Постскриптум: (не)люби
Шрифт:
Диме? Да он же пошлет меня после сегодняшнего представления куда подальше!.. Хотя попытка — не пытка.
Нахожу номер босса и нажимаю кнопку вызова, с замиранием сердца прикладывая телефон к уху.
Гудки, казалось бы, длятся вечность, видимо, мужчина думает, отвечать мне или нет, и я уже хочу сбросить вызов, когда он отвечает.
— Ты забыла сказать мне утром что-то еще? — с иронией в голосе спрашивает Жуков, а в это время ненормальный за дверью снова орет, угрожая вырвать мне ноги. — Что у тебя там происходит? — в голосе мужчины слышится сталь. — Где ты находишься?
Сглатываю ком в горле, облизываю сухие губы.
— Ко мне в дверь кто-то ломится, — еле слышно говорю. — В полиции нет машин, никто ко мне не приедет.
В трубке слышится шум, а потом звук быстрых шагов.
— Я сейчас буду. Не сбрасывай вызов!
Слышу скрежет в замочной скважине, и по коже пробегает дрожь.
— Д-дим, — заикаясь, шепчу. — Он пытается отпереть замок.
— Засунь в скважину ключ! — дает указания. — Я еду!..
Вскакиваю с пола и на онемевших ногах бегу до двери. Делаю так, как сказал Дима, выталкивая что-то наружу, а потом слышу очередную порцию ругани от незваного гостя.
— Ах ты, свинья! Выходи, бл*дь!.. — И снова удары в дверь.
Не представляю, сколько это продолжается, прежде чем приезжает Жуков и вытаскивает подонка за шкирку на улицу. С криками, звуками борьбы. Так страшно стало!
А когда Дима вернулся, я не выдержала напряжения и бросилась ему на шею.
— Я так испугалась! — затараторила я, глядя на мужчину снизу вверх. — И прости, что я наговорила тебе утром всякого! Я не хотела!.. — начинаю захлебываться слезами.
— Я понял, понял, — мужчина обнимает меня и гладит по голове как маленькую. — Хватит уже реветь, соседей затопишь!
Всхлипываю и отстраняюсь, смущенно глядя на своего спасителя. Стало стыдно за свои слезы, и я не знала, куда себя деть.
— Может, чаем угостишь? — Жуков снимает обувь и щелкает верхним замком, запирая дверь. — Мне кажется, я заслужил. Да и поговорить нам, думаю, все-таки стоит.
Улыбаюсь и киваю, провожая мужчину на кухню, но поговорить у нас не получается, потому что как только я начинаю дрожащими руками пытаться зажечь плиту и у меня ничего не выходит, мужчина подходит ко мне со спины и разворачивает лицом к себе, бесцеремонно отбирает спички.
Хочу возмутиться, ведь он сам попросил чай, но Дима вдруг наклоняется и закрывает мне рот поцелуем. И я не отталкиваю его. Прижимаюсь сильнее и отвечаю на ласку.
Он целует нежно, так осторожно, что коленки начинают дрожать. Внизу живота разливается томительный жар и хочется чего-то большего, но когда теплая рука норовит забраться мне под халат, я мягко перехватываю ее. Дима понимает, что я еще не готова и не настаивает.
— Останешься у меня на ночь? — спрашиваю, чуть-чуть отстранившись. — Выпьем чаю, поговорим.
Мужчина улыбается, осторожно убирая прядь волос мне за ухо.
— Мне снова придется спать на том диване?
Я отрицательно мотаю головой и загадочно улыбаюсь.
— Обещаю удобную кровать с мягким матрацем!
— Ну хорошо, — вздыхает. — Я останусь у тебя на ночь, но только обещай, что ты не будешь ко мне приставать.
Глава 20
— Сегодня настолько насыщенный на события день, что я даже не знаю, с чего начать, — Дима чешет подбородок. — В общем, хочу сразу сказать, что та девушка, что приходила учинять разборки — это моя сводная сестра. И забегая наперед, скажу — да, я с ней встречался, но мы взяли тайм-аут и разошлись как в море корабли, правда она, кажется, не хочет с этим мириться.
— Нужно было прямо ей сказать о том, что ты бросаешь ее, а не давать своим «тайм-аутом» надежду! — критикую. — Если бы ты сразу сказал ей все, как есть, то она не пришла бы к тебе разбираться и не швыряла в меня ключи!
Дима кивает.
— Согласен. Прости.
Складываю руки на груди и откидываюсь на спинку стула.
— Ладно, проехали, — говорю тихо. — Просто из-за этого я считала тебя… — замолкаю, подбирая не очень оскорбительное определение. — Ненадежным кавалером, вот.
— Бабником, — поправил Жуков.
— Бабником, — соглашаюсь.
— Хорошо, кажется, разобрались, — мужчина тоже откидывается на спинку стула. — Поговорим теперь о нас?
Морщусь.
— Кажется, мы только что говорили о нас, — напоминаю, начиная чувствовать себя не уютно. — О чем еще нам разговаривать?
Мужчина отрицательно мотает головой.
— Нет, Полина, — тянет он с улыбкой на губах. — Только что мы выяснили, что я не бабник, а теперь я хочу поговорить конкретно о нас.
— Дим, а тебе не кажется, что… это не так делается? — растерянно лепечу. — Ну, нормальные люди начинают встречаться, ходить на свидания, лучше узнавать друг друга…
— А тебе не кажется, что мы с тобой не нормальные люди? — смеется. — У нас с тобой искра проскользнула еще в тот момент, когда ты лежала пьяная на моем диване в гостиной и просила хинкали.
Возмущенно фыркаю, хватаю со стола салфетку, сминаю и кидаю наглецу в лицо, но тот со смехом отмахивается от нее, а потом поднимается, обходит стол и подходит вплотную, вынуждая поднять голову вверх.
— Заключим перемирие? — мужчина подает мне руку. — Обещаю, что ты не пожалеешь, если согласишься.
Растерянно моргаю и протягиваю в ответ свою, после чего встаю со стула.
— Звучит двусмысленно, — нервно смеюсь. — Мне стоит бояться?
Жуков мотает головой, смотря прямо в глаза.
— Ты же мне веришь, да?
Мне хотелось сказать «нет», но мы с ним вроде бы все решили, не так ли?
Дождавшись моего неуверенного кивка, Дима ведет меня в спальню.
Подтолкнув к кровати, он начинает покрывать мое лицо поцелуями, медленно спускается вниз по шее и развязывает пояс халата, под которым на мне кроме трусиков ничего не было.
— Дим, — испуганно шепчу. — Я не могу так!..
— Ш-ш-ш, — мужчина отстраняется и серьезно смотрит на меня. — Я остановлюсь, как только ты скажешь. Хорошо? Я не переступлю черту дозволенного.
Невольно кусаю губу. Киваю.
Соблазн слишком велик, но из-за страха я не могу раскрыться.
Получив положительный ответ, Жуков стягивает с себя кофту, обнажая такой совершенный торс и широкие плечи.
Чертов искуситель…
— Иди ко мне, — Дима привлекает меня к себе, целует и медленно снимает с меня халат. — Ничего бойся.