Чтение онлайн

Конечной же целью является преодоление Россией логики безосновного исторического существования, обретения основ своего исторического бытия в своей собственной истории, цивилизации, культуре, духовности, в логике национально ориентированного исторического творчества, всякий раз завершающегося воспроизводством и развитием исторических и духовных основ России в качестве России, а не нечто другого.

Одним словом, необходимо адекватное по сущности и полное по объему понимание логики национального возрождения России и не иначе как возрождения логики цивилизованного развития России на базе ценностей цивилизационной, исторической и национальной идентичности. Иными словами, такого исторического развития, которое всякий раз завершается возвышением России до Великой России, а не попытками преодоления ее как России. Пора перестать жертвовать Россией, превращая ее из самоцели исторического творчества в средство для достижения и освоения каких-то новых формационных качеств общества. Логика возрождения России - это логика совмещения цивилизационного прогресса с формационным, превращения осваиваемых новых формационных качеств и свойств России в свойства и качества России, а не в нечто отдаляющее ее от своих цивилизационных основ бытия в истории.

Скажем больше: в российской истории необходимо утвердить, без их противопоставления, примат цивилизационных ценностей над формационными, цивилизационной логики истории над формационной. Ни капитализм, ни социализм, ни рынок, ни государственное регулирование экономики, ни либеральные, ни социалистические ценности?
– ничто само по себе вне связи с Россией не является самоцелью нашего исторического творчества. Лишь в связи с Россией, с задачами сохранения и развития России как России нечто приобретает и цель, и ценность, и смысл. Россия - Великая, Святая и Свободная - вот главный и вечный исповедальный символ нашей исторической веры, конечный исторический смысл всего, что может претендовать на какой-то исторический смысл в пределах истории России. И этот смысл обретается в той связи и мере, в какой Россия утверждает себя в качестве центра саморазвития локальной цивилизации - России-цивилизации - неотделимой от всех остальных, но и не тождественной им. В какой, следовательно, возрождает аутентичную генетическому коду своей истории, своим архетипам социальности, культуры, духовности цивилизационную логику развития, делает ее основанием своего бытия в истории.

Само собой разумеется, что она ни в каком смысле не может и не должна стать логикой изоляции России в современном мире, а, напротив, логикой подчинения закону взаимовлияния и взаимообогащения цивилизаций и культур, но такого, которое всякий раз завершается саморазвитием основ российской культуры и цивилизации, а не их преодолением в истории в качестве российских. Не следует всякое заимствование или осознание своей естественной недостаточности в одном из измерений своего исторического, культурного и духовного бытия превращать в повод для тотального кризиса идентичности, для шизофренических по масштабам своей патологии процессов национального самоуничижения, граничащих с национальным суицидом в истории.

В конце концов, в той исторической ситуации, в которой оказалась современная Россия, логика национального возрождения превращается в основу логики выживания России в истории, ибо вопрос о бытии или небытии России в качестве локальной цивилизации приобрел статус вопроса о бытии или небытии России вообще. Россия в современном мире может быть либо центром локальности русско-российской цивилизации, либо просто не быть: не быть вообще или в качестве России, что в принципе одно и то же. Третьего не дано, ибо нам дана Россия. И именно это жизненно значимое обстоятельство побуждает к более внимательному взгляду на проблему взаимосвязи логики национального возрождения России с формированием нового национального самосознания России.

Возрождение, как национальное, не может состояться вне возрождения самосознания России, как национального, выстроенного не по абсолютизированной формационной логике понимания истории и России, в терминах только экономики и политики, а по цивилизационной, в терминах культуры и духовности, в терминах Вечной России. Новая форма национального самосознания России есть форма ее цивилизационного, прежде всего и в основном цивилизационного самосознания и только после этого и на основе этого еще и всякого иного. И современная Россия обладает достаточным культурным и духовным, а потому и историческим потенциалом для осознания себя как России-цивилизации и, следовательно, для сохранения и развития себя как России. Ведь знать это всегда больше, чем просто знать, это уже и мочь, а тем более, если знать еще и зачем, конечный исторический смысл всех своих усилий, в нашем контексте неотделимый от становления Великой России. И это больше чем воодушевляет, ибо только знающий "зачем" жить может вынести почти любое "как".

Итак, во всех возрожденческих начинаниях в России с необходимостью должен присутствовать элемент возрождения основ локальности ее цивилизации, взятых в единстве трех ее основных составляющих: во-первых, генетического кода истории России; во-вторых, ее цивилизационнообразующего субъекта русской и союзных ей наций; в-третьих, самой цивилизационной логики истории в ее русско-российских спецификациях. Этот возрожденческий элемент должен не только предшествовать всем остальным, но и определять их сущность, сущность всех процессов возрождения Великой России, великой прежде всего своей цивилизацией, культурой, духовностью, и только после этого и на основе этого еще и всем остальным. Но прежде, чем он может предшествовать, его необходимо знать, равным образом и то, что лежит в его основании - саму сущность цивилизации и цивилизационной логики истории. Это многое объясняет в том, почему первый раздел монографии посвящен общим проблемам теории цивилизации и цивилизационной логики истории.

И дело не только в общих закономерностях познания, не только в том, что решение общих вопросов, давая знание сущности предмета, одновременно с этим дает познавательные средства и для решения более частных вопросов бытия, вплоть до проблем самой практики исторического творчества. Но дело еще и в том, что именно общие проблемы теории цивилизации и цивилизационной логики истории оказались в настоящее время наименее разработанными в социальной философии, так и настолько, что это самым негативным образом стало сказываться на понимании конкретности истории, более глубоких пластов ее оснований, противоречий, закономерностей развития. Наше понимание истории радикально неполно и именно потому, что ее базовые основания, противоречия, закономерности развития чаще всего сводятся к формационным, а потому объясняются преимущественно в терминах формационной логики развития истории.

Именно на этой основе радикально неполным оказывается и наше понимание феномена России. Истоки его парадоксальности нельзя понять вне логики цивилизационного развития истории. Вот почему ее анализ составляет важную и особую задачу настоящего исследования, ее первого раздела. Разработанные здесь представления о сущности цивилизации, феномене ее локальности, генетическом коде истории, как основе цивилизационной исторической реальности, об особенностях цивилизационной логики и субъекте истории составили теоретико-методологическую базу для решения более конкретных и даже праксиологических вопросов второго и основного раздела настоящего исследования.

В нем предпринята попытка комплексного осмысления цивилизационного феномена России, базовых проблем истории России XX века в их фундаментальном преломлении, начиная от логики исторических потрясений, особенно в начале и конце столетия, и кончая логикой национального возрождения России. И в том и в другом случае она оказывается проявлением действия одной и той же логики истории - цивилизационной. Именно в связи с этим в центре внимания оказался широкий круг проблем, в своей системной совокупности нацеленных на исследование России в качестве цивилизационного феномена: истоков исторической парадоксальности самого феномена России в цивилизационном многообразии мира, цивилизационных особенностей генетического кода ее истории, противоречий субъектной базы российской цивилизации, самой цивилизационной логики ее исторического развития. И все это анализируется под углом зрения осмысления движения России от логики исторических потрясений к логике национального возрождения.

В последнем случае этот анализ дополнен поиском основ единства России, исследованием вопроса о русском вопросе в современной России, путей достижения русской нацией своей цивилизационной, исторической и национальной идентичности. Он продолжен характеристикой цивилизационной составляющей современных геополитических, социальных, экономических, политических и идеологических процессов, их противоречивости и конечной исторической направленности на обретение Россией своей национальной идеи, не только как объединяющей и мобилизующей силы, но и объясняющей России цели и смысл ее бытия в истории. Все это центрировано на понимании Россией самой себя как России и на этой основе на историческое возрождение России, которое, если и может состояться, то только как часть национального возрождения России и в ней русской нации как нации. Сказанное нуждается в пояснении.

Во-первых, национальное возрождение России может быть только в связи и на основе возрождения русской нации как нации. Национальное возрождение без нации будет чем угодно, но только не национальным и не возрождением, ибо не будет того, возрождением КОГО должно стать национальное возрождение русской и союзных ей наций. Для возрождения необходим, по меньшей мере, субъект возрождения. Во-вторых, национальное возрождение - база восстановления исторической и национальной идентичности России и в ней русской нации. А это, в свою очередь, основа для возвращения России к основам локальности своей цивилизации, а русских - к основам своей русскости, к возрождению в геополитическом пространстве России самой цивилизационной логики истории в ее локально российской специфике. Возрождение бытия России в истории по логике локальности своей цивилизации - вот чем должно стать и станет национальное возрождение России. В-третьих, не совсем корректно говорить о собственно историческом возрождении России. Такая постановка вопроса была бы объяснима, если Россия оказалась бы вне истории и ее основных потоков. Но это не так.