Чтение онлайн

Но ноги несли меня к Источнику, а Монсон без возражений бежал следом, будто доверял мне безоговорочно. Я сама себе настолько не доверяла, особенно после того, как умудрилась потерять большую часть команды… Так глупо потерять.

Тьма все еще ощущалась радостно-взволнованной, и возможно, именно потому буря никак не утихала, но лично у меня ликование от встречи после долгой разлуки мало ассоциировалось с царящим вокруг хаосом. Казалось, на нее влияет что-то еще, и этот неизвестный фактор нервировал.

— Можем взять парней из… ожидающих, — внезапно предложил Монсон.

Словно считал Берга и Хольма исчезнувшими навсегда.

Я же не теряла надежды на их упрямство и живучесть и на бегу продолжала посылать Тьме отчетливые образы нашего воссоединения. И желательно, чтобы их перенесло сюда, а не нас с Монсоном — неизвестно куда.

Я как раз повернулась, собираясь ответить ему что-то резкое, когда на пути возникла преграда. Просто появилась из очередной пыльевой воронки и замерла как вкопанная, принимая меня в объятия.

Точнее, замер.

И Тьма затихла.

— Кая…

Воздух из меня буквально выбило — то ли от столкновения, то ли от шока, потому что услышать этот голос я точно не ожидала.

— Ты… откуда… как…

Я вглядывалась в запыленное лицо Леннарта, опасаясь, что он лишь галлюцинация, проделка Тьмы, но предплечья, в которые я вцепилась, ощущались вполне настоящими. Да и его нервно-радостная усмешка казалась слишком сложной для плода воображения.

— Твоя подружка подбросила, — ответил Леннарт, и я не сразу поняла, о ком речь, а когда поняла…

С чего это Тьма расщедрилась? Зачем перенесла его сюда? Я точно не просила. Я даже не знала, что он очнулся!

Леннарт словно мысли мои прочитал: вдруг усмехнулся еще шире и чуть отвернул ворот куртки, демонстрируя сестру-близнеца моей булавки. Похоже, кто-то и сам не брезгует оберегами.

— При моем характере без поглотителя никуда, — шепнул он и отступил, впрочем, не отпуская моей руки.

За его спиной, смаргивая песок и обтирая щеки, стояли Берг и Хольм. Измученные, потрепанные, но живые. Монсон тут же бросился к ним, но радостных объятий не случилось — парни просто обменялись сдержанными хлопками.

— Мы убили пять тварей! — немного ошалело сообщил Хольм, глядя на меня круглыми от впечатлений глазами.

— Лайне ударил Монсона ножом, и мы заперли его в бункере, — отозвалась я.

Что это ненадолго, уточнять не стала.

Тьмаги переглянулись, и Хольм кивнул:

— Вы выиграли.

Несмотря на легкомысленный тон и улыбку, пальцы его подрагивали, словно ждали новой атаки, готовые в любую секунду взяться за плетение. Время играло против нас, а вот Тьма, похоже, примкнула к нашей команде. Потому что Источник пульсировал всего в нескольких шагах.

— Надо торопиться, — озвучил очевидное Берг.

Я нашла в себе силы оторваться от Леннарта, которого хотелось ощупать с ног до головы, и первая устремилась к Источнику. Еще успеется, если выживу. В конце концов, Тьма помогает, она собрала нас вместе, и ветры улеглись в тот же миг — это не может быть совпадением.

Казалось, Тьма хочет домой, насколько она вообще способна чего-то хотеть, и если так, то шансы на успех стремительно возрастали.

— Вам придется объяснить, что нужно делать, — сказал Леннарт.

— Не волнуйся, — откликнулся Берг, — мы тут все просто исполнители. Будем следовать приказам командирши.

Он не смог скрыть раздражение, но я никого не винила. Мы все устали, все столкнулись со злом — кто в лице тварей, а кто и в человеческом, — и ведь времени прошло всего ничего. Мы едва ступили под купол… так что же будет дальше?

От меня зависело слишком многое, потому нервозность Берга не стала сюрпризом. Наверняка всем — и мне особенно — было бы легче, отвечай за командование он, но выбора нам не дали.

— Нужно встать в круг? — неуверенно спросил Хольм, когда мы тесной кучкой замерли перед обложенным камнями выжженным клочком земли.

Неестественно черной даже на фоне остального сумрачного мира Тьмы. Земли подвижной, будто живой. Будто это и не земля вовсе, а кипящая смола или гнездо копошащихся насекомых.

— Да, — ответила я, не двигаясь с места.

Парни без лишних слов выстроили круг. Леннарт встал справа от меня, Монсон — слева, а Берг и Хольм — напротив.

Пятно оказалось достаточно большим, чтобы мы, вытянув руки, не могли друг друга коснуться, но на полигоне я передавала напарнику плетение с куда большего расстояния.

— Как и договаривались, — начала я, — я выстраиваю схему слой за слоем и передаю каждому из вас по очереди. Когда плетение будет готово, я… приманиваю Тьму.

— Приманиваешь? — Леннарт нахмурился.

— Ничего сложного, — отмахнулась я, пряча взгляд. — Источник вскрыт, через него Тьма связана с другой стороной, но уйти не может. Она как вода, которая продолжает выливаться из перевернутой бутылки. Моя задача загнать воду обратно, а ваша — заткнуть пробку.

— Ударить по порталу плетением, — перевел Монсон.

— Да. И… Виктор, — я коротко глянула на Леннарта и снова уставилась перед собой, — возможно, бить придется тебе. Мы все напитаем схему силой, но неизвестно, сколько ее останется, когда Тьма уйдет. Твоя магия от нее не зависит, так что если никто из нас не сможет…

— Понял, — перебил он. — То есть ничего не понял, но с простым ударом справлюсь.

— Хорошо. — Я посмотрела на всех по очереди и кивнула: — Тогда…

И мир перевернулся.

Я вскрикнула от пронзившей ногу боли, попыталась ухватиться руками за землю, которая отчего-то оказалась над головой, но только зачерпнула горсть пыли да обломала ногти. Меня уносило куда-то вдаль, вверх или вниз — неясно. Трясло нещадно, а пострадавшую ногу словно объял огонь.

— Кая!

Леннарт кричал где-то совсем близко.

Я повертела головой, пытаясь его найти, но все вокруг заволокло… чернью. За годы здесь я встречала не одну тварь и побывала в их хватке, так что ощущения узнала легко. Безликий дым окружил меня плотным коконом, выросшая из мглы лапа держала меня за ногу точно шкодливого щенка за шкирку, и вгоняла ядовитые когти все глубже в плоть, и где-то в этом мраке мерцали неестественно белые клыки.

На один жуткий миг я снова очутилась в прошлом: будто и не выбиралась из Тьмы, а все эти недели в институте были лишь сном, глупым видением, несбыточной мечтой. Затем разум прояснился, и я наконец выпустила силу.