянула Ольга, жена Игоря, высунув только голову с растрёпанными короткими волосами, она тут же спряталась обратно, как видно с целью переодеться, так как спала она в специальной одежде, отличной от лесной. А в соседней загорелся фонарик и раздался голос Николая:

— О господи! Ну куда ты всполошилась? Нет тут никаких петухов. Тайга же кругом. Это опять Матвеевич прикалывается в несусветную рань. Тонко намекает, что пора вставать.

— Да испугалась я с просони. Даже не сообразила ничего, но бежать была готова. Вдруг опасность какая, — донёсся из палатки голос его жены Елены. — Матвеич, вы злодей.

— Хотели красоту смотреть? Терпите, — отозвался, похохатывая последний. — Давайте, давайте. Вылезайте. Самую лепоту пропустим. Погода сегодня отличная.

Игорь улыбнулся и пошёл к палатке за оборудованием для съёмки, а вылезшая с полотенцем Ольга направилась с фонариком к роднику.

— Доброе утро, Сергей Матвеевич.

— Вот два сапога и оба левых. И ты туда же. Бери пример с соседей. Матвеич я для вас. Так мне привычней и короче звать в случае опасности. Тренирую вас, тренирую уже третий день...

Когда вернулась жена Игоря, а он сам обвешанный аппаратурой опять присел к костру, выбралась из палатки и вторая пара. Они уже были одеты и Лена, держа в руках камеру, сказала: